Инженер. Система против монстров 10 (СИ) - Шиленко Сергей

— Оборотень! — счастливо выпалила Олеся, совершенно не замечая перемены в её настроении. — Как в фильмах! Ты превращаешься в животное! Это так круто! Я всегда хотела увидеть настоящего оборотня! Ну, то есть, я уже видела! Но Гончие совсем другие! Они злые, а ты своя! А ты в кого ещё умеешь? Только в кошку? Или в волка можешь? А в птицу? А в паука? Представляешь, если бы ты превратилась в паучиху, как Черничка, только в маленькую! Вот было бы здорово!

Катя сделала глубокий вдох. Потом ещё один. Её пальцы сжались в кулаки, а потом резко разжались. Она расправила плечи и посмотрела на Олесю таким взглядом, каким учительница смотрит на нерадивую ученицу, сказавшую несусветную глупость.

— Я не оборотень, — произнесла она раздельно, чеканя каждое слово. — Я пе-ре-вёр-тыш. Поняла? Перевёртыш! Это совершенно разные вещи. Оборотни меняются под влиянием луны, теряют контроль, впадают в звериное безумие и вообще являются продуктом дешёвых ужастиков и деревенских баек. А перевёртыш — это сознательная трансформация. Дар. Я управляю процессом. Я — это я, в любом облике. Усвоила?

Олеся закивала так быстро, что её коса запрыгала. Она не стала объяснять тётеньке про Гончих, это сейчас вообще не важно!

— Усвоила! Перевёртыш! Это ещё круче! Так ты только в кошку можешь? А когда превращаешься, одежда куда девается? Вот сейчас на тебе джинсы и кофта, а когда ты кошка, они что, исчезают? Или становятся шерстью? Или они внутри тебя?

Катя зажмурилась. Потёрла переносицу пальцами. Никита заметил, как дрогнул уголок её губ. То ли в усмешке, то ли в нервном тике.

— Это… не твоё дело, — процедила она, открывая глаза. — И вообще, дайте пройти.

Она попыталась обойти детей, но Олеся шагнула в ту же сторону, преграждая путь.

— А почему ты убегала? — не унималась девочка. — Ты же живёшь здесь, в общине! Я тебя видела раньше! Ты работаешь в прачечной, да? Ой, а ведь кошки воду не любят! Как ты стираешься?

— Стиральной машинкой, — фыркнула Катя.

— Почему ты никому не говорила, что умеешь превращаться? — наседала Олеся. — Это секрет? Слушай, я никому не скажу, честно-честно! Только дяде Лёше. Он должен знать. Он же у нас главный по всяким таким штукам. И вообще по всем штукам. Он тебя точно не обидит. Наоборот, обрадуется! Он любит, когда появляется что-то необычное. Сразу начинает придумывать, как это использовать. Ты не бойся, он хороший, и найдёт для тебя подходящую работу!

Катя резко выдохнула и полосонула по девочке таким взглядом, что Никита напрягся. «Тётка точно нехорошая», — решил он.

— Вот поэтому я и не спешила рассказывать! — вызверилась она. — Я не хочу, чтобы меня использовали! Я не ресурс, девочка. Я человек. И хочу, чтобы меня воспринимали как человека, а не как полезную функцию. Мне не нужна «работа от дяди Лёши». У меня уже есть работа. В прачечной. И меня она устраивает. Я не хочу быть чьим-то проектом. Не хочу, чтобы меня изучали. Не хочу, чтобы меня заставляли превращаться по команде.

Она обошла Олесю, на этот раз решительно, почти оттолкнув. Девочка не стала удерживать. Она смотрела вслед удаляющейся фигуре со сложной смесью эмоций на лице. Разочарование, любопытство и какое-то новое, только зарождающееся понимание. Катя шла по коридору, чеканя шаг.

— Вот это да, — выдохнул Никита, когда девушка скрылась за поворотом. — Перевёртыш. Я думал, такое только в аниме бывает.

Олеся покачала головой.

— Надо рассказать дяде Лёше, — твёрдо заявила она. — Он наверняка придумает для неё хорошую работу. Интересную. Чтобы она сама захотела. Что-то, чего никто другой не сможет.

Никита покосился на неё и хмыкнул.

— А если не захочет, дядя Лёша отправит её чистить картошку.

Олеся вышла в холл первой, за ней Никита и Черничка, мягко перебирающая лапами по ковру. На широком диване, обитом бордовым велюром, сидели трое. Борис, сгорбленный и небритый. Рядом Медведь и Вера, она забилась в угол дивана и нервно теребила край медицинского халата.

Перед ними, скрестив руки на груди, стоял Варягин. Выглядел он так, словно собрался проводить смотр личного состава. Спина прямая, подбородок вздёрнут.

Чуть поодаль расположились остальные. Олег Петрович держал в руках странное устройство, нечто среднее между толстым пистолетом и ветеринарным шприц-ружьём. Очки сползли на кончик носа, врач нервно поправил их.

Фокусник поигрывал жезлом. Женя стоял у стены, прислонившись спиной, и проверял магазин своего ТТ. Молча, сосредоточенно, словно кроме патронов его сейчас ничего не интересовало. Ершов тоже присутствовал и следил за происходящим с живейшим интересом.

— О, пополнение прибыло, — Фокусник первым заметил детей. — И усиление в виде восьмилапого танка. Черничка, привет. Давно не виделись. Всё хорошеешь.

Паучиха посмотрела на него в ответ. Не агрессивно, скорее с достоинством.

— Мы тут это… — начала Олеся, но Варягин перебил, подняв ладонь.

— Потом, доча. Сейчас важное дело. — Он обвёл взглядом присутствующих. — Слушайте все. Система выдала мне навык «Изгоняющий Свет». Он снимает проклятия, уже проверено. Так что необходимо попробовать избавить вас от «Теневого безумия». Здесь и сейчас, пока есть такая возможность.

— И пока очередная хрень не случилась, — тихо добавил Фокусник.

Борис хмуро кивнул, сжав кулаки.

— Я за, — согласился он. — Надоело чувствовать эту дрянь в себе. Иногда как будто шепчет кто-то. На самом краю.

Медведь только крякнул. Вера подняла на Варягина испуганные глаза.

— А это не больно?

— Пока никто не жаловался, — ответил паладин.

Олег Петрович кашлянул, привлекая внимание.

— У меня, Сергей Иванович, вот это, — он приподнял пистолет-инъектор. — Как ты и просил. Модернизированный пневматический инъектор ПИ-4М. Сейчас заряжен диазепамом с кетамином в пропорции один к трём. Если с кем-то что-то пойдёт не так… усыпит хоть быка. Ну, или берсерка. Теоретически.

— Теоретически? — переспросил Ершов, вздёргивая бровь.

— Практику, капитан, мы с вами сейчас и проведём, — мрачно пошутил доктор. — Если потребуется.

— Прекрасно, — сухо бросил Варягин. — Тогда начнём. Вера, ты первая. Выходи на середину.

Девушка вздрогнула, но послушно поднялась. Прошла к центру холла, под люстру, которую Алексей велел демонтировать, но руки пока не дошли. Встала, обхватив себя руками за плечи. Олеся заметила, как дрожат её пальцы.

— Расслабься, — негромко произнёс Варягин. — Вряд ли от света станет хуже.

Он вытянул правую руку ладонью вперёд.

Варягин активировал навык: «Изгоняющий Свет».

Секунду ничего не происходило, а потом воздух вокруг его ладони начал уплотняться, наливаться белым свечением. Не ярким, режущим, а мягким, словно весеннее солнце, пропущенное через матовое стекло.

— Ну, давай, работай… — прошептал он.

Ладонь вспыхнула. Поток золотисто-белого света ударил в Веру, окутал её фигуру, заставив халат затрепетать, словно от ветра. Девушка ахнула, но не отшатнулась. Свет проникал сквозь кожу, разливался по венам, вымывая что-то тёмное, невидимое. На секунду над её головой проявилось чёрное облачко, похожее на сгусток чернил, и рассеялось, сожжённое сиянием.

Перед глазами всех присутствующих вспыхнуло системное сообщение:

УВЕДОМЛЕНИЕ СИСТЕМЫ:

Проклятие «Теневое безумие» успешно снято с цели.

Получено опыта: 50

Вера выдохнула со всхлипом. По щекам потекли слёзы. Она поднесла ладони к лицу, посмотрела на них, словно видела впервые. Девушка никому не говорила, что именно творилось у неё в душе с тех пор, как обнаружилось проклятье. Не рассказывала про кошмарные сны, про тени, которые мерещились ей за спиной и появлялись вокруг её отражения в зеркале. Но теперь это закончилось, просто раз, и всё.

— Ушло… — прошептала она. — Совсем ушло. Господи, как легко… Я и забыла, как это, жить без этого шёпота на задворках. Спасибо. Спасибо вам, Сергей Иванович!