Я всего лишь фантом! (СИ) - "Амарант"

— Там рядом пустырь, ребятишки в футбол играли. Можно приземляться…

Закончив разговор, главврач попросил тишины и стал смотреть на компьютере карту. Облегченно выдохнул.

— Все получается. До Таганрога 640 километров. От него до Новоазовска еще семьдесят. В «Эйр-помощи» есть медицинский «Еврокоптер». Он до восьмисот летает, даже чуть больше. Дозаправятся в Таганроге, потом заберут Андрея и обратно. Как раз хватит.

Он обратился к зав. отделением реанимации. — Евгений Викторович, собирайте бригаду. Сами лететь сможете?

— Без проблем.

— Отлично.

Шеф набрал номер и стал вести переговоры о срочном заказе вертолета. Закончив, сообщил, что через час могут вылетать.

— Давайте в темпе. Машина у входа будет.

До сих пор молчавшая Ирина оживилась: — Виктор Аркадьевич! Можно я тоже с ними?

Главный с сомнением посмотрел на нее. — Уверены? У вас сегодня вид какой-то… нездоровый.

— Это… другое. Мне очень надо. Пожалуйста!

— Ладно, вам виднее…

Выйдя от шефа, Ирина спешно направилась к себе. Придя в кабинет, переоделась. Сообщила Лебедеву о ситуации и оставила руководить в свое отсутствие. Присела на дорожку… Потом вспомнила кое о чем. Достала телефон, позвонила.

— Лена, есть новости. Андрей жив, лежит в госпитале под Донецком. Мы вылетаем туда на вертушке. Как вернемся, сразу оперировать. Если довезем конечно.

* * *

Грязно-желтое одноэтажное здание на окраине небольшого городка. С виду ничем не примечательное. Но ему и не надо выделяться. Это госпиталь. Сюда ополченцы из-под Широкино привозили своих товарищей. Здесь было три небольших палаты, кое-какое оборудование и пара врачей. Которые делали что в их силах, даже проводили простейшие операции.

Вдали послышалось чуть слышное стрекотание. В небе возникла низко летящая «вертушка». С каждым мигом она увеличивалась в размерах, шум нарастал. И вот она уже зависла над небольшим пустырем. Плавно опустилась на землю. Лопасти огромного винта стали замедляться, открылся вход. Наружу стали выбираться люди, выкатили «кокон» — специальную каталку для перевозки пациентов.

Это был одномоторный вертолет Еврокоптер ЕС 145 — машина-спасатель. Легкий, красивый, стремительный словно птица. Его еще называют воздушной реанимацией. Под блестящей оболочкой этой «вертушки» размещается реанимационный модуль: аппарат искусственной вентиляции легких, аппарат слежения за жизненными функциями пациента, дефибриллятор, инфузоматы (оборудование для введения лекарственных препаратов) В общем все, что нужно. Рассчитан на двух пациентов плюс бригада врачей.

Медики быстро двинулись к входу в здание. Их уже встречали. Невысокий коренастый врач открыл дверь и ждал у порога. Он уже созванивался со спасателями и сообщил, что пока все хорошо. Больной жив, хотя и умереть может в любую секунду.

Ирина подошла первой. Пожала доктору руку. — Здравствуйте. Показывайте куда.

— Идемте.

Они зашли внутрь, за ними потянулась остальная бригада, стали закатывать «кокон». Прошли по коридору, остановились у двери. — Сюда.

Это была небольшая комната. С одним окном, занавешенным тюлем. По углам располагались четыре койки. Три из них были заняты. На одной недвижно лежал кто-то, накрытый одеялом. То ли мертвый, то ли спал — непонятно. На другой — женщина среднего возраста. Одета в зеленый камуфляж, ниже пояса небрежно прикрыта одеялом. Из-под которого виднелась забинтованная нога. При виде медиков улыбнулась.

— О, наши в городе.

Рядом еще одна койка. На ней находился… человек. Почти весь покрытый бинтами, с проступавшими пятнами. Он лежал на спине, запрокинув голову на мощной шее. Глаза закрыты, как будто спал. Могучие руки бессильно пластались по простыне, правая свесилась вниз. Он был слишком широк для своего лежака. Ни лице кислородная маска, рядом высилась капельница.

— Андрей…

На миг замерла при виде этой картины. Но быстро опомнилась. Пока реаниматоры готовили больного к транспортировке, она подошла к местному доктору и стала расспрашивать. Надо узнать как можно больше.

Тот поведал все что знал или по крайней мере догадывался. Критических повреждений, несовместимых с жизнью вроде бы нет. Проблема в самом количестве ран. А также риске заражения крови. Возможно, оно уже началось.

— И вот еще что… Он нерешительно замялся. — Пока вы летели, я сделал анализ крови. У нас есть лаборатория. И вот что там было…

Он достал из кармана несколько листочков и показал. — Что это вообще? Первый раз такое вижу.

Ирина удивленно смотрела данные анализа. — Ничего себе… В крови присутствовали какие-то «присадки» совершенно незнакомой структуры. Врач продолжал:

— Я подумал сначала, что это стероиды. Он же явно их принимал. Но… это не то. Что-то очень сложное.

— Да, вижу… не понимаю, что это. Ладно, спасибо, потом разберемся.

Реаниматоры уже погрузили Хоршева в «кокон» и повезли наружу. Ирина собралась идти следом, как вдруг заговорила женщина с больной ногой.

— Я знала, что Алат — непростой парень. На вертухе прилетели… круто.

Ирина остановилась рядом. — Что за Алат?

— Позывной его. У нас все с позывными.

— У вас тоже есть?

— А как же. Пума я. Командир его отделения. Нас вместе вчера привезли.

— То есть вы вместе были?

— Да. Полгода почти.

Ирина чуть задумалась. — А что у вас с ногой?

— Да что… бандитская пуля. Кость повреждена. Вот доктора думают — то ли оттяпать ногу, то ли лечить. Наверно оттяпают.

Женщина снова улыбнулась. Как будто перспектива лишиться ноги ее совсем не пугала. Ирина приняла решение.

— Я сейчас.

Она быстро вышла наружу и догнала бригаду. Те осторожно катили кокон, стараясь избежать тряски. Ирина тронула за рукав заведующего.

— Евгений Викторович, надо еще одну забрать, соседку его. У нас ведь как раз два места.

— А зачем она нам?

— Она с Андреем все это время рядом была. Если он… не выживет, хоть расскажет — что там и как было. Мы же ничего не знаем. И ей ногу отнимут наверно. А мы можем сохранить. Надо взять ее.

Врач пожал плечами. — Ладно.

Затем обратился к своим: — Мужики, потом еще одну ходку сделаем…

* * *

Шел второй час полета. Вертолет несся на высоте, за его большими стеклами чередой проплывали леса и поля. Иногда показывалось какое-нибудь селение. И быстро исчезало, оставаясь за горизонтом.

В кабине было тихо. Лишь пикали подключенные приборы. Медики в основном молчали, наблюдая за экранами и лишь изредка обмениваясь короткими фразами. «Пума» лежала закрыв глаза. Но вроде бы не спала.

Ирина задумчиво смотрела на парня и пыталась понять — Почему он сделал это? Зачем поехал туда, где стреляют? Неужто из-за обиды? Вряд ли. Обижаться — удел слабых. А Хоршев таким точно не был. Непохоже что он вообще умеет обижаться. Она в который раз вспомнила ту неприятную сцену в кабинете. Когда накричала парню всякого. А он… и бровью не повел. Ему было все равно.

— Ты просто хотел девушку спасти. Все остальное — неважно.

Наверно права Смирнова. Он все решил уже заранее. «Медицина это не моё…». Он и сам не хотел быть врачом. Вопрос был лишь — когда. Но почему именно сюда? У него ведь уже есть неплохая «работа». Эти кулачные бои. Почему не захотел остаться в своей колее?.. Вспомнилась та странная девушка.

— Он там, где ему хорошо…

Значит, она знала, что ему «хорошо» именно здесь. И кстати, что с ней? Она ведь искала Хоршева. А раз так, могла и сюда за ним поехать. Может ее уже нет? Лучше об этом не думать…