Когда они вышли наружу, крики и проклятия стали еще громче.
— Матросы бунтуют? — Лейлин спокойно вышел с Изабель на палубу.
Многие заключенные стояли на палубе, держа в руках мачете и всевозможное оружие.
Они загнали Робин Гуда и нескольких солдат в угол.
По сравнению с тридцатью сорока людьми, несколько подчиненных Робин Гуда казались одинокими и слабыми.
— Как же это бессмысленно, — Лейлин щелкнул пальцем, и несколько пиратов на его пути мгновенно превратились в ледяные статуи. Остальные пираты в страхе отшатнулись, позволив ему с Изабель пройти вглубь палубы.
— Прошу прощения, молодой господин! Услышав, что сегодня вечером мы направимся к внешним морям, матросы начали бунтовать! — лоб Робин Гуда был покрыт потом, когда он объяснял Лейлину происходящее.
Многие опасные морские монстры любили охотиться ночью, и если они не обладали исключительно мощным флотом, никто не осмеливался соваться в глубокое море.
Кроме того, эти пленники с самого начала не были очень уж послушными, и их переполняла жажда к мятежу. К тому же, они были в большинстве, что означало, что подобное восстание не являлось чем-то неожиданным, особенно с людьми, намеренно нагнетающими обстановку.
«Похоже, Изабель и Робин Гуда плохо слушаются...» – вздохнул Лейлин, а затем вышел вперед, — Сложите оружие, или вы пожалеете об этом. Я могу гарантировать вашу безопасность во время путешествия в глубокие моря.
— Не верьте ему! Этот сукин сын и баба просто хотят, чтобы мы все подохли! — пока пираты колебались, из толпы раздался голос.
— Выйди вперед! — глаза Лейлина сузились, и швартовые канаты, размещенные у бортов корабля, казалось, обрели собственную жизнь. Они начали извиваться, как питоны, бросившись к пиратам, обернулись вокруг пирата с треугольными глазами и вытащили его на середину палубы.
— Вульгарный червь, думаешь, пока ты прячешься в тени, я ничего тебе не сделаю?
Со щелчком пальца, из руки Лейлина возник кипящий горячий огненный шар! Он взорвался, столкнувшись с телом связанного пирата, превратив его в факел, с искрами, летящими во все стороны. Раздались жалкие вопли, заставившие многих пираты в страхе отступить.
— Волшебник! Это волшебник! — восклицали пираты. Большинство пиратов владели профессией ближнего боя. Настоящие мощные и богатые волшебники были редким зрелищем даже для огромных пиратских группировок.
Глава 820: Разгром.
Волшебники часто были намного могущественнее и страшнее, чем высокоранговые бойцы, рыцари и другие профессионалы.
— Я считаю до трех, и если вы не сложите оружие и не преклоните колени, вас постигнет та же участь, что и его! — со взмахом каната, обугленные останки улетели в океан. Эта пугающая сила сразу заставила многих пиратов задуматься об отступлении.
Жаль, что они находились в океане, и со всех сторон были окружены водой. Даже если бы они захотели сбежать, им просто некуда были идти.
— Один, — лицо Лейлина дёрнулось, и он, не колеблясь, начал обратный отсчет.
— Два, — вылетело два ледяных луча, превратив убегающих пиратов в ледяные скульптуры.
— Три! — глаза Лейлина наполнились жгучим желанием убивать.
Этот ужасающий взгляд, наконец, заставил пиратов испугаться. Они начали бросать свое оружие один за другим и, горько плача, вставать на колени.
— Робин Гуд, свяжи их всех! — Лейлин потер руки. В конце концов, он не мог убить всех этих пиратов. Если бы он сделал это, кто бы плыл на корабле?
В этом мире, сталкиваясь с массовым мятежом, капитану оставалось только биться насмерть. Тем не менее, такие могущественные люди, как Лейлин, могли уничтожить всю команду одним взмахом руки.
— Как прикажете, капитан! — хотя они не впервые видели силу Лейлина, глаза солдат были полны уважения.
Когда пираты больше не смели бунтовать, солдаты на палубе спокойно связали их. Даже если бы и возникли какие-то проблемы, Изабель разобралась бы с ними прежде, чем Лейлин успел бы потерять терпение.
Если бы Лейлин ничего не предпринял, Изабель сама разобралась бы с ситуацией. Просто тогда ситуация закончилась бы множеством бессмысленных смертей.
В конце концов, всех пленников, принимавших участие в восстании, связали и собрали на палубе. Солдаты и пираты, не участвующие в мятеже, воздвигли там несколько огромных деревянных крестов.
Лейлин спокойно стоял перед пиратами, не произнося ни слова. Однако это заставило пиратов начать дрожать от страха. Лейлин был полон решимости провести чистку, и явно не собирался щадить их.
— Найдите мне лидеров восстания! — по приказу Лейлина, нескольких диких и неприступных пиратов вытеснили из толпы.
— Всего четыре – пять? Это слишком мало! — Лейлин покачал головой, — Робин Гуд, убей каждого пятого!
Выжившие пираты тревожно сжались в кучку. Робин Гуд пересчитал их, и по его указанию солдаты стали приводить выбранных им пиратов. Это повторялось, пока не набралось пятеро бедолаг.
Этот метод Лейлин позаимствовал из своей прошлой жизни, и он назывался децимация. Этот метод использовался для казни преступников.
— Это ваш приговор, — Лейлин махнул рукой, и его подчиненные быстро обступили преступников, привязав их кистями к крестам.
Стук! Стук! Стук!
Другие пираты поёжились от звуков вбивающихся в кости гвоздей. Капли крови стекали по их ногтям.
— Ублюдок! Я не позволю тебе жить спокойно! Даже если я умру, я утащу тебя за собой в ад! Милорд, пожалуйста, пощадите нас! Пожалуйста, пощадите нас!
Раздались ужасные вопли, смешанные с мольбами и проклятьями.
— Вы еще живы? Надеюсь, вы дотерпите до завтра! — слегка улыбнулся им Лейлин.
Этот метод распятия был очень бесчеловечным. Цели всё ближе и ближе приближались к смерти, постепенно истекая кровью. Страх, вызванный этим методом, мог довести обычных людей до нервного срыва.
Эти физически сильные люди могли дотянуть до следующего дня. Однако это было бесполезно. Это означало для них только еще более безумную боль и мучения.
Жестокий солнечный свет высосал каждую каплю влаги из их тела, пока их тела окончательно не иссохли. И, в конце концов, они могли выбирать только между смертью от кровотечения, смертью от солнечных ожогов или смертью от жажды.
Многие из пленников, наблюдавшие за этой сценой, были так напуганы, что обмочились. Они даже не смели встречаться с Лейлином взглядом; от них распространялся запах мочи.
— Что касается остальных, я буду милостив к вам и проявлю милосердие. Каждый из вас получит по десять ударов плетью. Теперь, вы, немедленно отмойте палубу! Если завтра я увижу здесь хоть одну пылинку, то заставлю вас вылизать здесь все! Вы меня поняли? — прокричал Лейлин.
Когда милосердие отсутствовало, страх смерти был эффективным сдерживающим фактором. Конечно, для использования такого метода требовалось иметь достаточную силу. Тем не менее, кто из подчиненных Лейлина мог превзойти его по силе?
Удар! Удар! Удар!
Для наказания этих пиратов использовались кожаные кнуты, специально пропитанные морской водой. С одной стороны, морская соль предотвращала нагноение ран, а с другой – доставляла пиратам гораздо более сильную боль.
Эти «удачливые» пираты не смели ворчать, а стали быстро драить палубу. Их распятые на крестах товарищи глубоко напоминали им об их предательстве.
«Бойтесь меня, уважайте меня, ненавидьте меня!» – надменно улыбался Лейлин, стоя на носу корабля.
«Ненависть и негодование обычных людей приводят к появлению какой-то дополнительной духовной силы и силы души», – Лейлин закрыл глаза, чувствуя уважение со стороны пиратов на корабле.
