Росомаха. Том 3 (СИ) - Третьяков Андрей

— Зови всех за стол, накрывай на всех, и себя не забудь! — ответил я. — Вместе отобедаем. Там же и пообщаемся. И на гостя, как ты выразился, тоже накройте, ежели встанет, буду вас знакомить и объяснять все детали. И запомни! Он теперь мой человек, и отношение к нему жду соответствующее.

— Как скажете, господин! — поклонился мужчина. Вот только скепсисом в его голосе можно было дробить камень. — Сию минуту!

И убежал вперёд. В прямом смысле слова убежал, чего я от обычно степенного Василия никак не ожидал. Когда я подошёл к столовой, там заканчивали расставлять приборы, бокалы и тарелки на всю толпу. А ко мне подбежал поварёнок и, явно боясь, прокричал, хоть и негромко:

— Господин, блюд на всех не хватит, сейчас готовят, но пополнение через полчаса только, примерно. Глафа сказала, что сложного не будет, не ожидал никто, господин. Но успеют за полчаса. Просили сильно не гневаться!

Это что, у меня до сих пор такая репутация? Я жестом подозвал уже откровенно дрожащего от адреналина поварёнка и протянул ему монету.

— Это тебе, спасибо за информацию, — после чего достал купюру в десять рублей. — А это главным отнеси, как извинения за непредвиденные труды, пусть поделят. Ну, беги!

Поварёнок, с огромными от удивления глазами, секунду протупил, а после сорвался и убежал. В отдалении я слышал, спасибо Россу за невероятный слух, его восторженные рассказы про «доброго хозяина». Надеюсь и тут выправить репутацию, созданную моим предшественником по телу.

Вскоре мы все сидели за столом. Оказывается, Альберт встал намного раньше меня, и тренировался на улице. Он задержался «на ополоснуться» и присоединился к нам. Напряжение буквально витало в воздухе, похоже, уже все знали и про нападение, и про потерю автомобиля, и про участие в этом незнакомца.

— Так, друзья! — начал я. — Пока вы не сожгли Альберта взглядами, позвольте вас перезнакомить. Это Альберт, теперь он будет создавать родовую дружину, личную армию, называйте, как хотите. Росомаха принял его клятву, он даже был удостоен личной аудиенции у нашего тотема. Всем это понятно? Он теперь, хоть и внезапно для всех, включая его самого, один из нас! Вопросы?

Взгляды, полные недоумения, как прожекторы, перескакивали с одного на второго. Но вслух никто ничего не сказал. Удивительно, но после моих слов подозрительных взглядов не осталось, появился интерес и любопытство.

— Это Антон Антонович, — продолжил я знакомство, но уже для бойца. — Он заведует финансовой частью. Это Василий, он главный во всём. Организовать, сделать, нанять, устроить приём, да что угодно. Мой в прошлом учитель. А это Иван, глава нашего поселения. И последний по списку, но, сам понимаешь, не по значимости, мой единокровный брат, барон, Бродислав Сергеевич, по отчеству не обязательно.

— Рад знакомству! — он степенно встал и поклонился каждому, глубоко, чуть ли в пояс. — Начало не задалось, но я теперь живу во имя рода Росомахиных, о причинах распространяться пока не хотелось бы.

Он долгим взглядом посмотрел на меня, и продолжил:

— Нам теперь жить вместе, как ни крути. Я очень надеюсь на хорошие отношения со всеми. Прощения просить не буду, глупо это, как минимум, то моя работа была. Не справился. Облажался, впервые в жизни. Поскольку моего заказчика более нет, считаю долг заказа снятым с себя, и поклялся в преданности роду, уступая силе и мотивам, о которых говорить не хочу. Буду раз, если примете в коллектив, в общем.

Совсем не круто закончил он, похоже, выдохнувшись. В целом, его речь зашла всем. Как по мне, зря он не сказал про кроху, свою сестру. Это его оправдывало бы в глазах обывателя, которыми здесь были все, явно. Им понравилась бы эта слезливая история. Меня она точно тронула.

Я, не имевший никогда семьи, примерно так и представлял отношение старшего брата к сестрёнке. Умру, но спасу роднулю. Почётно. И правильно, достойно. И вечером мы поедем в Каневскую, где она доживала последние недели. Заберём малышку и рванём в Краснодар. К магине жизни.

— Ладно, познакомились? — спросил я. — Предлагаю о делах. Антоныч, тебе начинать, все денежные потоки в твоих руках, вот и расскажешь, что у нас и как.

Худой мужчина, дергая то носом, то ушами, принялся за доклад:

— Господин! После разморозки денег посыпались проблемы. Не поверите, но с тем, как их лучше вложить. Иван требует перегонный завод, который окупится через года полтора, если часть оборудования мы произведём сами. Причём сумма приближается к двум сотням тысяч, огромные деньги.

— Так мы с Андреем это обсуждали! — перебил Иван, огромный мужчина и голова деревни. — Он дал добро! Не просто так я же пришёл, не с бухты-барахты. Господин, подтвердите! Иначе урожай погниёт весь, а в него тоже много вложено. И денег, и магии, и работы!

— Всё так, подтверждаю, — кивнул я. — Антоныч, это прямое руководство к действию. Продолжай. Что дальше?

— Дальше запрос на сто тридцать тысяч от вашего брата, — нос бухгалтера ходил ходуном, живя своей жизнью. — Говорит, окупаемость всего три месяца, но я пока не обсчитывал, данных не хватает, а он не предоставил!

Я повернулся к Бродиславу. Вот только ссор между моими близкими мне не хватало. А это тянуло на скрытую вражду, или я ничего не понимал в людях. И в чём они пересеклись настолько, что один готов топить другого?

Глава 4

— Андрей, — ответил брат на невысказанный вопрос. — Эти деньги необязательны, доход же уже идёт, и немаленький. Но они могут быстро поднять прибыли с тонкого места. Если нет финансов свободных, я выйду на тот же уровень спустя всего полгода. Суть в чём! Кабаки платят оброк. Но владельцы готовы их продать, став просто управляющими. Ну, на некоторых надавить пришлось, не без этого. После и торговлю подмять можно будет. А в дальних планах можно даже перерабатывающие фабрики открыть, добычу с изнанки самим использовать. Это совершенно новый уровень!

— Не дадут тебе подобное сотворить! — Антоныч даже дёргаться перестал. — У нас в этом вопросе сплошь монополии или договорняки. Нас задавят, как блох, не выдюжим. Там же известнейшие фамилии, они всегда всю добычу скупали. Да и рецептура обработки многих трофеев — тайна тайная, в их родах хранящаяся.

— Да что я, без понятия, по-твоему? — оскорбился здоровяк. — На эксклюзивы и редкости я рот и не разеваю. Будем сбывать, как и раньше, не доросли, рылом не вышли с подобными родами не скажу чем меряться. А вот простейшие… Те же панцири кислотников! Они просто очистки требуют и так используются, а их много добывают. Ещё их нарезать на пластины можно, опять прибыль. И так во многом. У нас же первый уровень, редкости очень редко попадаются! А всю дешёвку можно продать раз в семь дороже опосля обработки. В семь, брат! Я многое просчитал. Пока полной картины нет, но это золотое дно, поверь мне.

— Фабрика — интересно, кабаки не очень, если честно, — ответил я. — Что нужно для этого?

— Менталитет людей поменять, — всплеснул огромными ручищами Бродислав. — Они должны постепенно привыкать, что теперь всё наше. И начинать придётся именно с кабаков! Думаешь, я сам не хочу сразу фабрики и скупку? Хочу! Только мы не в пустоте живём, народ надо подготавливать плавно. Потому кабаки и прочие гостиницы.

— Понял тебя, — кивнул я. — Звучит здраво. Подготовь бизнес-план, можно примерный, но с выкладками и ожидаемыми тратами. Антоныч, а ты выдели нужные для старта суммы. Идея, на мой взгляд, здравая. Дальше, Вань, твой отчёт. Про завод кальвадоса я понял. Ещё есть, что сказать?

— Есть, господин! — слегка поклонился здоровяк.

Блин, меня окружают огромные люди! Так и комплекс недолго заработать. Три из пяти доверенных людей просто огромные по размерам. Я рядом с ними котёнок какой-то. Впрочем, поговорку про огромный шкаф, что громко падает, никто не отменял. Бродислав ещё мог со мной поспорить в плане личной силы. С Альбертом я уже поспорил, и не в его пользу. Так что не всё так плохо. Но выглядели все красиво и брутально.