Мой любимый враг, или (Не)настоящая жена - Олешкевич Надежда "AlicKa"

Мне же стало интересно, что будет дальше и будет ли вообще продолжение. Насколько мы близки, какие чувства раньше вызывал во мне супруг, какова его истинная натура – эта неизвестность интриговала. Я склонила голову набок, раскрываясь для его ласки. Ощутила давление на спине, скольжение пальцев вдоль позвоночника и то, как они добрались до тонких бретелей на плечах, поддели их. Всего миг промедления. Совсем немного времени на то, чтобы остановить мужа. Я шумно выдохнула, стоило ночному платью скользнуть вниз, оставив меня полностью голой.

Так быстро, я не готова.

Наверное, подобное поведение для супругов в порядке вещей. Внезапно возжелать близости и…

Я прикусила губу, постаралась побороть смущение. Не шелохнулась. Превратилась в океан перед бурей, затаивший все в своих чернильных глубинах. Мурашки побежали по коже от легких, словно перышком, прикосновений к моим бокам, от поглаживаний по спине, шее. Тайрэн перекинул мои длинные черные волосы через плечо, наклонился. Поцеловал в ключицу.

Обжег!

Я опять вздрогнула, собралась отстраниться, но мужчина не позволил сделать и шага. Он поднял меня на руки, отнес к кровати и бережно, словно нежный цветок, уложил на смятые простыни, еще не остывшие после недавнего сна.

К чему мое волнение? Откуда взялись смущение и страх?

Я не находила ответов на эти вопросы. Мне была непонятна внезапная реакция, которую вполне можно списать на потерю памяти. Все нормально, сама ведь захотела. Тем более мы не впервые этим занимались, значит, нечего бояться. У нас есть сын, мы женаты уже несколько лет, поэтому нужно просто отдаться моменту.

«Неужели ты такая трусиха, Анни?»

Руки потянулись к пуговицам на камзоле, начали расстегивать одну за другой, вот только слушались плохо, дрожали. Тайрэн мне не мешал. Напряженно наблюдал, словно наслаждался этим тягучим моментом.

Становилось все более неловко. Я уже была на грани того, чтобы прервать свое занятие и попросить мужа отложить все на потом, дать мне время освоиться и узнать его заново. Он казался чужим. Я не чувствовала себя уверенно, не могла раскрепоститься. Но супруг уловил мои намерения. Убрав мои руки, припал к губам в горячем поцелуе и сразу же ворвался в рот языком.

А сердце сильнее забилось о ребра, словно собралось вырваться из прочных оков грудной клетки. И мир померк. Я перестала слышать. Только стук, этот бешеный стук! Нежный шелк простыней ласкал кожу, я ощущала тяжесть навалившегося на меня мужчины. Не шелохнуться, только принимать его страсть. Властные пальцы на моих боках, трение не до конца расстегнутых пуговиц об оголенный живот. Хлесткое понимание, что все произойдет прямо сейчас, бежать уже поздно.

Стук сердца. Нет, его вой. Крик!

Я терялась в происходящем, не противилась. Понимала свою безвольную слабость и то, что противостоять огню Тайрэна не смогу. Он не остановится. Не отступит. Можно было бы попробовать, но…

Еще присутствовала скованность. Каждый поцелуй словно новая вспышка, пронзающая тело молнией. Низкое звучание его голоса, повторяющего мое имя, как гипнотическое воздействие флейты, способной подчинить даже обитательниц песчаных дюн. А темный взгляд будто магнит. Он заставлял меня погружаться все глубже и глубже, напрочь забывать обо всем, просто существовать здесь и сейчас, где остались лишь мы. Только вдвоем.

Было хорошо. И, кажется, в то же время плохо. Меня терзало внутри от противоречивых чувств, от желания полностью ему отдаться и оттолкнуть. Вот только непонятно, что из этого было сильнее, почему возникало это дикое сопротивление.

Мы ведь женаты!

– Анни, – прорычал муж, и по всему телу снова побежали мурашки, столпились в самом низу живота.

Вмиг все стало неважно. Ни потеря памяти, ни падение с утеса, ни слова Винесии, что лучше нам с Тайрэном не прикасаться друг к другу первые несколько недель. Остался только он. Он и распахнувшиеся над нами черные с серебряными прожилками крылья, которые закрыли от дневного света и спрятали от остального мира.

– Анни, моя жена. Моя! – выдал супруг в момент наивысшего удовольствия.

Эти слова размножились в сознании, превратились в эхо. Я растворилась в них и в накрывшем меня блаженстве улетела куда-то в небо, лишившись земного притяжения.

Тайрэн уткнулся лбом в мой лоб. Начал поглаживать щеку. Повторяющиеся движения. Тишина. Приятная слабость в теле и нежелание анализировать собственную реакцию, бороться с непониманием. Мне слишком хорошо.

Руки соскользнули с плеч мужа, и я обнаружила кожу под ногтями и остатки крови на них.

– Ой!

– Не переживай, это стоило того. Тем более у меня хорошая регенерация.

– Все равно прости, я не хотела сделать тебе больно, Тайрэн.

Он оторвался от меня, улыбнулся сытым котом. От сурового короля не осталось и следа. Передо мной появился довольный мужчина с теперь уже открытым взглядом и милыми морщинками в уголках глаз. Невероятное преображение! Если раньше мужа можно было без зазрения совести назвать привлекательным, то теперь – ослепительно красивым. Кажется, мне повезло с ним.

– Ты никогда не называла меня по имени, – прошептал он и сорвал с моих губ очередной поцелуй. – Мне нравится, продолжай.

– Да? А как я тебя называла?

– Неважно, – качнул он головой. – Как бы мне ни хотелось продолжить начатое, но матушка права. Осталось слишком мало времени до начала праздника, тебе нужно одеться и подготовиться, чтобы спуститься к гостям. И мне.

– Это сильно тяготит тебя? – решила я хоть немного узнать своего мужа. – Голос такой, будто для тебя это настоящее бремя.

– Анни, – убрал он волосинку, попавшую мне в рот, погладил щеку. – Ты очень красивая.

Я вдруг поняла, что даже не помнила своей внешности. Когда поднималась, чтобы подойти к мужу, успела лишь заметить густые черные волосы, почти достающие до ягодиц. Мужчина будто прочитал мои мысли. Поднялся, снял не до конца расстегнутый камзол, чтобы остаться в развязанной на шее рубашке, и бросил его на стул. Штанов, к слову, на нем не было, вот только все самое главное прикрывала белая ткань, что не могло не радовать. Все-таки я оказалась не очень смелой девушкой. Меня смущала мужская нагота. Да даже вид крепких ног заставлял пылать щеки. Тайрэн проследил за моим взглядом, усмехнулся. Потянул меня за руку и вскоре подвел к ростовому зеркалу, встав за спиной.

Опустил на мои плечи тяжелые ладони, которые выглядели чуждо на молочной коже. Большой палец прошелся по тонкой шее. Я сначала через отражение в зеркале встретилась взглядом с супругом, возвышающимся надо мной на целую голову, а потом только посмотрела на себя.

Очень молодая. Невинная на вид. Голубые глаза в обрамлении темных бровей казались попросту бездонными. Припухшие после жарких поцелуев губы смотрелись розовыми лепестками. Круглое личико с острым подбородком напоминало луну в ночном небе, такую же бледную и лишенную жизни. Мое отражение напоминало лань, за спиной которой уже стоял проголодавшийся зверь. Не бесстрашная, не отчаянная, а скорее искушенная богатством, но все еще сохранившая чистоту души.

Признаться, я немного разочаровалась.

Зато Тайрэн напоминал льва рядом с загнанной в угол дичью. Ни за что не отпустит!

Я снова сосредоточила на себе внимание. Что-то красивое ведь он видел, раз уж смотрел с вожделением.

Стройное тело, подтянутая грудь, ноги тонкие, длинные. Меня совсем не впечатляло. Хотя если присмотреться, то волосы придавали моей внешности особый шарм, они струились на одном плече шелком, игриво прикрывали весь правый бок словно плащом.

– Невероятно красивая, – будто не веря своему счастью, сказал Тайрэн, и я улыбнулась его отражению.

В комнату постучались. Не дождавшись ответа, сюда вошли сразу две служанки, перешептываясь между собой, но вдруг увидели нас с мужчиной и залились румянцем. Я успела прикрыться руками и отчасти волосами, в то время как супруг даже не шевельнулся.

– Ой.

– Простите, просто обычно…