Загнать валькирию (СИ) - Лучезаров Константин

Световое пятно — Виктория — дёрнулось и завопило. Её «голос» был визгливым диссонансом, царапающим умиротворённую мелодию светопотока:

— АГОНИЗИРУЮЩЕМ?! Я была ЖИВА! Я всё чувствовала! Как эта… это энерго- что-то там…, в меня влезло! Куда вы смотрели! Это вопиющее нарушение! Я ТРЕБУЮ немедленного изъятия! Мой дядя был лично знаком с самим…

Советник № 371 (перебивая, без повышения тона): С-77-Сигма. Носитель T-889 получил несовместимые с продолжением индивидуации повреждения при родоразрешении. Его показатели соответствовали критерию «агонизирующий» на 98,7 %. Ваше осознание было фрагментировано и не подлежало восстановлению в приемлемые сроки. Протокол «Красный Уровень» был применён корректно. Примечание: контур «Таранова», обозначенный как C-015-Тетта, после внедрения в носитель T-889 продемонстрировал нештатный эффект — стабилизировал носитель и прекратил процесс дезинтеграции остаточной матрицы С-77-Сигма. Это выходит за рамки типовых результатов. Есть ли у Вас, Помощник № 244, основания полагать, что данный дефект… — он бросил взгляд, похожий на смещение фокуса камеры.

Помощник № 244 (щёлкая языком, похожим на луч света): Подтверждаю. Матрица стабилизации контура C-015-Тетта повреждена. Процедура полной очистки и обнуления паттернов опыта сопряжена с риском полной аннигиляции энергоструктуры. Контур не проходил карантинный цикл и был загружен в носитель в неформатированном, «загрязнённом» состоянии. Данное действие является прямым нарушением параграфа 1 «О чистоте и подготовке носителя».

— Вот видите! Уничтожьте его! — взвизгнуло пятно.

Советник № 371: Нарушение зафиксировано. Однако, протокол «Красный Уровень» имеет приоритет над параграфом 1 в зонах боевых действий. Фактически, мы имеем две технические ошибки: неполное очищение души «Таранова» и недостаточная очистка носителя T-889 от остаточной матрицы С-77-Альфа. В результате возник симбиоз с двойным психоинтоксикационным дефектом. Реверсирование процесса аннулированием невозможно без полной деструкции обеих энергоструктур.

Пятно замерло, излучая волны чистой, детской обиды, замешанной на леденящем ужасе.

— Как дестр… уничтожения? Нет! Я не согласна! Я не хочу! Это несправедливо! Я — из имперского рода! Меридан это так не оставит! Вы не имеете права! Я… я пожалюсь!

Помощник № 579 (не меняя позы, голосом, в котором слышится лишь лёгкая скука): Реестр обновлён. Субъект «Меридан Тухонест» помечен как «деактивирован». Ваша ссылка недействительна и архивирована.

Советник № 371: Первое. Согласно протоколу № 196, пункт 17-бис, устойчивость пси-матрицы контура C-015-Тетта («Таранова») будет калькулироваться исходя из его психологической привязки и функциональной ответственности за остаточную собственность контура С-77-Сигма. А именно — за обеспечение непрерывности жизнедеятельности зависимого носителя Z-1287, он же субъект «Аррест Тухонест», до момента достижения им полной биологической и социальной обособленности, что по местному хронометру эквивалентно 15 (пятнадцати) стандартным годам от момента рождения. В случае досрочного и необратимого прекращения функционирования носителя Z-1287, контур C-015-Тетта подлежит принудительной дезинтеграции за невыполнение условий имплантации.

(Пауза. Световое пятно замерло, даже не пытаясь протестовать. Этот пункт был настолько чудовищным и неожиданным, что выжег всё, кроме тихого ужаса.)

Советник № 371: Второе. В целях стабилизации психоэмоционального профиля С-77-Сигма и снижения уровня паразитарной интерференции между двумя дефектными матрицами в рамках одного носителя, предоставляется доступ к сенсорным каналам на временной, частичной основе. Помощник № 244, рассчитайте и утвердите квант доступа.

Помощник № 244: На основании расчёта устойчивости данной… сдвоенной аномалии. Максимально стабильный интервал — двадцать семь минут и тридцать четыре секунды в сутки по хронометру Ландинии. Превышение вызовет резонансный коллапс из-за конфликта неочищенных паттернов памяти обеих матриц. Триангуляция стретолитных флуктуаций не синхронизируется с несовместными пси-потоками.

Помощник № 579: А что это, если перевести, означает?

Помощник № 244 (пожимая теневыми плечами): Означает, что система с трудом выдерживает эту конструкцию из ошибок и отступлений. Ещё чуть-чуть — и развалится. Цифры в отчёте такие. Я лишь озвучиваю.

Советник № 371: Решение принято. С-77-Сигма, вам предоставляется ежесуточный квант в 27:34 для сенсорного контакта с носителем T-889. До его биологической деактивации или нахождения технического решения по разделению/очистке дефектных матриц. Обязанность по уведомлению второго арендатора о дополнительных условиях… — он бегло просмотрел что-то в потоке данных, — …возлагается на вас. Не входит в зону нашей ответственности. Заседание окончено.

Он снова ударил молотком из тьмы.

Т-дыщ!

Голограммы, стол, кресла — всё начало расплываться, растворяясь обратно в световом потоке. Световое пятно, бывшее Викторией Яропайской, на мгновение ярко вспыхнуло. И в пустоту, в густой свет, в самое нутро мироздания вырвался не крик отчаяния, а громкий, пронзительный, почти радостный визг — крик существа, которое отчаялось добиться справедливости, но ухватилось за соломинку. Крик, в котором были и обида, и торжество.

— ВЕРНУЛИ!

И всё исчезло. Только светопадная река текла дальше, упиваясь неторопливой равнодушной мелодией.

Глава 5. С дьяволом накоротке

Виктория проснулась от того, что на подушке, больше похожей на детский матрац, затекла шея. Потолок над кроватью находился где-то в районе стратосферы. Комната, которую Вистест назвал «гостевыми апартаментами», больше походила на ангар для бомбардировщиков. Всё было гигантского, неудобного, давящего масштаба. Дверная ручка — почти на уровне подбородка. Стол — как посадочная площадка. Даже стакан для воды приходилось обхватывать двумя руками.

Прошла всего ночь с момента их прибытия, а она уже чувствовала себя выжатой. Каждый взгляд, брошенный сверху вниз, каждый гортанный звук местного наречия, каждый несоразмерный предмет — всё напоминало: ты здесь не просто чужая. Ты — мелкая, неудобная, лишняя.

Она заставила себя встать, сделать разминку на несколько минут, чтобы прогнать скованность. Позавтракала. Сделала глоток воды из нелепого стакана, и тут…

В голове словно лопнула натянутая струна, раздался чудовищный, немой крик. Не звук. Боль. Боль, замешанная на такой чистой, детской обиде и ярости, что Виктория инстинктивно вжала голову в плечи. За криком пришло ощущение. Чужое. Живое. Оно висело в уголке её сознания — сгусток злой, испуганной, бесконечно оскорблённой энергии. Как ребёнок, которого ударили и заперли в тёмной комнате.

Через три секунды это исчезло. Остался лишь липкий холод на спине и лёгкий звон в ушах.

«Схожу с ума, — констатировала она мысленно. — Поздравляю, капитан. Пункт «лёгкая шизофрения» в сводке безнадёжности подтверждён. Новый статус «чокнутая»».

Её ждал Амадир Коварди, второй сын Вистеста. Гигант лет сорока пяти, с лицом, высеченным из той же скалы безразличия, что и у отца, но без того ледяного интеллекта в глазах. Он ждал её в приёмной, явно тяготясь каждой потерянной минутой.

— Отец передаёт, — начал он, не здороваясь, как будто зачитывал договор, — что ваше присутствие здесь — временная мера. Банк Сатии отказал пролонгировать срок изъятия имущества. Заморозить его может только официально открытое дело о признании Меридана героем. Срок рассмотрения ходатайства о начале дела — месяц.

— Месяц? Дом конфискуют через две недели! — голос чуть сорвался, выдавая отчаяние, которое она так хотела скрыть.

Амадир посмотрел на неё, как на сломанную говорящую куклу, которая вдруг начала пищать невпопад.