Инженер. Система против монстров 11 (СИ) - Гремлинов Гриша

— Купаться точно не будем.

Ангар базы «Рысь» представлял собой бывший подземный гараж для спецтехники, переоборудованный под нужды нового времени. Потолок низкий, давящий, из монолитного железобетона с выступающими рёбрами балок. Вдоль стен тянулись стеллажи с канистрами, бухтами троса и ящиками запчастей. Пахло здесь как в любом порядочном гараже: смесью ГСМ и металла, но к этим привычным запахам примешивался какой-то мускус. Он принадлежал единственному «транспортному средству», которое не вписывалось ни в один учебник по автобронетанковой технике.

Арчи стоял в дальнем углу ангара, в специально отгороженном загоне, который бойцы между собой называли «курятником». Крикун полудремал, опустив тяжёлую голову с острым клювом. Зверь прикорнул между БТР-82 и штабным «Тигром». Леонид понимал, что это не лучшее место для его питомца, однако держать его постоянно в Питомнике не хотел.

Сейчас Филатов, закатав рукава камуфляжной куртки до локтей, орудовал жёсткой щёткой с короткой щетиной, методично проходясь ею по шкуре питомца. Арчи это нравилось. При каждом движении щётки вдоль шеи и хребта Крикун блаженно прижмуривал левый глаз и издавал утробное рокотание.

— Тихо, тихо, — бормотал Леонид, счищая комья подсохшей грязи с основания правого крыла. — Ну и вывалялся ты, дружище. Мы ж с тобой по болотам не ползали. Как умудрился?

Арчи приоткрыл один глаз, посмотрел на хозяина и снова зажмурился, подставляя бок.

Капитан Дымов сидел на перевёрнутом пластиковом ящике в трёх метрах от загона, вытянув ноги в грязных берцах. Сапёр жевал сухарь.

— Нет, Лёня, ты послушай, — вещал он, энергично жестикулируя обслюнявленным сухарём. — Я тебе серьёзно говорю. Этих Шипохвостов мы позавчера четырёх штук положили. Четырёх! При зачистке квадрата Дэ-двенадцать. Так вот, после третьего у Петренко пальцы тряслись так, что он магазин вставить не мог. А четвёртый, представь, на нас с крыши прыгнул. С пятиэтажки! Они, оказывается, лазают, как кошки. Ну, по логике вещей, да, кошки и есть. Но ты ж не ожидаешь, что на тебя с крыши прыгнет тварь размером с телёнка!

— Угу, — отозвался Леонид, не оборачиваясь. Он перешёл на мягкую замшевую тряпку, полируя чешуйчатые пластины на боку Арчи.

— И вот он летит на меня сверху, — Дымов, не получив должной реакции, повысил голос, — а я стою с подствольником наготове. И думаю: если я сейчас стрельну, осколочная граната ВОГ-25 рванёт в двух метрах от моего лица. И тогда вопрос: кто из нас дурнее — я или кошка? А если не стрельну, то эта скотина мне голову откусит. Тактический тупик, мать его!

— И что сделал? — спросил Леонид без интереса.

— Упал! — торжествующе объявил Дымов. — Просто упал плашмя, как мешок с цементом. Тварь пролетела надо мной и воткнулась в Ерёмина. Тот, правда, успел щит выставить, каменный, магический, но всё равно его отбросило метров на пять. А я, пока кот башкой тряс и соображал, куда делась добыча, развернулся и всадил ему гранату в зад. В самый, что называется, корень хвоста. Бах! Шипы во все стороны, визг стоял такой, что у меня наушники перегрузились. Но сработало. В куски порвало! Седьмой уровень!

— Герой, — кивнул Леонид, меняя тряпку на другую щётку, помягче, для перепонок крыльев. — Медаль дали?

— Какую медаль, Лёнь? Кто сейчас медали даёт? Полковник кивнул с каменным лицом и сказал: «Нормально отработали». Из Соболева комплимент вытащить — всё равно что зубы у акулы считать. Сожрёт раньше, чем досчитаешь. Нет, ну серьёзно! Я ему докладываю: «Товарищ полковник, четыре единицы крупной фауны уничтожены, личный состав без потерь, кристаллы изъяты». А он знаешь что ответил? «Почему четыре, а не шесть? Разведка докладывала о шести особях в секторе. Разберитесь».

Дымов скорчил рожу, пародируя невозмутимое лицо командира.

— Шесть! Да мы с четырьмя еле справились! Причём нам никто про них не доложил! Видать, его дроны засекли, а он молчал, выжидал, проверял нас. Стратег хренов. Гениальный, правда, но хренов.

Леонид усмехнулся. Дымов при всей своей трескотне был отличным рассказчиком и ещё лучшим солдатом. Бесстрашным до глупости, но при этом живучим, как таракан.

— Слушай, — Дымов сменил тему, — а вот скажи мне как приручитель. Твой Арчи — он ведь умный? Ну, по-настоящему? Он понимает, что ты ему говоришь?

Леонид остановился и повернулся к сапёру. Вопрос был неожиданно серьёзным.

— Не слова, — ответил он, задумавшись. — Слова — это для вас, людей. Арчи считывает образы. Эмоции. Направление мысли. Я думаю «вверх» — он набирает высоту. Думаю «опасность слева» — он смотрит налево. Это не дрессировка, Дым. Это что-то вроде… синхронизации. Чем крепче связь, тем точнее управление.

Дымов присвистнул.

— Телепатия, ёлки зелёные. Прямо фантастика. А если ты думаешь о жратве? Он тоже жрать хочет?

— Если я думаю о жратве, он думает, что пора на охоту.

— Логично. А если ты думаешь о своей рыжей?

Леонид бросил на сапёра предупреждающий взгляд.

— Тогда он думает, что хозяин опять тупит и пора улетать подальше от этого идиота, пока не началось, — сухо ответил он.

Дымов заржал.

— Умная птичка! Кстати, как там у тебя с ней? Продвижение есть? Применил мою тактику?

— Какую из? «Мешок сахара» или «похищение»?

— Ну хотя бы сахар!

— Дым, я тебя умоляю, давай не будем…

— Не будет он! — Дымов воздел руки. — Мужик, на дворе хрень похуже войны. Демография в минусе. Рождаемость на нуле. Каждая здоровая женщина — стратегический ресурс! А ты сидишь здесь, канарейке перья чистишь, вместо того чтобы…

Леонид ощутил жжение.

Не переносное, а буквальное. Левый карман куртки, тот, где лежал холщовый мешочек, обжёг бедро, словно туда сунули горячий уголёк. Леонид дёрнулся, прижав руку к карману.

Кости пляшут.

Стук мелких фаланг друг о друга ощущался даже сквозь ткань. Ритмичный, требовательный, как морзянка. Только в этой азбуке было всего одно сообщение: «Явиться. Немедленно».

Желудок скрутило знакомым ледяным узлом. Леонид стиснул зубы, чувствуя, как по спине ползёт холодный пот. Как же, блин, невовремя! Хотя когда оно было вовремя?

— Лёнь? — прищурился Дымов. — Ты чего замер? Как будто тебя током шарахнуло.

— Да сука… — вырвалось у Леонида. Он тут же натянул маску досады, шлёпнув себя ладонью по лбу. — Блин! Нет, ну я идиот!

— А что случилось-то? — Дымов перестал жевать сухарь.

— Дым, я там оставил… У неё, в общем. Короче, планшет. Полевой, с картами секторов. Я его доставал, показывал ей районы, куда лучше не соваться, ну, рассказывал, объяснял. Она же не военная, не понимает в координатах ни черта. И забыл, дебил. На столе.

Дымов уставился на него.

— Планшет, — повторил он. — С картами секторов.

— Не с секретными, — быстро добавил Леонид. — Обычный навигационный набор. Топография, рельеф, отметки опасных зон. Но всё равно техника, понимаешь? Если полковник узнает, что я разбрасываюсь казённым имуществом по бабам…

— Ох, Филатов… — покачал головой Дымов. — Это ж надо было додуматься. Пилот, ответственный за воздушную разведку стратегического объекта, забывает оборудование у своей подружки! Соболев тебе знаешь что устроит? Он тебя заставит инвентаризацию всего склада провести. Вручную, с карандашом.

— Вот именно! — Леонид вложил в голос столько искренней паники, сколько мог. — Поэтому мне надо слетать. Прямо сейчас. Быстро туда, обратно. Часа два, не больше. Заодно проверю обстановку в том районе.

Дымов беззвучно похлопал в ладоши.

— Ну давай, вперёд, Ромео. Прикрою как смогу.

Старлей быстро набросил на Арчи седло. Крикун, почуяв подготовку к полёту, встрепенулся, поднял голову и расправил крылья, едва не сбив с полки ящик.

— Тихо, дурень, — шикнул Леонид на питомца, затягивая подпругу. — Не в ангаре.

Арчи виновато поджал крылья, но начал нетерпеливо переминаться с лапы на лапу, цокая когтями по бетону. Он любил летать так же сильно, как Леонид любил на нём летать. Может, даже сильнее.