Ленинград 61 (СИ) - Яр Игорь

Я не против, конечно, но как же сложно без мелочей: ни сапог, ни тёплой обуви. Хотя, разве мог поверить, что вообще сюда попаду, не то, что задержусь в гостях?

- Дина, помоги собрать походный гардероб нашему гостю.

На веранду не пошли, поднялись наверх. Там, в обоих коридорчиках, своеобразные рундуки по стенам, почти как на Мишкином катере, только во весь рост. Чего в них только не оказалось: и дождевики, и куртки, и ватники, даже новенький шуршащий болоньевый плащ. Несколько пар резиновых сапог - крепкая обувка уже забытой марки «Красный треугольник». Конечно, точно в размер не попал, но мне же не кросс бегать, удовольствовался шерстяными носками ручной вязки. Уж не Полина ли связала для лыжных прогулок?

Похоже, не ошибся - Диана предложила лыжный костюм «с начёсом». Само собой, оказался не по размеру - великоват, но короток. Не страшно, штаны всё равно под сапоги, а сверху куртка военного образца, на ватине, с куцым отложным воротником. С кепкой смотрелось смешно, но кто нас с утра разглядывать станет? Интересно, что бы сказала Наташка, увидев меня в таком прикиде?

Хозяин про свои галоши не пошутил: блестящие, чёрные, на красной байковой подкладке, они были надеты поверх его походных ботинок. Забавно видеть спортивные штаны, заправленные в носки грубой вязки. По одежде несложно понять, что он любитель пеших прогулок: тёплый свитер с высоким воротом, туристическая куртка с капюшоном и топорщившимися накладными карманами. Клетчатая подкладка прямо намекает на зарубежное происхождение.

На голове чёрный берет - может, по здешней комаровской моде, похож то ли на скалолаза, то ли на французского горного стрелка. Только вместо альпенштока в руке большой зонт, на всякий случай: небо дождя не предвещает. Смотрится ПИ забавно, но не улыбаюсь: сам-то как грибник, разве что Дианкиной корзины не хватает. Так и сказал: оказалось, угадал!

- Летом, в дачный сезон, вокруг всего полно, и ходить далеко не надо – хватает и грибов, и ягод. А на Щучьем озере вообще благодать.

- Далеко до него?

- По Озёрной улице от посёлка пара километров пешком. Но дороги приличной нет, разве что на велосипедах. Только туда в другой раз, сегодня - путь недалече!

- Диане не скучно будет?

- Полина Владимировна или тётя Полли, как Дина называет, вот-вот прибудет, дел хватит!

Снова спугнув кошку, мы прикрыли калитку и зашагали по песчаной дорожке. Ночной ветер принёс тепло - не сравнить со вчерашним «дубаком». Кроны сосен почти спокойны, пахнет хвоей и сыростью, слегка приправленными дымком. Какие знакомые ощущения! Только сейчас они ярче и свежее, как в далёких детских воспоминаниях!

Здешние субботы не похожи на наши, пока это рабочий день. Но всё же оживление ощущается: слышны завывание электрички, перестук колёс, даже хлопки автомобильных дверей. Доносятся отдалённые разговоры - гости приехали, а может и хозяин вернулся из города. Голосистые петухи уже попритихли, но порой раздаётся чьё-то блеяние: козы или овечки?

Миновали несколько коттеджей на Курортной улице, раскланявшись с парой соседей академического вида. Меня представлять профессор не стал, но улыбались эти джентльмены, судя по лицам, от души. Немного не доходя до Морской, свернули с дорожки на тропинку между соснами и пошли вдоль покосившегося заборчика. Так-то кругом лес, хоть и называется эта сторона «морской». Заборчик закончился, дальше - неухоженные заросли. Интересно будет потом сравнить, как всё изменится? Пробираемся укромной тропинкой, скорее всего, здесь когда-то был овраг, теперь начинается спуск к заливу. Утренняя роса уже сошла, поэтому профессор спокойно шагает по тропе, а мне на сапоги - вообще грех жаловаться.

- Не случайно повёл Вас этой дорогой. Прежде это были престижные дачные места, правда, сейчас об этом предпочитают не вспоминать. Посмотрите на ступени: здесь когда-то гуляли петербургские жители! Слышали про виллу Рено, нет? Тогда хотя бы обратите внимание: она слева, за забором, теперь тут детские садик. На обратном пути покажу ротонду, её отсюда не видно. Со склона отличный вид на залив! А с этой лестницы начинается бывший террасный парк с каскадом прудов. Когда-нибудь расскажу, если будет интересно.

- Мне сейчас столько нового приходится узнавать, даже не знаю, что больше интересно. Как бы во всём не утонуть!

- В своём времени ведь не захлебнулись в океане информации!

- Какая там информация, вроде бы всего много, а на самом деле - одно и то же. Здесь же всё в новинку, тем более от этого зависит моё будущее.

- Абсолютно верно. Вот и давайте поговорим о будущем, вернее, о двух будущих и о том, как их связать.

- Здесь уже не боитесь, что нас услышат?

- Это не вечер, и тут совсем другая акустика. Но сначала полюбуйтесь здешними красотами.

Понимаю шефа, почему повёл меня в лес: среди деревьев особо и не слышно, а если кто услышит, то вряд ли разберёт. А пока глазею по сторонам, ведь и правда, есть, на что! Нас ждёт овраг с заросшими склонами и широкой каменной лестницей. Осторожно спускаемся в ложбину по мшистым ступеням. Каскад не каскад, но перед нами симпатичный прудик с выложенными грубым камнем берегами и с протоптанными вокруг дорожками.

Интересно, как это выглядит в моё время, может, всё совсем развалилось? И для чего эти пруды – «для эстетики» или «для дела»? Не зря же здесь булыжники укладывали. Каменные берега придают прогулке романтическое настроение, жаль, Дианы нет рядом. Но раз не время ей с нами гулять, значит, так надо. Каменный мостик с ограждением из потемневших от сырости и времени брёвен, за ним - следующий пруд, почти высохший за зиму. Ничего, скоро пойдут дожди, наполнится. Здесь приходится быть осторожным: вроде бы тропинка ровная, но чуть не споткнулся о камень и не полетел кубарем.

Повернули направо, следующий пруд совсем маленький и круглый. Здесь ветра вообще нет, смотришься в тёмную воду, как в зеркало. Подумал, если что-то положить под камушек, то спустя много дет, уже в своём времени, смогу достать. Поделился этой мыслью с профессором, но тот лишь улыбнулся:

- Не уверен, что получится. Задумают реконструкцию, и плакала Ваша «капсула времени»!

- Хорошо, что здесь так мало людей!

- Неподалёку пионерский лагерь, но до начала сезона долго, можно говорить совершенно спокойно.

Но пока не знаю, с чего начать, а ПИ не торопит. Задираю голову: сосны, словно вытерты ветром, запах смолы и хвои кружит голову. Начинаю понимать, почему профессор, как и многие творческие люди, предпочитает именно здесь отдыхать от городской суеты и набираться вдохновения: суровая, аскетичная красота очень настраивает на серьёзные мысли.

Наверное, прежде здесь было куда приятнее, всё же чувствуется запустение, хотя и чистенько. Не скажу, что вокруг нетронутая природа, но все же заметно - манеры всеобщего свинства сюда пока не пришли. Не видно ни следов кострищ, ни обилия весеннего мусора. Вот, ловлю себя на мысли: в чём же главное отличие нынешнего времени! Нет привычных разбросанных там и тут пластиковых бутылок, баночек и коробочек, нет застрявших цветными лоскутами на ветках разодранных полиэтиленовых пакетов; лишь время от времени попадаются в придорожных кустах окурки да смятые папиросные пачки, или летает вдоль тропинки одинокий выцветший конфетный фантик.

Следующий пруд самый солидный, с островком посередине. По берегам громадные камни: мрамор, гранит – так и не разбираюсь в них - серые, красные, бурые, в крапинку. Даже стоят аккуратные скамеечки, но присаживаться не стали. Не спеша, пошли по кругу, продолжив беседу.