Охота на мастера. Том 1 (СИ) - Лисина Александра

В бумагах тана этой информации тоже не было.

С ним самим на эту тему нам как-то не довелось поговорить. Поэтому в вопросах добычи найниита я разбирался слабо. И тоже был бы не прочь узнать, как это делают профессиональные горняки.

— Найниит, как вы знаете, лэнна, встречается в двух состояниях, — тем временем проговорил лаир Ро-Хатхэ, — в твердом и жидком. Причем в природе мы чаще всего видим его именно в жидком состоянии. В этой форме он чрезвычайно подвижен, невероятно пластичен, но, к сожалению, располагается в породе очень малыми порциями, поэтому дробить в его поисках скалы — не самый эффективный способ добычи.

— Есть и еще одна сложность — управляющее поле, — добавил он после небольшой паузы. — Дело все в том, что в природе у разных конгломератов найниита управляющее поле вовсе не идентично.

Я удивленно вскинул голову.

Что, правда?

— Да, — подтвердил замдир. — В различных образованиях… каплях, если хотите… поле каждый раз хоть чуть-чуть, но разнится. Когда-то просто по размеру, когда-то по плотности, иногда по степени активности. И этих отличий достаточно, чтобы при столкновении двух разных полей одно из них или даже оба угасли.

Ого.

Вот этого я точно не знал.

— Как вы понимаете, это существенно усложняет добычу цельного найниита и делает весьма затруднительным и его транспортировку, и хранение, и, что самое важное, использование. Однако в настоящее время у нас имеются технологии создания искусственного найниитового поля, которое позволяет унифицировать разные управляющие поля таким образом, чтобы найниитовые капли соединялись в более крупные конгломераты, которые намного проще и использовать, и транспортировать, и хранить. Есть также технология, которая дает возможность дистанционно перевести твердый найниит в жидкую форму и вывести его из породы, не прибегая к дроблению. Это еще больше упрощает нашу задачу, поэтому в последние годы добыча найниита стала гораздо менее сложной и намного менее затратной, чем, скажем, полвека назад.

— А посмотреть на этот процесс как-то можно? — быстро спросил я, пока меня не опередил вечно любопытный Тэри. — И еще вопрос: вы говорите о технологии создания управляющего поля за авторством Альнбара Расхэ или же здесь используется какой-то другой принцип управления найниитом?

Лаир Ро-Хатхэ снисходительно на меня посмотрел.

— Судя по всему, в группе вы — единственный маготехник, лэн?

— Так точно, лаир.

— И вы, я так полагаю, готовились к посещению нашей шахты? Как минимум информацию собирали, чтобы разобраться?

— Конечно, лаир. Иначе зачем тогда было ехать. И потом, тема найниита — одна из самых закрытых в Норлаэне. И для меня как маготехника чрезвычайно интересно в ней разобраться.

— Что ж, вы правильно догадались — хмыкнул он, когда я выжидательно замолчал и вопросительно на него уставился. — В основе работы используемого нами устройства действительно лежат разработки рода Расхэ. Просто нам удалось их немного усовершенствовать. Если хотите, я покажу, как это происходит. Но, разумеется, посмотрите вы на работу наших специалистов издалека, просто чтобы иметь представление, что это такое и как выглядит. Тогда как детали, разумеется, вам никто не откроет — даже сейчас это закрытая информация, поэтому про сами технологии не спрашивайте.

Я мысленно потер ладони.

Само собой, закрытая. Но мне всего-то и надо, что подобраться к найнииту и к устройствам, которые меняют его поле, на расстояние в десять майнов. А остальное мы с Эммой сделаем сами. Причем быстро, тихо и абсолютно незаметно, так что даже мои друзья не поймут, что на самом деле мне нужно.

В этот момент я неожиданно перехватил внимательный взгляд куратора, который с момента захода в лифт ни слова не произнес, и поспешил приглушить эмоции. Мало будет радости, если он что-то заподозрит. Правда, и выключать их насовсем я тоже не стал, чтобы не выглядеть в такой важный момент бесчувственным болваном.

Убедившись, что возражений нет, лаир Ро-Хатхэ удовлетворенно кивнул, а потом снова обратил взор в сторону штрека.

— Пойдемте, лэны и лэнны. Я все-таки покажу вам, как выглядит типичная найтовая выработка, что такое конвейерный штрек и как вообще происходит процесс добычи. Ну а после, раз уж ваш коллега заинтересовался, мы спустимся на несколько уровней ниже, чтобы вы посмотрели, как именно добывается найниит.

Ребята выразительно переглянулись, но лаиру всех нас удалось заинтересовать, поэтому возражений, естественно, не последовало. После чего мы гуськом потянулись за проводником, который прямо так, по ходу дела продолжал и рассказывать, и показывать все, что, по его мнению, могло быть нам интересно.

С его легкой руки мы достаточно далеко проследовали в глубь пустого штрека, изучая оставшиеся после ларнита трещины, заглядывая в небольшие лакуны внутри стен и пытаясь представить процесс добычи. И почти рэйн слушали на редкость складный, не на шутку увлекательный монолог замдира, который не только прекрасно разбирался во всех тонкостях горного дела, но и рассказывать умел так, что заслушаешься.

Затем, когда мы удалились примерно на половину дийрана от выхода, он показал нам широкое отверстие в полу, откуда торчала макушка старого-престарого конвейера, на котором когда-то поднимали руду с нижнего… прорытого под небольшим углом к этому… уровня, а затем сгружали в подогнанные к самому конвейеру вагонетки и отправляли к грузовому лифту для дальнейшей доставки на поверхность.

Собственно, замдир весь процесс нам детально описал, рассказал и подробно ответил на все вопросы. Я, само собой, в этом плане особенно усердствовал. Мне все было интересно. Ания и Тэри от меня не отставали. Райсана, Кэвин и Нолэн вели себя поскромнее. Тогда как троица Хатхэ… особенно Дорин… посматривали на нас с ноткой превосходства и вели себя так, словно всю эту информацию им уже давно доложили. И вообще, они в этой шахте с самого детства в прятки играли, поэтому удивить их было нечем.

Впрочем, дайн с ними.

Главное, что лаир Ро-Хатхэ оказался замечательным рассказчиком.

Ну а когда рассказывать ему стало нечего, мы наконец-то повернули в обратную сторону и по пути прослушали еще одну достаточно длинную, но отнюдь не нудную лекцию по поводу организации работы шахтеров, режима работы лифтов, действиях сотрудников во время чрезвычайных происшествиях. Попутно узнали, что из шести пассажирских лифтов четыре ходят только до двадцатого этажа и только два способны спускаться на самую глубину. Что в случае ЧП грузовые лифты также превращаются в пассажирские. О том, как вообще по стволу шахты ходят кабины, где расположены, где находятся запасные лестницы, где находятся перемычки между штреками, как узнать и где посмотреть, что они есть, как эвакуироваться, если лифты вдруг перестанут работать…

В общем, много чего он успел нам рассказать, пока мы добирались до ствола шахты, а потом, благо с площадки перед лифтом вид открывался отличный, еще и продемонстрировал.

Наконец, мы зашли в терпеливо дожидавшийся нашего появления лифт, и лаир Ро-Хатхэ нажал на кнопку с номером «двадцать пять», сообщив, что мы спускаемся на рабочий уровень, где, соответственно, может быть шумно, людно, пыльно и где прямо сейчас работает спецтехника.

Нас это, естественно, не испугало, однако по дороге вниз нам детально рассказали о правилах поведения, технике безопасности и прочих полезных, но уже не таких интересных вещах.

Лифт же, как назло, полз вниз до безобразия медленно. Стоять, глядя, как мимо проплывает каменная стена, было скучно. Так что мы волей-неволей прислушивались к лаиру Ро-Хатхэ, на что он, собственно, и рассчитывал.

Фух, хвала тэрнэ, прибыли…

Когда кабина наконец остановилась и замдир во второй раз собственноручно отодвинул решетку, мы выбрались в еще один, на этот раз — ярко освещенный штрек, и закрутили головами.

Табличка, карта, подписи… все было, как и на двенадцатом уровне, поэтому маршрут в принципе был понятен. Вход в штрек, как и наверху, тоже имелся один, что тоже логично. Второй, судя по карте, располагался чуть в стороне, и сходился с нашим под острым углом примерно в двух майнах отсюда, за поворотом.