Казачонок 1861. Том 8 (СИ) - Насоновский Сергей

Казак спрыгнул с седла, подбежал к Володьке и тихо выругался.

— Живой?

— Покамест, — сказал я. — Но доктор нужен прямо сейчас.

— Есть у нас врач при отряде, — быстро ответил казак. — Сейчас проведем. Ехать дальше можете?

— Ну, как видишь, — буркнул я. — Поспешать, братец, надо.

Через полверсты показались палатки и дым костров, потом коновязи, обозные повозки, люди в мундирах и казаки.

У входа в расположение нас снова остановили, но тут уже дозорный успел что-то передать. Гаврилу и Володьку признали. Нас вместе с ними пропустили без лишней волокиты.

К Володьке подбежали сразу трое. Один, усатый казак постарше, глянул на культю и побледнел.

— В лазарет его! Живо!

— Осторожней! — рявкнул я резче, чем следовало. — Аккуратней, братцы, его хватайте. Больно тяжко ему.

Усатый покосился на меня, но спорить не стал.

Володьку сняли с седла, переложили на кошму и, как на носилках, понесли к большой палатке с распахнутым пологом.

Оттуда уже выходил человек лет сорока, с засученными рукавами, с усталым лицом. Кажись, врач это и был.

— Что с ним? — коротко спросил он.

— Кисть горцы отрубили, — ответил я, идя рядом. — Стянули ремнем, чтобы кровь остановить, но, кажется, лишку. Рану спиртом промывали. Запах от нее уже плохой пошел. Жар особенно сегодня поутру появился. Володька много крови потерял еще до того, как мы на них вышли.

Врач скользнул по мне удивленным взглядом, но время на болтовню тратить не стал.

— Внутрь его, клади на стол, побыстрее!

Полог за ними опустился.

Гаврилу тоже хотели вести следом, но тот уперся.

— Володьку сперва.

— Дурень ты, — сказал ему казак. — Тебя тоже пользовать нужно. Давай иди, не ерепенься.

— Ухо не рука, — попытался огрызнуться Гаврила, но вышло неуверенно.

— Не дури, братец, дуй в лазарет, — устало сказал Туров. — Хватит геройствовать уже.

— Спаси Христос, братцы, — Гаврила окинул взглядом весь наш отряд.

Туров подошел и крепко пожал ему руку.

— Держись, казак. Иди лечись. Даст Бог, и у Володьки все будет хорошо.

Гаврила вздохнул и пошел в палатку.

Мы еще немного постояли возле лазарета. Внутри началось движение, раздавались голоса. Послышался стон Володьки.

— Пойдем, — тихо сказал Туров. — Тут мы покуда только мешать станем.

Я кивнул.

Вроде довезли раненых до своих, задачу выполнили. Но что дальше с ними? И что дальше делать нам? К Даурам, судя по всему, теперь нельзя. Неужели все-таки придется поворачивать назад, в станицу?

Но Остап был где-то там и Бажецук тоже. И шашки с вороном там же, непонятно только где и как они могут всплыть в следующий раз.

Сема, Даня и Ленька стояли возле наших лошадей. После бессонной ночи и боя с волками парни знатно вымотались, это было заметно по их лицам.

— Что дальше, Гриша? — спросил Семен.

— Думать надо, Сем. Кто бы мне самому сейчас подсказал, — буркнул я.

Мы уже собирались отойти в сторонку, чтобы разжиться обедом, а если не выйдет, то самим что-нибудь сварганить, как сзади послышался незнакомый голос.

— Эй, братцы! Постойте-ка.

Я обернулся.

К нам шел вахмистр с густыми седыми усами и тяжелым взглядом.

— Вы это нынче наших довезли? Гаврилу с Володькой? — спросил он.

— Мы, — ответил Туров.

Вахмистр оглядел нас внимательно. Особенно задержал взгляд на мне и моих парнях.

— Откуда будете?

— Из Волынской, — сказал я. — Григорий Прохоров. Это Семен Феофанович Туров, наставник наш. А это мои товарищи.

— Товарищи, стало быть, — хмыкнул он. — Малолетки отчего-то одни.

— Так вышло, — не стал я препираться.

— Ага, — протянул вахмистр. — А ты, стало быть, Семен Феофанович, за этими мальцами пригляд держишь?

— Вроде того, — ответил Туров, прищурившись и явно не понимая, к чему тот клонит.

— Не из праздного любопытства мы тут, господин вахмистр, — добавил он. — И раненых ваших бросить не могли. Пришлось к вам поспешать. Раны у обоих худые, особенно у Володи Шалина.

— Спаси Христос, братцы, за это, — серьезно сказал тот и приложил руку к груди. — Доброе дело сделали. Поклон вам от всей нашей сотни.

Он оглянулся на лазаретную палатку и понизил голос:

— Только, выходит, есть у меня к вам еще одно дело. Имеете желание Отечеству послужить?

Слова эти мне не слишком-то понравились. Обычно они означали какую-нибудь авантюру. Причем не самую простую.

— Рассказывайте, дядечка, — спокойно сказал я.

Вахмистр кивнул в сторону коновязи, и мы двинулись за ним.

— Сегодня утром наш разъезд перехватил на дороге арбу, — начал он. — Ехали старик да мальчишка. Мальчишка навроде вас по возрасту. Оба из рода Дауров будут.

— Дауров? — прищурился я.

— Угу, тех самых. Старик с внуком, как сказывали. Ехали себе, не таились. Даже сначала не поняли, чего наши их тормозят. Видать, не знали еще, что у аула ихнего замятня крепкая случилась.

— И что с ними? — спросил Туров.

— Под караулом сидят тепереча, — ответил вахмистр. — Плохого за ними не нашли, и на лазутчиков не похожи. Арба простая: харчи, тряпье, ничего такого. Но раз уж Дауры сами решили с нами воевать, как же их теперь пропустить?

Я выдохнул через нос.

Похоже, в заложники их взяли, хоть вахмистр прямо этого и не говорил. Сначала я не понял, к чему он клонит, но скоро тот сам выложил свой план.

— Если есть среди вас, малолетки, настоящие храбрецы, то, может, сгоняете парламентерами к Даурам? Скажете так да этак: там ваши родичи в плену. Лучше бы вы успокоились и передумали воевать, тогда с их головы и волоска не упадет.

— А то, что они ваших дозорных вчера поубивали, неужто так и оставите?

— Нет, конечно, как тут оставить. Предложим суд и разбирательство. Пусть выдадут свою чудо-бабу. Это всяко разумней, чем всем аулом полечь под нашими пушками.

Нет, не выдадут, подумал я уверенно, но вслух не сказал. Ох уж этот вахмистр. Понимает, куда нас отправляет, что погибнуть можем, а не стыдится. Впрочем, он ведь за своих переживает, бережет своих ребят, а мы ему кто… Да и не приказ это, а просьба.

— А почему именно нам предлагаете? Своих пластунов нету? — не удержался я.

— Ну вы ж там были только что, дорогу знаете. И главное, вы ж малолетки еще. Выглядите не опасно, вас скорее пропустят, не начнут стрелять издали. А вы, пока болтать о мире будете, заодно поглядите, как они там укрепляются, сколько бойцов, как вооружены…

Я задумался. Стало окончательно ясно, что вахмистр не собирается с горцами мириться, хочет просто таким образом дополнительную разведку аула провести. Да и не в его это вахмистрской власти с горцами мир заключать.

Разумеется, кабы не мое собственное желание попасть в аул к Даурам, я бы отказался. Но обстоятельства складываются так, что надо воспользоваться предложением вахмистра. Только вот рисковать жизнями всего отряда я не могу. Съездить к Даурам придется самому, в одиночку.

Даст Бог, и вправду не пристрелят горцы издалека. Тем более что одинокий всадник не выглядит как казачий разъезд. Буду осторожен, Хана буду подключать при каждой возможности. А уж если доберусь до Остапа, тот тоже прикроет, договоримся.

Глава 21. Рискованный визит

Затягивать я не стал. Сборы вышли короткими, особо и собираться не пришлось. Мы толком от дороги отдохнуть не успели, а в хранилище у меня запасов хватало. Теперь, без лишних глаз, я мог пользоваться ими спокойно.

Парни и Феофанович сначала смотрели на мои приготовления молча. По лицам было видно, что эта затея им не по душе.

Семен первым не выдержал:

— Гриша, может, хоть я с тобой?

— Нет, Сема.

— Так один-то чего?

— Просто так нужно, не спорь.

Я оглядел своих пацанов. Семен, Данила, Ленька. Молодые еще, хоть и хлебнуть за короткое время успели немало. Туров, спасибо ему за то огромное, не вмешивался. Он понял, почему я принял именно такое решение.