Новая жизнь Эвелин (СИ) - Крамская Елена

- Ладно, не буду вам мешать, - Элен изящно поднялась, - Передавай Джеку привет. И обещай мне, что подумаешь, наконец, о своем личном счастье. Ты тоже имеешь на него право.

Она упорхнула с веранды, оставив меня наедине с бешено колотящимся сердцем и телефонной трубкой.

- Джек, привет! - нараспев, максимально бодро поприветствовала я его, - Как тебе жизнь дома после канадских приключений?

- Все нормально, Эви. Я рад, что теперь в безопасности. И, кстати, я сейчас не дома. Я в Японии.

- В Японии? - я чуть не выронила трубку.

- Да. Мы с Мари решили устроить свадьбу здесь, отпраздновать с ее семьей. Так что… ты ведь приедешь?

- Конечно! Как я могу такое пропустить? - мой мозг уже лихорадочно прокладывал маршрут и перебирал вечерние платья, - Я так за вас рада! Правда!

- Спасибо, милая. Здорово, что ты приедешь. Тогда до встречи.

Мне снова предстояло долгое и утомительное путешествие.

Ванкувер, а оттуда - пассажирский лайнер до Токио.

Все время в пути я думала о себе, о Джеке, о Мари. Почему я всегда относилась к ней с таким плохо скрываемым негативом? Почему она мне так не нравилась? Ответ был прост и неприятен: я ревновала. Но я решила, что если Джек будет с ней счастлив, я буду с ней вежлива и мила. Я буду лучшей подружкой невесты, которую только можно себе представить.

В порту Токио я взяла такси и назвала адрес, который Джек прислал мне телеграммой.

- Эви, ты все-таки добралась! Мари, Эви приехала! - я увидела по лицу Джека, что он искренне рад моему присутствию.

- Здравствуйте, Эвелин, - Мари, одетая в красивое шелковое кимоно, вышла на порог, - Вы, наверное, очень рады оказаться на твердой земле после столь долгого путешествия. Я благодарю вас, что вы решили почтить мой дом своим присутствием. Я искренне рада вас видеть. Проходите же.

- Джек, почему она так официально со мной разговаривает? - прошептала я, пока Мари помогала мне снять обувь, - Я думала, она будет не очень рада меня видеть.

- Она тебе искренне рада. А все эти благодарности - это просто японская традиция гостеприимства. Тебя здесь еще многое удивит. Главное - относись ко всему спокойно и вежливо. И да, чуть не забыл, - он понизил голос, - Здесь не принято пристально смотреть в глаза, обниматься, пожимать руки и вообще прикасаться к другим людям.

- Спасибо, что предупредил, а то я бы уже полезла обниматься.

- Мари, какой у вас чудесный дом! И какие красивые цветы!

- Эти каллы мне сегодня утром принес Джек. Хотел сделать мне приятное.

- Джек тот еще романтик, - вздохнула я, - Согласно одной древнегреческой легенде, этот цветок возник из-за зависти богини Венеры. Она была так поражена их красотой, что в порыве гнева снабдила нежный цветок уродливым шипом.

- Какая красивая и грустная легенда.

- Джек балует мою девочку, - в комнату вошел невысокий пожилой мужчина с седыми волосами, одетый в традиционный японский костюм, - Правильно, Джек. Моя дочь заслуживает только самого лучшего.

- Ой, прекрати, отец. Эвелина, познакомься, это мой отец, Дайсукэ Танака.

- Очень приятно познакомиться, мистер Танака, - я соединила ладони перед собой и слегка поклонилась, как видела в кино.

- Прошу вас, Эвелин, выпейте с нами чаю, - мистер Танака жестом пригласил меня за низкий столик.

- Моя дочь говорит, что вы давняя подруга Джека.

- Да, да, они очень давно знакомы, - быстро ответила Мари за меня, и мне показалось, что на ее лице промелькнуло недовольное выражение.

- Фу, Мари, как грубо! - в комнату, как вихрь, ворвалась совсем молоденькая, симпатичная девушка, - Ты уж представь меня, пожалуйста! Я же лучший представитель этой семьи!

- Эвелин, это Кимико, моя младшая сестра.Ей всего девятнадцать, но она всё ещё ребёнок.

- Приятно познакомиться, Кимико. Ты будешь с нами пить чай? Судя по аромату, он с жасмином, - попыталась я разрядить обстановку.

- Да, это мамин рецепт. Ее нет с нами уже семь лет, но мы до сих пор завариваем чай так, как это делала она, - с неожиданной грустью в голосе сказала Мари.

- Да, мы это делали все семь лет, пока ты, Мари, прохлаждалась в своей Америке и делала все, что тебе вздумается, - ядовито добавила Кимико, бросив на сестру злой взгляд.

- Я делала, что хотела? А как насчет тебя? Ты давно отцовские машины не разбивала? Только представьте, - рассказ Мари явно предназначался для нас с Джеком, и она смаковала каждое слово, - Этой тринадцатилетней девчонке пришло в голову украсть у отца машину и…

- Девочки, только не сейчас, - мистер Танака устало, но властно перебил Мари, - Сегодня у нас в доме гости, и у нас праздник. Проявите уважение.

После неловкого чаепития, наполненного напряженным молчанием и взаимными упреками сестер, я решила помочь Мари на кухне. Отчасти из вежливости, отчасти - чтобы сбежать от этой семейной драмы, которая разворачивалась прямо на моих глазах. Скоро воздух наполнился аппетитными, экзотическими запахами имбиря, соевого соуса и чего-то еще, что я не могла идентифицировать.

- Ваш отец очень добрый человек, - заметила я, пытаясь завязать разговор, - Наверное, ему было непросто отпустить вас одну, так далеко, в Америку?

- Это была идея моей мамы. Моя мама была американкой, - тихо ответила Мари, не отрываясь от нарезки овощей.

- Так вот откуда вы все так прекрасно говорите на английском, - я, наконец, сложила этот пазл, - И вот почему ваш дом больше похож на американский коттедж, чем на традиционный японский.

Мы молча резали овощи. Я думала о прошлом Мари, о том, каково это жить вдали от дома, в чужой стране. Хотя, если задуматься, то я тоже не побоялась в разгар мировой войны уехать одна в Европу. А ведь я, точнее, оригинальная Эвелина, была тогда на пару лет младше, чем Мари, когда та отправилась покорять Америку.

- Эвелина, передайте мне, пожалуйста, вон тот горшок. Паровые булочки уже готовы, - ее голос вырвал меня из раздумий.

- Вот, держите. Я никогда раньше не пробовала паровые булочки. Они выглядят… воздушными.

- Весь секрет в капельке уксуса в кипящей воде. Благодаря этому тесто сохраняет свой белоснежный цвет.

- Ай, да все ты делаешь неправильно! - Кимико, как маленький ураган, снова ворвалась на кухню. Она бесцеремонно открыла крышку бамбуковой пароварки и выхватила одну дымящуюся булочку, - Уксус надо добавлять, когда вода уже закипела, а не до! Теперь твои булочки будут горчить!

- Кимико, дай сестре отдохнуть, - на кухню снова зашел мистер Танака, чтобы предотвратить очередную ссору, - Мари, иди, помоги мне накрыть на стол.

- Иду, отец. Эвелина, приглядите, пожалуйста, за рисом, - Мари оставила мне это короткое, но очень ответственное распоряжение, и вся семья удалилась, оставив меня на кухне в полном одиночестве. Я и рис - очень ответственная миссия.

- М-мм, как вкусно пахнет, - на смену семейству Танака на кухню, как по волшебству, зашел Джек, - Мне несказанно повезло, что Мари так хорошо умеет готовить. Я-то, кроме яичницы, ничего не могу. Знаешь, я все думаю, как вообще такая девушка, как Мари - умная, красивая, талантливая - могла полюбить кого-то вроде меня?

- Ей тоже очень повезло, - искренне ответила я, помешивая рис, - С тобой любая девушка будет чувствовать себя счастливой.

- Любая, значит? - его голос вдруг погрустнел, - Ты в этом уверена?

Я слишком поздно заметила свою оплошность. Он все еще помнил тот вечер на пляже.

- Ой, смотри, Мари, кажется, что-то потеряла, - я поспешила сменить тему, поднимая с пола то самое обручальное кольцо, которое она мне показывала, - Это же ее кольцо?

- Да, это оно. Она всегда снимает его, когда готовит. Боится испачкать. Видимо, упало.

- Оно очень красивое, - я еще немного полюбовалась на старинную работу и, не удержавшись, машинально надела его себе на палец. Оно село как влитое. Идеально!

- Моя прабабушка приобрела его в Норвегии еще в прошлом веке. Семейная реликвия.

- Ого, оно, должно быть, очень ценное. О… нет…