Спрут (СИ) - Ромов Дмитрий

— А с какой целью? — прищурился Ширяй.

— Надо подумать…

— Мыслитель, бляха…. Думай, чё… Он сказал, что нашёл Панюшкина в Дубае.

Я прочистил горло.

— Сказал, что выследил его, — недовольным тоном продолжил Ширяй. — И что он постоянно там живёт, что у него паспорт на другую фамилию, поэтому его никто не мог подловить, когда он выезжал из России.

— А что, у Давида есть в Дубае свои люди?

— Своих нет, он сказал, что вышел на албанцев.

Скорее всего, того чувака к Кате тоже он посылал через своих албанских другальков.

— Вот они-то и выследили Усы. И выяснили, на какую фамилию у него паспорт. А теперь он послал за ним своих людей. А в Верхотомске взял его жену в заложницы и спрятал где-то в подвале или хрен его знает где.

— И? — вопросительно взглянул я на Ширяя.

— Вот ты мне и скажи, — с наездом ответил он.

Я нахмурился. Собственно, если это всё было правдой, то выходило, что я со своей приманкой в виде Панюшкина, был Давиду больше не нужен. И сценарий, по которому я тупо и топорно устранил бы Ширяя, бросив на глазах у всех ему в рюмку таблетку, был для Давида самым идеальным.

Кто бы после смерти Ширяя поверил, вернее, кто бы осмелился поверить, что это Давид заставил меня сделать такой нелепый и тупой поступок? Картина бы сложилась так, как сказал бы Давид Георгиевич.

— Чего ты замолчал-то? — кивнул Ширяй.

В общем, получалось, что он убивал одним выстрелом двух зайцев. Устранял и Ширяя, и меня. А за следующие полгода, в течение которых Ангелина входила бы в права наследования, наследовать, по сути, ей было бы уже и нечего.

— Уснул, внучок?

Я покачал головой и поделился частью своих мыслей. Он призадумался.

— Сука, — после размышлений сказал Ширяй. — Вот сука Давид. А ты не дурак, сынок. Не дурак.

Лицо его было холодным и напряжённым. Как у Майкла Корлеоне во второй серии трилогии.

— Похоже, — сказал Ширяй, выпуская изо рта сизый и удушливый дым, — пришло время устроить ему автокатастрофу. Или утечку газа. Или ещё какую-нибудь лихорадку Денге.

— Не знаю, — сказал я, покачав головой.

— Что ты не знаешь? — прикрикнул Ширяй. — Не знает он! Я тебя и не спрашиваю!

— Дело в том, — сказал я, проигнорировав его грубость, — что сейчас он будет начеку. Будет ждать от вас чего-то в этом духе.

— А почему, собственно? — прищурился Ширяй.

— Потому что он понимает, что вы видите его игру, и вас она не может устраивать. Он понимает, что ставки взлетели до такого уровня, что все нежелательные последствия, связанные с его гибелью, отступают перед необходимостью его устранить. Поэтому он будет настороже.

— И что ты предлагаешь? — сделал затяжку Ширяй.

— А давайте… — сказал я, задумчиво разглядывая расплывающееся облако дыма, — а давайте его скормим Садыку. Как там Аркадий Исакович говорил? Шарики-то крутятся, ролики-то вертятся. Бум-бум-бум, меняться бум… Точно! Давайте его скормим Садыку!

— Как это? — чуть опешил Ширяй. — И нахрена это вообще? Мне не надо, чтобы его допрашивали и выбивали показания обо мне. Эта сука будет спасать свою шкуру и всех топить. И меня, и тебя. И никого не оставит незапятнанным.

— Ну, — протянул я, — так-то оно так. Но вы подумайте, как это будет прекрасно. Во-первых, мы укрепим доверие Садыка и развяжем себе руки. Правильно? И с вас никто не спросит за Давида…

Я чуть помолчал, обдумывая внезапно возникшие идеи.

— И давайте, знаете что… — продолжил я. — Давайте поможем хлопнуть его при задержании. Либо заставим его убегать… Да! Бежать и прятаться, не оставляя возможности заниматься чем-то другим. Загоним его к херам в угол. Или вообще куда-нибудь в горы. Туда, где он сам любит хоронить своих врагов.

— В горы, — хмыкнул Ширяй. — А что? В горы, да… Эта идиотка Кристина нагадила сегодня. Это же надо быть такой беспросветной тупицей. Наверняка это он ей управлял. Что он говорил, когда тащил её в сторону? Сто процентов, это же он. Это ведь он ей слил когда-то, что на самом деле стало с её малахольным придурком-архитектором.

Ширяй ощерился, показывая зубы, и в этот момент стал похож на злобного инфернального пса.

— Точно… — прохрипел он. — Это Давид ей всё рассказал. Сука. Он ведь тогда был молодой, а уже говнистый. Что он говорил, когда тащил её в сторону?

— Да ничего не говорил. Успокаивал просто. Не знаю.

— Ладно, это неважно. Важно, что Ангелина пошла в меня, а не в свою тупую мамашу. Природе, Серёжа, тоже надо отдыхать. Понимаешь меня? Происходит постоянное чередование. Умный, идиот, умный, идиот, умный, идиот… Так что ты не теряй времени и ориентируйся не столько на детей, сколько на внуков. Сечёшь? А впрочем, чем больше ты настрогаешь короедов, тем больше у тебя будет выбор. К счастью, хотя бы ты не тупой. Я бы поменял эту идиотку Кристину на тебя, честное слово.

Он помолчал и покачал головой.

— Ладно. Давай, Серёжа, Работай по Садыку. Мне идея нравится. Но только смотри, не прошлёпай момент, когда его будут брать. Ты понял? Его нужно будет устранить. Значит, я должен буду иметь полную и всеобъемлющую информацию. Самую полную.

— Хорошо, Глеб Витальевич, — кивнул я. — Тогда что, я полетел? В принципе, я ещё могу успеть на самолёт до Верхотомска.

Я посмотрел на часы. Вообще-то шансов успеть было очень мало.

— Нет, так уж жёстко не надо, — сказал Ширяй, снова натягивая на себя маску доброго дедули. — Всё-таки такой день. Все взгляды к вам прикованы. Ты сегодня повеселись с Ангелиной. Сходи куда там вы хотели, к этому гомосеку Ревазу. Оторвитесь. Вы же молодые люди, у вас ещё детство в жопах булькает, да?

Он подмигнул.

— А утром я дам тебе самолёт, и полетишь спокойно. К Садыку.

— Я понял, — кивнул я. — А что делать с этим малышом из Минздрава? С Шевчиком. Вы, я так понял, его на меня переключили, но у меня-то ресурсов вообще нет. И я даже не знаю, что ему надо.

— Ну вот и поступай согласно тому, что у тебя есть, — засмеялся Ширяй. — То есть смело посылай его нахер. Или пусть он делает нормальное предложение. Или членом своим оплачивает оборудование. Всё, иди теперь. Чтобы никто не заметил что мы с тобой долго что-то трём.

Я вышел из кабинета и пошёл к гостям, туда, где была Ангелина.

— Сергей Иванович, — окликнули меня.

Я обернулся и увидел Шевчика.

— Да, Григорий Богданович? — широко улыбнулся я.

— Ещё раз хочу вас поздравить, — сказал он, подходя ко мне ближе.

Я посмотрел на него, пытаясь понять, на кого же он похож. Ужимками и фигурой он походил на покойного олигарха Березовского. Точно.

— Не хочу вас сильно отвлекать деловыми разговорами. Сегодня такой большой, радостный день. Ещё раз вас поздравляю.

— Спасибо большое. Очень приятно. Да я, признаюсь, особо и не смогу вам пока помочь в вашем деле. Вы же в Минздраве работаете?

— Да, да…

— Так что там у вас? Вам придётся объяснять мне всё с нуля.

— Да там, понимаете… Стоит ли сейчас… Но если у вас найдётся время в рабочий день, с удовольствием приглашу вас в министерство, покажу, что там у нас к чему, и расскажу о проекте. Ну либо мы можем просто где-то с вами пересечься, поужинать, пообедать, хорошо провести время. Ну, в смысле… В общем, вы, наверное, слышали о проекте «Сбера» на Алтае.

— Про Манжерок?

— Да, и про него тоже. Вообще сейчас Алтай приобретает большую значимость, как туристическое направление, как место силы и духа. Наверняка вы в курсе.

— Возможно…

— Ну вот, собственно. Мы строим там федеральный оздоровительный центр.

— Типа санаторий, или что?

— Это гораздо больше, чем санаторий. Там запланированы различные клинические программы. Большое внимание будет уделено геронтологии. То есть и оздоровлению, и продлению жизни. Туда будут направлять со всей России пациентов. Ну и, конечно, на платной основе там будут оказываться различные услуги. Мы привлекаем огромный пласт передовой платной медицины.

— В общем, как я понимаю, в основном там будет всё для буржуев, да?