Спрут (СИ) - Ромов Дмитрий

— Но это я уж понял. Не могу понять, что именно.

— Хочу, чтобы вы пока не трогали Давида.

Взгляд его сразу сделался чужим и отмороженным. Он ничего не ответил, сверля меня глазами и ожидая пояснений.

— Давид Георгиевич очень важный, очень серьёзный, очень башковитый, — сказал я и сделал паузу, глядя в упор на Чингиза, а потом добавил. — Винтик. Шестерёнка. Колёсико в большом механизме.

— Да мне! — взорвался Чингиз, — Да мне плевать! Пусть он хоть мандавошкой будет на лобке Сенатора. Я не успокоюсь, пока его не задавлю. Спать не буду, кушать не буду! Ты не понимаешь что ли⁈

— Я не прошу вас оправдательного приговора для него. Я прошу отсрочки.

— Зачем мне ждать? — грозно гремел Чингиз.

— Затем, например, что мы попробуем договориться с Сенатором о том, чтобы он, этот большой и могущественный человек, включил вас, тоже человека немаленького, в свои схемы.

— Знаешь, Сергей Краснов, — с отвращением сказал Чингиз, взвесив мои слова, — если бы ты не сделал всё, что ты сделал для меня, я бы тебе за эти слова сам голову отвернул. Вот этими руками. Если бы ты не отдал мне всех этих свиней, убивших моего мальчика. Давай сделаем вид, что ты сейчас ничего не говорил и останемся, если не друзьями, то хотя бы людьми, имеющими уважение друг к другу. Я память о сыне не продаю за подачки Сенатора. Запомни!

— Одну секунду, я и не пытаюсь, — поднял я палец. — Чингиз Ильдарович, услышьте меня. Я вас не уговариваю получить выкуп от Сенатора. Я предлагаю другое.

— Что? — устало спросил он. — Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю войти в его схемы и разорвать изнутри его самого и всю его башню. Отомстить! Всем, кто был вовлечён. Всем! И Давиду, и Арслану, и Сенатору, и тем, кто стоял за ним и цинично кивал, когда они разрабатывали свой план. Всем! Так отомстить, чтобы они никогда больше не поднялись. Рухнули и рассыпались в прах. И чтобы в прахе этом копошились черви.

Он надолго замолчал, распахнув глаза. Потом повёл головой, взял чашку чая и сделал несколько глотков.

— Остыл уже, — невпопад заметил он. — Мне из Китая привозят. С одного особенного места.

Он осушил пиалу и поставил её на стол, а потом снова уставился на меня.

— Кто ты такой? — спросил он наконец.

— Вы знаете меня, — сказал я, слегка кивнув и твёрдо посмотрев ему в глаза.

Он покачал головой. Сделал левой рукой жест, как будто оглаживал бороду. Провёл несколько раз по щекам и подбородку. Ещё подумал.

— И как ты себе это представляешь? — наконец спросил он.

— Красиво, Чингиз Ильдарович. И убийственно.

— Нет, правда, кто ты такой, а⁈ Как ты слова такие говоришь⁈ — воскликнул он. — Красиво! И убийственно!

В дверь постучали.

— Да! — крикнул он недовольным барским голосом.

Заглянул Алмаз.

— Говори, — приказал Чингиз.

Тот подошёл и глянул на меня.

— Говори при нём.

— Сегодня ночью этот человек получил звонок от своего босса Арслана Рашидова. Он встретился со своими подельниками, взял оружие и выехал в коттеджный посёлок. Туда, где по данным Арслана в последнее время проживал Сергей Краснов.

Алмаз кивнул и снова посмотрел на меня.

— Их было трое, — продолжил он. — Ещё была машина доставки. Она стояла через дом от дома Лещикова. Там сидел человек с биноклем. Была также поставлена видеокамера, захватывающая территорию комплекса Лещикова. Камеру установили на крыше соседнего дома. Хозяева в отъезде. Когда «Мерседес» с Красновым выехал за поворот, было совершено нападение. Стояла цель уничтожить Краснова. Причину устранения цели он не знает. По его данным, в настоящее время Арслан Рашидов находится у своей любовницы в Одинцово. Другой информации нет.

— Иди пока, — махнул рукой Чингиз.

Алмаз повернулся и молча вышел.

— Ладно, Сергей Краснов… Хоть ты и очень молодой, но толк с тебя будет, скорее всего.

— Можно рассчитывать на отсрочку по Давиду?

— А что по Арслану? — ответил он вопросом.

— Арслан? От Арслана мне нужен только пистолет. Можете делать с ним, что хотите. Хоть соломой набейте. Но Давид ещё пригодится. В нашей с вами игре…

— Куда? — спросил водитель, когда мы выехали от Чингиза.

Я, конечно, всем говорил, что уверен в сегодняшней встрече с Сенатором, но это было не совсем так. Пока мне её никто ещё не подтвердил. Так что… Так что… Я посмотрел на часы. Время ещё было…

— Давай где-нибудь кофе, что ли, попьём? — предложил я.

— В каком направлении будем кофе искать? — уточнил водила.

— Да… где-то поближе к Думе, наверное…

— Поближе к Думе, — кивнул он, тыкая в навигатор. — Я понял… поближе к Думе… Сейчас туда поедем. Дорога минут сорок займёт.

— Ладно, — кивнул я. — Пока время есть…

Но попить кофе нам не удалось. Раздался звонок. Это была Жанна.

— Сергей! — резко начала она.

— Да, я. Какая неожиданность. Привет.

— Ты слышал новость? — с напором проговорила она.

— Думаю, что наверное нет, — ответил я, насторожившись и сразу подумав про «Беретту» и Ангелину.

— А мне кажется, слышал, — сказала она язвительно и почти не скрывая злости.

— Что, Жанна Константиновна? В чём проблема?

— Не надо только сейчас делать невинное личико. Ты где находишься?

— Еду в Москву. В столицу нашей Родины. В сторону Госдумы.

— По Рублёвскому?

— Нет.

— Где именно?

Я похлопал по плечу водителя и спросил, где мы едем.

— Прекрати паясничать! — воскликнула Жанна. — Можешь приехать ко мне?

— Куда? На работу, что ли? Это типа официальное приглашение?

— Нет! — резко ответила она. — Не на работу. Приезжай ко мне… домой. Я хочу поговорить. Быть уверена, что нас никто не будет слушать. Я буду здесь ещё час.

— О, как. Ладно, я понял. Пришли адрес.

Адрес она тут же прислала. Ехать нужно было на Четвёртую Тверскую-Ямскую.

— Пахнет кофейком, — сказал я, заходя в прихожую.

Жанна стояла в серой форменной юбке, белой рубашке, чёрных чулках и в туфлях на высоком каблуке.

— Ох, — сказал я. — Что за красота неземная!

Она снимала хату в обычном старом доме с запахом из труб. Двушку на третьем этаже со сломанным лифтом. Жанна ещё толком не обжилась, и было полное ощущение того, что квартира чужая.

— Я тебе сейчас устрою красоту! — набросилась на меня она. — Ты думаешь, это шуточки⁈ Нет, правда! Мне просто хочется понимать, ты думаешь, мы в бирюльки играем или что? Ты что, не понимаешь, что и сам ходишь по лезвию ножа и меня подставляешь? Нет у тебя такого понимания?

— Да, Жанна, что с тобой? Какая тебя муха укусила?

— Муха⁈ Когда меня укусит муха, будет уже поздно что-то делать! Рассказывай, что там было! Всё! От а до я!

— Где было-то? Ты хоть объясни, о чём речь.

— Что было у дома Лещикова?

— Ну, во-первых, это не у дома Лещикова было. Чуть подальше.

— Да, чуть подальше. Там же, где совсем недавно сошёл с рельсов бронепоезд Мансура Рашидова, да?

— Да, именно, на том же месте.

— И что же это за место такое? Заколдованное, да?

— Я думаю, — ответил я, — что, с одной стороны, это очень удобное место для организации покушения, потому что когда подъезжаешь к повороту, ты не видишь, что там дальше, поскольку дорога как бы вниз поворачивает. Там реально не видно, что тебя ждёт за поворотом. А, с другой стороны, я думаю, это символическое место.

— И в чём символизм?

— Ну, как… типа, наказание за убийство Мансура.

— И всё? Хочешь сказать, что это ты убил Мансура? — грозно сверкнула она очами.

— Да что ты, Жанна Константиновна, прикалываешься, что ли? — воскликнул я.

— На кого было сегодняшнее покушение? На тебя?

— Да почему на меня? С чего ты взяла?

— Потому что под обстрел попала машина из автопарка Лещикова! Но в ней ехали только водитель и… охранник. Как так?

— Не знаю, может, встречать кого-то помчались.

— Ты сидел в этой машине? — зло спросила она и ткнула пальцем меня в грудь.