Идеальный танк для «попаданцев» (СИ) - Савицкий Георгий

— Вот это ты правильно сделал, Паша…

— Сколько же мы попаданий выдержали, а, мужики?..

— Но ни одного пробития не было.

— Так, экипаж, не расхолаживаться! Вести наблюдение в секторах, наружу не высовываться. И вообще, пора отсюда уходить, искать брод или переправу на тот берег. Нужно к своим.

— Так точно, командир.

— Леша, сколько у тебя снарядов осталось?

— Десяток бронебойных и полтора десятка осколочно-фугасных и шрапнелей.

— Нормально, но надо БК пополнить при первой же возможности. Паша, что по топливу?

— Чуть меньше половины от полной заправки, командир.– В принципе, должно хватить. Давай, Паша, вывози нас… Пока фрицы гаубицы на прямую наводку не выкатили или «Юнкерсы» не налетели.

— Понял, командир, — Паша выжал сцепление и переключил передачу.

Танковый дизель зарычал тоном выше, стальные траки гусениц впились в раскисший чернозем и провернулись.

В этот момент и небольшой холмик, за которым стоял Т-55, и остов разбитого немецкого «Панцер-IV» исчезли в гигантском, разлапистом черном фонтане дыма и грязи от мощного взрыва. Русский танк, казалось, подпрыгнул от могучего сотрясения земли, броню окатило волной осколков, которые забарабанили по башне и по корпусу, уже и так побитому выбоинами и шрамами от предыдущих попаданий.

— Бля-я-я!!! Экипаж — к бою! Паша, назад и влево, быстро, — майор Рыков, несмотря на внезапный обстрел, не утратил управления боем. Командиром он был опытным, надо отдать должное.

Приземистый, широкий, с покатой «лобастой» башней, Т-55 отошел назад и влево — за корпус чадящего редким дымом подбитого «Панцера».

— Командир, прямо — 800, это же… — наводчик Егор первым увидел противника в свой прицел. И не поверил вначале своим глазам.

Медленно, словно призрак, из клубов дыма появился гигантский массивный силуэт вражеского танка — назывался бронированный монстр «(Sturm)Panzerkampfwagen KV-II 754®». Или — «Клим Ворошилов-2». Огромная, квадратная, словно гигантским топором вытесанная башня высотой под два метра, вмещала чудовищное 152-миллиметровое орудие. Во всем мире в 1941 году не существовало танка с таким ультимативным вооружением! Мощный бронекорпус на широких гусеницах едва справлялся с тяжестью подобной гаубицы шестидюймового, практически «корабельного» калибра.

Весьма знатные «трофейщики» — немцы, несколько доработали чудовищный КВ-2, установив на квадратной двухметровой башне еще и командирскую башенку от танка Pz.Kpfw-IV. А еще перекрасили в серый цвет и нанесли черные кресты с контрастной белой окантовкой и тактические знаки. На корме, на моторно-трансмиссионном отделении укрепили нацистский флаг со свастикой — чтобы свои же «Юнкерсы» случайно не разбомбили трофейный супертанк.

Фельдполицайдиректор гестапо и по совместительству штурмбаннфюрер СС Вернер Хартман явно решил перестраховаться. И оберст-лейтенант Вольфрам фон Хесснер не возражал. Воспользовавшись своими широчайшими полномочиями, офицер СС добился того, чтобы поломанный русский супертяжелый танк КВ-2 не просто починили в рембате одной из танковых дивизий группы Клейста, но и модернизировали. Причем проделали все это всего за трое суток! На танк, как уже стало понятно, установили командирскую башенку и мощную радиостанцию «Телефункен». Техники, работая круглые сутки под угрозой военно-полевого трибунала и неминуемого расстрела, перебрали двигатель, починили трансмиссию

А вот со снарядами возникли проблемы. Боекомплект этого «Сталинского монстра», как называли его сами немцы, состоял из 36 снарядов раздельно-гильзового заряжания к гаубице. Однако найти удалось всего полтора десятка. Тут были и 40-килограммовые осколочно-фугасные, и кумулятивные и даже бетонобойные — для непосредственной штурмовой задачи этого танка. А именно — уничтожения железобетонных ДОТов и прочих высокозащищенных огневых точек. Такой бетонобойный снаряд с расстояния в километр вбуравливался в бетон на 80 сантиметров и разрывался с замедлением внутри стены, пробивая 114 не миллиметров, а сантиметров бетонного массива.

А вот при взрыве тоже 40-килограммового, но осколочно-фугасного снаряда, образовывалась воронка почти полтора метра глубиной и диаметром три с половиной. Вдобавок ко всему в боекомплекте сверхтяжелого танка КВ-2 имелся еще и 51-килограммовый полубронебойный снаряд. Короче, смерть всему живому…

Экипаж КВ-2 состоял из шести человек: мехвода, командира танка, командира орудия, (!) наводчика, замкового и заряжающего. А двухметровая по высоте башня вообще строилась вокруг 152-миллиметровой гаубицы весом почти четыре тонны! Понятное дело, что сам штурмбаннфюрер СС Хартман занял место командира танка и восседал на верхотуре — в заново пристроенной командирской башенке. А оберст-лейтенант фон Хесснер стал командиром орудия. У него стояла своя танковая панорама для обзора.

У столь огромного танка с могучим орудием, способным взломать железобетонную огневую точку, имелся серьезный недостаток — низкая скорострельность. Поэтому целиться нужно было очень тщательно. Экипаж трофейного «(Sturm)Panzerkampfwagen KV-II 754®» с первого выстрела русский танк не поразил, и это стало серьезным тактическим просчетом.

Впрочем, в составе Schweres Panzerjäger-abteilung — «Тяжелого противотанкового подразделения» имелась ещё одна 105-миллиметровая штурмовая самоходка на базе французского танка Char-B1bis. Вот у нее скорострельность все же 4 — 6 выстрелов в минуту…

— Твою же мать! По нам еще и 105-миллиметровая самоходка херачит!!! — майор Рыков угадал по гораздо меньшему фонтану взрыва.

В принципе, и ее 15-килограммовый снаряд мог причинить модернизированному Т-55 серьезный ущерб — попади он в борт или в «ходовку». Разворотит катки — и привет, пишите письма мелким почерком… Танкистов-попаданцев спасал пока только «экран местности», то, что нижняя часть их танка была скрыта неровностями рельефа и остовами побитой ими же немецкой техники. Да и то, что гитлеровские самоходки не решались подойти ближе 800 метров и предпочитали палить издали. Так что при резком и энергичном маневрировании у экипажа майора Рыкова еще оставался шанс выжить.

Но сам Олег Рыков как опытный танкист понимал, что в глухой обороне отсиживаться бесполезно: их обязательно, рано или поздно, накроют залпами крупнокалиберных орудий. Фрицы, ведь, отнюдь не дураки, и воевать они умеют!..

Следовало раз и навсегда переломить ход этого сражения.

— Паша, жми вперед, зигзагом! Нужно сблизиться с немецкой самоходкой. Прикроемся ей и ударим по КВ-2. Егор?..

— Да, командир…

— Работай только подкалиберными — мы должны их сжечь наверняка!

— Понял. Лешка?..

— Подкалиберный заряжен.

«Катушечный» — из-за характерной формы, снаряд с сердечником из карбида вольфрама пушки Д-56ТС пробивал с километра бронеплиту в 80 миллиметров. Так что шансы имелись — нужно только хладнокровие, точность расчета и слаженность действий всего экипажа. Четыре танкиста-попаданца понимали друг друга с полуслова и полувзгляда, каждый считался настоящим спецом в своем деле. Все понимали, что сейчас бой, как никогда ранее, разворачивается по очень простому принципу: победить — значит выжить. Без всякого героического пафоса. На войне, как на войне.

Мехвод Паша Пономарев дергал за рычаги фрикционов, бросая танк из стороны в сторону. Новый взрыв 152-миллиметрового снаряда КВ-2 ахнул смертоносным фонтаном как раз на том месте, с которого пару секунд свернул модернизированный Т-55. Новый рывок — теперь уже в другую сторону, и по другому борту «танка для попаданцев» ложится другой разрыв. Теперь уже от 105-миллиметрового снаряда. Да, зажали «фрицы» в смертельную «вилку»!..

Но все же Т-55 сокращает дистанцию, разворачивается и наводит свою 76-миллиметровую пушку на штурмовую самоходку противника.

— Егор, огонь по готовности.

— Выстрел!