Мир Мертвых (ЛП) - Хэмлин Джек

Внизу гремели пулеметы.

Взрывались снаряды.

Здание сотрясалось.

Путь к выходу я разглядел достаточно легко. Здание прямо за мебельным магазином примыкало к нему. Я собирался перепрыгивать с крыши на крышу и спуститься на улицу, направляясь на запад.

У меня все еще была моя маленькая рация "Моторола. - Я снова и снова пытался связаться со "Страйкером. - Как раз когда я уже собирался сдаться, Так сказал: - Какого черта ты еще жив, Буки?

Если бы я не был так уставшим и измотанным, я бы, наверное, рассмеялся.

- Сижу на крыше, просто отдыхаю. А ты где?

- На Тиббет-авеню, направляюсь на север. Убираюсь, блядь, из Доджа. Подъезжаю к 238-й улице и колледжу. Но мы свернем, чтобы забрать тебя.

- Нет, - сказал я. - Армия или кто там, черт возьми, внизу, разносит весь район в щепки. Даже не возвращайся сюда. Подожди у колледжа, а я попробую пробиться к тебе.

Так сказал: - Как я тебя узнаю?

- Я буду тем парнем, за которым гонятся пятьдесят зомби.

- Ладно, Буки. Береги свой хохолок. Держи нас в курсе.

Я уже собирался ответить чем-нибудь остроумным, но тут я услышал что-то еще... только это доносилось не с улицы, а из воздуха. Черт возьми, с неба спускался боевой вертолет "Апач, - похожий на охотничью осу, выслеживающую добычу. Я ползком добрался до безопасного места и спрятался за трубами отопления, пока он пролетал над головой. Я был рад, что "Страйкер" теперь находился далеко. - Апач" был вооружен пушками, ракетами "Хеллфайр" и ракетными комплексами "Гидра. - Я знал, какой ущерб они могут нанести вражеским силам и наземным колоннам. Я догадался, что он летел с заданием огневой поддержки, чтобы зачистить что-то прямо перед бронетанковым подразделением.

К этому моменту у меня не оставалось сомнений, что эти парни - из регулярной армии или морской пехоты.

Но как они смогут отличить меня от бойца ARM?

Я решил не рисковать.

Я залез на коробку. - Тебе лучше найти место, где можно спрятаться, - сказал я Таку. - У нас тут "Апач, - и он настроен на серьезные дела.

- Черт. Понял, - ответил Так.

- Апач" пролетел к северу от меня, и я слышал взрывы ракет и стрельбу из пулеметов. Я решил, что ничто так не способно расчистить территорию от мертвецов и бойцов ARM, как один из этих вертолетов.

Чувствуя себя в относительной безопасности от воздушной атаки, я перебежал по крыше и перепрыгнул на соседнее здание. Я выбрал удачный момент, потому что люк был распахнут, и нежить выползала оттуда, словно могильные черви. Я обнаружил дверной проем, ведущий вниз, в здание, но он был заперт. Я вышиб дверь из 9-миллиметрового пистолета и начал спускаться по лестнице на второй этаж. Я оказался в тихом коридоре, красиво обшитом темным деревом. Я находился в каком-то медицинском центре - стоматологи, мануальные терапевты, педиатры, окулисты. Там было так спокойно, что я чуть не поддался искушению растянуться на кожаном диване в приемной ортодонта.

Но я знал, что мои друзья скоро придут.

В тот конкретный момент меня больше всего беспокоили не зомби, а то, кого они могут привлечь, собравшись на крыше. Если экипаж "Апача" их заметит, он может устроить им настоящий ад... и мне тоже. Я нашел лестницу, ведущую вниз, и обнаружил дверь, выходящую на улицу. Там царил хаос. Я не заметил поблизости зомби, но здания на другой стороне улицы подверглись сокрушительному обстрелу. Большинство из них рухнули, упав прямо на улицы. Те, что еще стояли, представляли собой обугленные каркасы. Сама улица, насколько я мог видеть, была изрезана бомбовыми воронками. Некоторые из них были достаточно большими, чтобы в них мог въехать автобус. Улица обрушилась в канализацию, а воронки наполнились стоячей, мутной водой. На поверхности этих луж плавали листья и мертвые крысы.

Я начал осторожно пробираться по улице, перелезая через огромные груды обломков и обходя воронки от бомб. Я направлялся на север (надеялся я), поскольку мое чувство ориентации, похоже, еще работало, и я рассчитывал вскоре выйти на 236-ю улицу. Мне нужно было добраться на северо-запад, чтобы выйти к колледжу, где находились Так и остальные. Раньше я бы справился с этим без труда, но облик Бронкса значительно изменился. Столько кварталов было снесено и сожжено дотла, что было трудно сориентироваться, где именно я нахожусь.

И это была зона боевых действий.

Абсолютная зона боевых действий.

Живые мертвецы бродили в трущобах городского кладбища, объединившись в бандитские группировки, питающиеся человеческой плотью. Мне приходилось высматривать их, а также солдат и ополченцев, сумасшедших и стаи диких собак, которые, как я знал, нападали и пожирали все подряд. Мосул не шел ни в какое сравнение с этим местом. Я посчитал, что в моем "Сиг-Зауэре" осталось четырнадцать патронов, но если дело дошло бы до перестрелки, этого было бы недостаточно. Я расходую весь магазин за считанные минуты.

Я полагал, что зомби будет не так уж много. Армия, преследуя ARM, уничтожила большинство из них. Но это не означало, что не останется нескольких разрозненных стай, рыщущих в поисках добычи. Я надеялся, что не столкнусь с чем-то большим, чем несколько отдельных отрядов или отставших. С этим я мог бы справиться.

Я перелез через несколько куч обломков, но на каждую преодоленную кучу впереди меня возвышались две или три, становящиеся все выше и выше. Я начал замечать кости, смешанные с разбитым бетоном, измельченными кирпичами и скрученными прутьями арматуры. В моем продвижении не было ничего тихого, и однажды мне пришлось прижаться к земле, когда над головой снова пролетел "Апач. - Горы обломков были опасны - из них торчали острые балки и осколки стекла. Я медленно пробирался по ним, хотя и знал, что, находясь на открытом месте, подвергаюсь невероятной опасности.

Когда я добрался до самой большой горы обломков - она возвышалась на высоту двухэтажного здания - я обнаружил целый участок бетонной лестницы, ведущей на полпути вверх сквозь завалы, словно ее специально уложили именно для этого. Это было облегчением. Но не облегчением оказались все те кости, которые я начал замечать. Все они были сильно обгрызены грызунами и собаками, и я только надеялся, что их хозяева были уже мертвы, когда это произошло. К тому времени, как я с трудом пробрался на вершину, я смог разглядеть вдали 236-ю улицу и понял, что на моем пути оставалось еще немало препятствий.

Я присел на корточки, и раздался выстрел.

Я бросился на землю, когда раздались второй и третий выстрелы. Кто бы это ни был, я знал, что стреляют не в меня. Звук пули, впивающейся в обломки, был бы очень отчетливым. Я осторожно заглянул поверх остатков старого цилиндрического дымохода. Внизу, в долине, между несколькими невысокими кучами обломков, я увидел бегущего парня с охотничьим ружьем. Время от времени он останавливался, опускался на одно колено и стрелял.

Именно тогда я услышал собак.

Дикая, оскалившая зубы стая выбежала вслед за парнем. Он обернулся и застрелил двух из них; те покатились по земле, истекая кровью и скуля. Он побежал, а пять оставшихся собак - когда-то, наверное, чьи-то домашние питомцы - рванулись за ним. Вдали я услышал, как он еще пару раз выстрелил в визжащую стаю. Потом все стихло, и я начал спуск. Я скорее скатывался, чем спускался, и не стал больше терять времени на подъем на следующий холм. Пока я это делал, меня охватил удушающий запах падали, и я ожидал, что зомби появятся в любой момент.

Но они не появились.

Когда я перелез через последний холм, я увидел, откуда исходила эта вонь: это была свалка трупов. Прямо передо мной, загромождая улицу, лежало огромное скопление трупов. Я посчитал, что их были сотни, а вонь была просто невыносимой. Это выглядело как сцена из лагеря смерти, которую можно увидеть в старых кинохрониках Второй мировой войны - просто бесконечная панорама трупов в самых разных стадиях разложения. Хотя многие из них были обглоданы до скелетов, большинство было зеленого цвета и вздуто, гнило и испускало трупный газ. Многие из них были настолько изъедены червями, что даже шевелились. Стаи падальщиков - вороны, сороки и коршуны - сидели там, расправляя крылья и каркая, и взмывали в воздух, когда за ними гонялись какие-нибудь истощенные до костей собаки. Я насчитал там более двух дюжин собак и вдвое больше зомби, которые клевали трупы, вырывали внутренности из животов и грызли конечности. Я увидел маленькую девочку, сидящую по-турецки на куче изъеденных червями останков и небрежно жующую голову.