Твой ход, аниран (СИ) - Селютин Алексей Викторович

- Может, тот самый коммандер?

- Коммандер Тамаш пал одним из первых от арбалетного болта. Как мы выяснили у выживших свидетелей, он быстро заподозрил неладное, когда заметил идущую в сторону дворца колонну солдат. В столь позднее время пересменки проводились только с его разрешения. А он никаких разрешений не выписывал.

- Значит, его убили первым, точно зная, кто он такой, - подвёл я первый итог. – Сначала ударили по командному составу…

- Верно, аниран, - подтвердил Фелимид. – Нападавшие в точности знали распорядок и всё руководящее звено… Но об этом позже. У западных врат уменьшили количество охраны в одну из ночей. Но все четверо дежуривших тогда стражей дружно подтверждают: глубокой ночью к вратам подошли несколько десятков гессеров под предводительством сотника. Сотник вёл себя уверенно, показал очередной приказ о смене и потребовал пропустить их во внутреннюю часть города. Десятник стражи не знал этого сотника в лицо, но все регалии присутствовали. Восковая печать на письме, доспехи соответствовали, перо на шлеме сверкнуло в свете факела. Сотник не проявлял беспокойства и вёл себя уверенно. Единственная странность, которую отметил страж, - в глубокую ночь лица всех гессеров скрывались за забралами шлемов.

- Видимо, старались скрыть цвет кожи, - хмыкнул Каталам.

- Да, скорее всего, - подтвердил Фелимид. – Десятник стражи пропустил лже-гессеров. И следующие два рассвета они скрывались во внутренней части города.

- Пятьдесят темнокожих бородатых мужиков скрывались два рассвета? – присвистнул я. – Это где они помещение такое нашли, где могли бы безвылазно просидеть столько времени. Кто их укрыл? Где скрывались?

- Под жилищами дворцовой прислуги, - обречённо вздохнул Фелимид. – Их провёл туда кто-то, кто имел доступ во дворец. И укрыл все пять десятков в одном из продуктовых подвалов. Два рассвета убийцы скрывались в хладном помещении, где такому количеству разместиться можно, если всё время стоять на ногах… Да, всё верно: в течение двух рассветов, в чудовищной тесноте они вели себя тише, чем в норе ведёт себя картук.

На собрании воцарилась недолгая тишина. Видимо, каждый, как и я, представлял себе картину, как пятьдесят здоровых и упитанных мужиков теснились в месте, где нельзя даже посрать. Как они всё это выдержали? Как вынесли? Как не выдали себя даже пердежом? Это какая сила воли, какая мотивация должна быть у тех, кого прислали убивать короля. Всё же, мне кажется, не прагматизмом они руководствовались, а ненавистью. К миссии своей относились как к чему-то невероятно важному. И уверенно игнорировали дискомфорт.

- А дальше что? – задал вопрос мастер-коммандер Яннах. – Стражу на вратах обманули, смогли пробраться внутрь и затаиться. А как попали в столицу? Откуда прибыли?

- На эти вопросы ответов пока нет. Караваны этим летом шли отовсюду. Ярмарка тоже была полна разного люду. В столицу проскочить было несложно.

- Беспечны мы слишком стали, - чуть ли не топнул ногой Яннах. – Расслабились после стольких успехов. Голод победили, армию нарастили, Обертон отстроили. И на тебе – разрешили вольно пребывать каждому. Уверовали, что люд, поверивший в анирана, никогда не сотворит нечто подобное…

- Уверен, люд, напавший на короля, не верил в потенциального спасителя, - перебил я Яннаха. Я-то, в отличие от него, слышал последние слова того, кто утонул в озере вместе с Фабрицио. И всё ещё сомневался, действительно ли короля приходили убивать. – Но давайте сначала дослушаем королевского дознавателя.

- Дальше всё было очень печально, - указкой Фелимид указал прямо на вход в королевский дворец. – Мы опросили всех раненых гессеров, всю выжившую прислугу или случайных наблюдателей. Они сказали, глубокой ночью нападавшие пришли незаметно. Измазанные в чёрное, в чёрных одеждах, они растворялись во тьме… Коммандер Тамаш был у врат дворца в тот момент, потому что в Восточном крыле разгорался огонь и он отправил туда часть людей. И он первым заметил их. Вышел навстречу в окружении солдат и получил арбалетный болт в грудь. Несмотря на неожиданность, гессеры попытались оказать сопротивление. К месту начавшейся схватки уже спешили отовсюду. Многих удалось задержать на ступенях и у фонтана. Но гессеров рассеяли. Даже в темноте нападавшие с удивительной точностью стреляли из арбалетов и метали ножи. Королевская гвардия понесла самые большие потери перед входом во дворец. Но так и не смогла задержать нападавших. А дальше схватки разгорались уже внутри. Королевский дворец проснулся. Прислуга металась, некоторые даже пытались браться за оружие, как нам потом сообщили. Хаосу помогал распространяться слух, что где-то что-то горит. Нападавшие лезли напролом, лезли вверх, стремясь прорваться к королевским покоям. Гессеры успевали сооружать баррикады и сдерживали их. Подходило подкрепление и сходу ввязывалось в драку. К сожалению, спешащие на помощь гессеры несколько раз попадали в засады. Оттого и потери настолько высокие. Они просто не догадывались, что имеют дело с весьма умелым и грамотным противником. Затем примчался коммандер Каталам и всё взял в свои руки, - Фелимид указал указкой на Каталама, который сидел не двигаясь, словно скала. Видимо, погрузился в неприятные воспоминания. – И мы приступили к планомерному выдавливанию. Больше никто не совершал ошибок, не бросался грудью на арбалетные болты. Мы вычищали каждое помещение и были весьма удивлены тем, что никого из нападавших не удалось взять живым. Они сражались до конца. Даже ранения их не останавливали… Ну а потом примчался аниран. Зашёл во дворец и закончил дело.

Тут уже я погрузился в неприятные воспоминания. Времени прошло достаточно, но я всё ещё помнил тот ужас, когда смотрел на выпадающего из окна Фабрицио. Я всё ещё помнил, как держал на руках Терезина и про себя восхищался парнем. Я всё ещё ощущал тот шок, когда увидел павшего короля. Король Анфудан Третий хоть и не являлся образцом для подражания конкретно в моих глазах, всё же многое успел сделать. Он поверил в меня, дал защиту, и помог Астризии возродиться. Мне всё ещё было очень жаль, что Астризия лишилась такого монарха.

- С-суки, - сквозь зубы процедил я. Ненависть часто подавала голос, когда я возвращался в те времена, где чувствовал себя бессильным. Неспособным что-либо изменить. А поддаваться ненависти мне было никак нельзя. Поэтому я старался не вспоминать о таких моментах. – Хорошо, Фелимид, ты нарисовал картину произошедшего. Теперь давай выслушаем твои выводы.

- Первый и самый главный вывод – нападение организовано тщательно и тщательно продумано. Обман, поддельные приказы, свободный доступ во дворец… Значит, нападение организовал кто-то весьма влиятельный и баснословно богатый...

Сверху, с балкона, раздался подозрительный скрежет. Все посмотрели наверх и увидели злющую Мириам, которая ногтями скребла по перилам. Она ничего не сказала, но слушала Филимида очень внимательно. А меловая крошка с перил сыпалась на пол.

Возможно я ошибался, но, кажется, она, как и я, «весьма влиятельным и баснословно богатым» считала своего отца. И, наверное, считала эту версию безупречной.

- Второе весьма важное, - продолжил Фелимид. – Не только кожа, говорящая о том, что убийцы родом не из отсюда. А их говор. Дивный говор.

- Дивный говор? – удивлённо переспросил я.

- Да, весьма дивный, - подтвердил Фелимид. – Я переговорил с несколькими выжившими гессерами. Но дивную речь слышали немногие. Один рассказывал, что никогда не слышал, чтобы так говорили. Он понимал речь, но с огромным трудом. Воин опытный. Бывалый. Он уверен, что так в Астризии не говорят.

- Очень странно, - я усиленно напрягал память. – Что-то я не припомню никакой "дивности" в говоре ублюдка, который выпрыгнул из окна и утащил за собой Фабрицио.

- Я тоже не заметил, - подтвердил Сималион.

- У меня есть подозрения, что он-то как раз уроженец Астризии, - поделился мнением Фелимид. – Он знал, куда идти и зачем идти. Именно он, скорее всего, прикидывался сотником гессеров.