Этому «человеческому прогрессу» конечно же способствовало то, что отношение коллег изменилось радикально. Если раньше он был изгоем, то теперь парень просто купался во всеобщей симпатии и позитиве. Все были рады его возвращению. От медсестер до руководства.
Вот только Лене приходилось непросто. Влюбленная девушка не имела и малейшей возможности пообщаться. День шел за днем… неделя за неделей. А он и двух слов ей не сказал. И вовсе не потому, что затаил какую-то обиду или неприязнь. Просто… она была ему безразлична. Вот и всё.
И в последнее время Лена стала… как будто затухать. Пропала улыбка, она вновь стала молчаливой, необщительной… потеряла интерес к работе. Да и вообще как будто ко всему. Тихая стала, неслышная.
— Я пойду…
Ирина отвела взгляд от монитора. — Подожди меня в ординаторской. Я сейчас загляну.
Пару минут следила за тем, как интерн иссекает хрящи, затем сказала: — Отлучусь недолго. Продолжай.
— Хорошо…
Войдя в помещение, заведующая увидела Лену. Она присела на подоконник и ждала. Ирина решительно подошла к девушке.
— Так. С этим надо что-то делать. Сколько можно?
— Вы о чем?
— Да о том! Сил уже нет на тебя смотреть. Что, нет возможности объясниться?
Лена грустно улыбнулась. — Откуда? Вы же сами все видите.
— То-то и оно, что вижу. Вам надо поговорить!
— Как?
— Просто и очень просто. Я сейчас его на дежурство оставлю! А ты за старшую будешь. До утра куча времени. Вперед!..
Вернувшись, Ирина сообщила ученику новость. — Андрей, ты ведь еще ни разу не дежурил?
Тот качнул головой. — Нет.
— Вот надо когда-то начинать. Все равно же придется. Сегодня твое первое дежурство. Лена будет за старшую. Она знает что делать. Договорились?
Он чуть подумал, затем произнес: — Хорошо, я останусь.
Глава 10
Признание
— Так, вопросы есть у кого?
Медики синхронно покачали головами.
— Ну тогда всё. Готовьтесь к обходу. Андрей, подойди пожалуйста. Что с Муруновым? Ты говорил с медсестрой?
Накануне привезли «тяжелого» мужичка, который напился такой жути, что сжег полжелудка. И записали на Хоршева. Это был его первый пациент. Но мужик оказался еще и буйным. Ночью шумел, матерился и не давал спать соседям. Те утром уже ходили к начальнице и просили решить этот вопрос.
— Говорил. И с ним поговорил. Он больше не будет шуметь.
Ирина настороженно прищурилась. — Как-то мне это не нравится. В смысле «не будет»? Что ты ему сказал?
— Что не надо шуметь.
— Это всё? Или еще что-то было?
— Это всё.
Врачи понимающе заулыбались. Да кто бы сомневался… Если Хоршев чего-то «просит», то желания отказать обычно не возникает. Ирина тоже усмехнулась. Да уж, разве с ним поспоришь…
— Надеюсь что так и было. Ладно. Сегодня обход сам сделаешь. Уже время кстати. Иди к своему бузотеру.
Здоровяк потопал на выход, а заведующая стала складывать в стопку бумаги. И кое-что заметила. Лена сидела на диване. Когда парень шел мимо, привстала и попыталась обратиться, что-то спросить наверно хотела. Но тот проследовал к двери, уткнувшись в листочки с анализами и не заметил ее. Девушка с какой-то безнадежной растерянностью посмотрела на хлопнувшую дверь. Потом взяла выписки и тоже вышла.
Ирина вздохнула. — Мда…
Она вспомнила, как отправила их дежурить «на пару». С этого вечера прошел почти месяц. А тогда на следующее утро девушка пришла в крайне подавленном состоянии. Ирина пыталась узнать, в чем причина:
— Лена, он тебя обидел?
— Нет.
— Но вы поговорили хоть?
В ответ чуть слышное: — Нет… не поговорили.
— Почему?
— Так получилось…
Большего добиться не удалось. Что у них произошло — тайна. Ирина покачала головой и захватив бумаги, пошла к себе.
* * *
Около трех часов дня позвонил главврач и сообщил долгожданную весть:
— Прибыл заказ на оборудование. Сейчас на складе разгружают. По вашим позициям все в порядке.
— Ура. Я сейчас подойду…
Склад находился на другом краю «буквы П». Именно так выглядел главный корпус областной больницы. Ирина быстро шла по бесконечным коридорам. Наконец-то… Она давно ждала этого дня. Отделение остро нуждалось в двух приборах. Радиохирургический аппарат и коагулятор.
Радиохирургия — медицинская процедура, состоящая в однократном ионизирующем облучении опухолей и прочих патологических очагов, с целью их ликвидации или приостановки функционирования.
Коагулятор — это современная замена скальпеля. Принцип работы в генерации тока высокой частоты. Прибор специальным электродом генерирует ток, проходящий через тело пациента. Под термическим воздействием ткани разрушаются, образуя на теле разрез.
Придя на склад, Ирина нашла свои «коробки» среди прочего оборудования и стала рассматривать. То что надо! У них конечно же имелись подобные аппараты. Но они были закуплены еще во времена царя Гороха и давно устарели — как морально, так и физически.
Удовлетворенная осмотром, заведующая пошла обратно. Снова топать по коридорам желания не было. Она решила прогуляться напрямик, через внутренний двор.
Центр больничного двора занимала небольшая рощица. Посреди коей находилась трансформаторная будка. К ней вела узенькая сквозная тропинка. По которой редко кто ходил. А пару лет назад перед трансформатором поставили скамейку. Наверно завхоз решил, что… непонятно, что он решил. Взял и поставил. Хозяин-барин…
Ирина шла по тропиночке, с удовольствием вдыхая свежий воздух. И заметила, что на скамейке кто-то есть. Подойдя ближе, с удивлением узнала Лену. Девушка сидела недвижно, глядя в какую-то, одной лишь ей ведомую точку. Заведующая опустилась рядом.
— Чего тут делаешь?
— Так… сижу.
Лицо ее было грустным, в глазах… усталое безразличие.
— Лена. Расскажи, что случилось в ту ночь. Это не просьба, это приказ. Я твоя начальница и я за тебя в ответе. Рассказывай, я жду.
Она чуть вздохнула. — Хорошо…
— Он весь вечер в наушниках сидел. А когда двенадцатый пошел, сказал, что я могу лечь спать. Он и один справится. Если что — разбудит. Я… как-то растерялась. Что тут сказать можно? Пошла во врачебку. Часа полтора пробыла там. Не спится конечно. Потом думаю, надо же что-то делать!.. Захожу в комнату. Андрей сидел спиной, в наушниках. И что-то смотрел на планшете. Вижу, у него плечи дрожат. Я подумала, что-то смешное смотрит. Он ведь никогда не смеялся. Вот и хорошо. Вместе посмеемся хоть. Подошла, посмотрела. А там… видео. Его и той девушки… Эллес.
Ее голос дрогнул. — Он не смеялся.
Ирина ахнула. — Неужели…
— Да.
— Ну и ну… Я в шоке. И что дальше?
— Дальше?.. Лена наморщила лоб, словно припоминая. — Я ушла обратно. Вызовов ночью не было. Вот и всё.
Ирина с трудом осмысливала услышанное. — Кто бы мог подумать…
Она уже знала о загадочной Эллес. Не раз навещала Пуму, пока не выписалась. Расспрашивала ее. Та поведала что знала, повторив историю о большой и непонятной дружбе.
— Думаешь, они любили?
— Наверно да.
Лена грустно улыбнулась. — Я не раз говорила, что хочу встретить парня, для кого главное — не внешность, а сам человек. Но что-то таких не находилось. И вот встретила… И влюбилась. Так… что сердце ноет… и дышать трудно. А я для него никто. Просто никто. Для него любая девушка с автоматом в сто раз милее.
Она замолчала, задумавшись. Потом прошептала:
— Плохо мне, Ирина Сергеевна. Очень плохо…
