Мастер Рун. Книга 11 (СИ) - Сластин Артем

Если честно, то стой я сейчас в строю, то наверное бы запаниковал. Но охотники на удивление оказались очень стойкими психологически. Может быть, это ужас заставил их так реагировать, точно я не могу сказать. Поэтому, когда я проорал:

— Вперед, шаг, бей!

С двух сторон, в червя ударило два десятка копий, прямо в ближайший сегмент. Резонанс прошел через контры, привычно увеличивая силу, я почувствовал связь со всеми бойцами одновременно.

Наконечники вспыхнули голубым и врезались в каменную защиту. При этом копья умудрились пробить панцирь на глубину ладони, может, чуть больше. Появлялись трещины на камне, даже несколько кусков откололось, но серьезного урона нанести не получилось ни у кого. Червь дернулся, ему явно не понравилось, и двоих, чьи наконечники застряли, протащил по земле, прежде чем они отпустили древки.

— Назад, отходи! — скомандовал я.

Строй отступил, потерянные копия торчали из бока червя, как занозы. Тварь, кажется, даже не заметила.

— В стыки бей, — проорал я, — между сегментами, не в пластины.

Червь тем временем смог развернуться. Для своего размера он двигался пугающе быстро. Его тело то складывалось, то разворачивалось, как живая цепь, и передний конус снова нацелился на строй, а резцы в пасти набрали обороты, снова закручиваясь как циркулярка. Я понял, что он собирается пройти сквозь нас, так как проходит сквозь породу.

— Смотрим и готовимся разойтись. — снова скомандовал я, отслеживая каждое движение, а затем, уловив начало, прокричал. — Внимание. В сторону!

Крылья чётко разделились, уходя вправо и влево, и червь прошёл между ними, вспахивая конусом землю, только комья грязи и мелкие камни летели во все стороны. И тут он сделал то, чего я совершенно не ожидал. Его задняя часть тела, та, что всё ещё торчала в земле, вылезла и обрушилась мощным ударом по правому крылу.

Люди не успели среагировать, удар был молниеносным. Я услышал, как заорали несколько человек, и всё это утонуло в общем грохоте. Несколько человек просто как метлой смело, один улетел в темноту, кувыркаясь, я даже потерял его из виду. Второго вбило в землю, и он остался лежать, скрючившись.

Остальные разлетелись в разные стороны, кто ударился в дерево, кто покатился на землю и замер. Самое паршивое, что двое из этих атакованных были без доспехов, те самые резервные, которых я отвёл на три шага назад. Всё же три шага оказалось мало, хвост червя достал и их.

— Рен, атакуйте! Все, кто может, атакуйте его, отвлеките тварь!

Я уже бежал к лежащим, тем, кто рядом. Тварь почему-то игнорировала меня, словно старалась держаться подальше. Поэтому пока я не вступал в бой и занялся теми, кто ранен. Первый парень, пострадавший, из деревни Горбуна, был в доспехе. Он дышал, глаза были открыты, хотя лицо белое. Доспех на левом боку был погнут внутрь, несколько пластин даже треснули. Рёбра, судя по всему, были сломаны, он мелко дышал, боясь глубоко вздохнуть, я понял, что, возможно, задели что-то внутри.

Другой неподалёку, тоже в доспехе, и у него нога была вывернута под углом, так что кость торчала. Это был открытый перелом, но он даже не кричал, просто смотрел в темноту, и даже зрачки, мне показалось, что у него разного размера. Судя по всему, был еще и оглушен.

Один из тех, кто был без доспехов, последний, кто пришёл от Клыка, лежал у дерева, куда его отбросило, и его грудная клетка была вообще неправильной формы, она была вмята с левой стороны. Он ещё дышал, но каждый вздох сопровождался булькающим звуком. А кровь на губах была чёрная в свете факелов и светильников. Ещё один пострадавший, чуть дальше. Когда я его перевернул, он застонал, он был жив, но рука у него была сломана. В общем, серьезные потери. Четверо буквально за одну секунду, и червь разворачивался для нового захода.

— Горбун! — прокричал я. — тащите раненых наверх, всех четверых, живо.

Старейшина уже спускался с платформы, и с ним несколько человек, которые не участвовали в бою. Они аккуратно подхватили раненых и потащили наверх.

Оценив, что те в относительной безопасности, я развернулся обратно к бою. Рен также держал левое крыло, всех своих бойцов одной стеной, и они медленно отступали, организованно, пытаясь увести червя от раненых. Тот несколько раз пробовал атаковать их, но неудачно.

Свой хвост он уже не использовал, видимо, собирался с силами. А правое крыло собирал Дуб, пятёрку оставшихся, да и сам он еле стоял. Значит, пора принять бой и мне. Судя по щупу и тому, что я чувствую, червь, кроме своей массы, был не так уж и силен. Скорее, уровня каналов, если переводить на наш человеческий язык.

— Бабай, попробуй атаковать ту секцию, что повреждена, замораживай!

Не вкусно-холод.

Я проверил накопители, подключаясь к ним и перчаткам, пока Бабай рванул вперед, низко прижимаясь к земле. Он врезался в бок поднимающейся твари, пасть раскрылась, и оттуда хлынула волна холода, от которой воздух вокруг загустел и покрылся изморозью.

Каменная броня червя вокруг секции побелела, за секунду вся влага превратилась в лёд, и камень начал трескаться от перепада температуры. А следом ударил я своим копьем, пробивая каменную броню и доставая внутренности твари. Прежде чем монстр успел среагировать, я разрядил следом в рану половину накопителей, запуская туда удар током.

А дальше не подвел уже Рен. Все, кто остались на ногах, видя, что я атакую, ударили следом. Резонанс сложился, и полтора десятка потоков сошлись в одной точке. Замерший камень разлетелся, причем наконечники вошли настолько глубоко, что пробили и панцирь, и прослойку, добрались до внутренностей. И червь содрогнулся.

Из огромнейшей раны хлынула маслянистая жидкость, да так, что свечение на соседних стыках замыкало, и рунные контуры монстра начали сбоить.

Но тварь не остановилась. Тело червя резко скрутило, и средняя часть, та, что была еще цела, ударила по земле с такой силой, что снова нескольких бойцов отбросило назад.

Нанёс сильный удар копьем, и буквально разорвал копьём верхнюю часть монстра, где находился конус с зубцами, отделяя тот от тела одним отточенным движением.

Он тут же упал на землю, судорожно дёргаясь и извиваясь. Резцы в пасти вращались по инерции, уже вхолостую перемалывая пустой воздух.

Обезглавленное тело дернулось несколько раз, рунные контуры на панцире замигали хаотично, и я увидел, как по всей длине пробежала волна судорог. Потом задняя часть нырнула в землю, пытаясь зарыться и тело начало втягиваться обратно, медленно, сегмент за сегментом. Если эта тварь действует так же, как и земные черви, то она вполне может выжить.

— Бей! — снова приказал я, показывая байшоу куда бить.

И мы с Бабаем повторили первый удар, буквально перекусывая большую часть твари, что была на поверхности. Сначала ледяная пасть, потом мой удар, самый мощный по местным меркам, а потом удар под резонансом оставшихся бойцов. И в итоге под землю смогла уйти лишь малая часть твари, в то время как большая оказалась на поверхности и прекратила шевелиться.

Байшоу попытался сожрать внутренности, но в итоге буквально выплюнул откушенный кусок и весьма брезгливо отошел от остатков монстра, а я увидел, что внутри, прямо в центре мёртвого остатка твари светилось огромное ядро, в гнезде из переплетенных рунных линий. При этом размером оно было с мою голову, не меньше.

Камень Бурь неожиданно вспыхнул жаром, впервые за всё последнее время в Яме. До этого он молчал, реагировал только холодом на опасность, а тут загорелся так, что я схватился за него через ткань. Несмотря на то, что я уже был хорошо прокачан, жар всё равно чувствовался. Я быстро вытащил ядро из гнезда. Рунные нити тут же погасли, и монстр умер навсегда.

— Тихо, тихо. — пробормотал я, обращаюсь то ли к камню, то ли к себе.

Ядро червя было очень странным. Оно выглядело чистым и структурированным, а стоило мне коснуться его щупом, и я нашел то, чего не ожидал увидеть в полной мере.

Я сжал ядро в ладони, и оно отозвалось теплом, почти живым. И почувствовал, что держу не просто кусок эфира, это был ключ. Конструкт внутри червя всё ещё работал, пусть слабо и хаотично, но он был живым. Я чувствовал, как внутри него, как переплетаются рунные нити, как они пытаются восстановить распавшуюся связь.