Чумной доктор (СИ) - Плотников Сергей Александрович

Интерьер закрытого кабинета в таверне «Свечи и хрусталь» меня не разочаровал. Действительно, свечи и хрусталь, кто бы сомневался. И официантка была одета не в обычное тут простенькое платье с передником, как трактирные подавальщицы, а приятно так…

Немного меня удивило, что стол был накрыт на двоих — это что, Хольмгрен пригласила меня «с доверенными людьми», но думала, что они будут стоять за стулом? Интересные у нее понятия о доверенных людях.

Ульфир-то понятно: он у нас чистожанровый телохранитель, сам никогда не садится в таких случаях. Но Элсин с Ройгой у меня не столько охрана, сколько партнеры — а эта дамочка их, похоже, так не воспринимает.

Хм. И она еще рассчитывает как-то за нас зацепиться?

Была бы поумнее, подмазывалась бы к моим девочкам — авось бы и взяли ее в качестве белки на посылках… Впрочем, вряд ли. Еще Олла бы, может, и согласилась бы ее как-то использовать из-за неистребимой практичности, у Теи бы взыграла брезгливость, а Ройга все равно ревнует — хоть и заверила меня, что доверяет.

Однако дополнительные стулья я требовать не стал, решил посмотреть, куда Хольмгрен вырулит. Если что, всегда успеется — например, когда еду принесут.

И Биргитта не разочаровала. Зашла с козырей — возможность прибрать к рукам целый банк действительно выглядела весьма соблазнительно!

Между прочим, Игнис уже составила для меня краткую выжимку прав и возможностей Чумных Докторов в чрезвычайных ситуациях, таких как эпидемия, угрожающая всей планете. И я знал, что, по сути, я могу делать все, что хочу… но не совсем. Настоящий Чумной Доктор, тот, чей титул официально зарегистрирован, мог бы этот банк и вовсе реквизировать в свою пользу, никто бы и слова не сказал. Более того, именно так эти ценные специалисты и вознаграждали себя за труды: попросту отжимали в свою пользу часть ресурсов спасаемого мира! А что, кормиться-то чем-то надо? У Чумных Докторов собственных вотчин не было, никаким конкретным миром они не заведовали.

Но есть нюансы, как говорится. Обычно жалобами на Чумных Докторов, если Игнис правильно интерпретировала всяческие примечания и кейсы, Император подтирался (возможно, буквально!) — в том случае, когда им удавалось остановить эпидемию. Однако, как и везде, если тот же Чумной Доктор наглел и хапал слишком много, да еще и лучшие люди мира составляли коллективную жалобу, Император и его дознаватели могли и мягко шлепнуть по рукам, даже заставить часть вернуть.

Но я-то не настоящий Чумной Доктор, и как потом посмотрят на мое самоуправство — тоже непонятно.

Кроме того, тут как везде. Совершить рейдерский захват с помощью административного ресурса-то можно. А вот как потом этой собственностью управлять? И эффективно управлять, так, чтобы она приносила прибыль, а не легла бы убытком на баланс — или не обрушилась вовсе?

Нет, гораздо лучше не «захватывать», и даже не «намекнуть, чтобы добром отдали», а чтобы к тебе сами пришли проситься! Тогда можно просто спихнуть управление на старые кадры, если там нет вопиющей жести, типа использования рабского или детского труда.

Так что предложение Биргитты меня заинтересовало. А вот ее чрезмерно обходительные манеры и кокетливые глазки — не очень. То есть… хм. Часть меня, конечно, заинтересовалась. Но накануне Ройга с Теей мне устроили такую ночку, что я с утра еле проснулся — возможно, специально, ведь о встрече с Биргиттой они знали! Вот и позаботились, чтобы я был, так сказать, защищен от ее женских чар. Так что роскошные формы Хольмгрен я воспринял с пресыщенным спокойствием сытого кота. Взгляд, конечно, притянулся — но сразу отлип.

Поначалу.

Она еще только начала говорить, только собиралась рассказать, что же такого замечательного в ее предложении, а я уже поймал себя на том, что я к ней куда терпимее, чем прежде, отношусь. И голос стал как будто приятнее. Но это ладно бы. Обостренной чувствительностью мага Жизни я понял, что на меня воздействует некое вещество — уже попало в кровь и что-то мутит с моей нервной системой!

Воздействие было не слишком сильным, немного смахивало на алкогольное опьянение — но не оно. Однако детально я разбираться не стал, просто решил все сжечь нафиг: меня столько раз пытались отравить, в том числе и нейротоксинами, что действовать я научился буквально на автомате! Хорошо, хватило соображалки сначала предупредить Ульфира: в отличие от Элсина и Ройги, он с этим фокусом в моем исполнении не сталкивался. А когда воздух начинает пылать, даже у немертвого некроманта могут сдать нервы — огонь-то им опаснее, чем живым!

Может, Гилли при нем что-то такое и делала, но я-то нет.

Так что предупредил — и выжег нафиг это вещество. И из воздуха, и вообще отовсюду в моей зоне контроля! А попало оно, естественно, много куда — в том числе в носы и в легкие стоящих рядом со мной некромантов. Они, конечно, в состоянии покоя не дышат, но свободное движение воздуха все равно никто не отменял. И больше всего этого вещества оказалось в носоглотке и легких Биргитты: она-то разговаривала.

Незнакомый мне то-ли-яд-то-ли-нет вспыхнул и прогорел — я очень четко почувствовал, что огонь нашел свою пищу. Глаза Паучихи расширились, лицо исказилось паникой — и вдруг она повалилась со стула на пол, косо, вбок, как будто потеряла сознание. Причем, похоже, при падении она за что-то зацепилась, и я услышал сухой треск, как будто по полу рассыпались маленькие шарики. Что за…

Я выскочил из-за стола и бросился к ней. Но Ульфир и Элсин, конечно, успели первыми. Я еще только делал шаг, а они уже опустились на колени рядом с ней — точнее, Элсин опустился на колени, а Ульфир чуть наклонился над ними обоими, выхватив один из своих палашей. То есть за долю секунды ребята успели ускориться, как-то договориться между собой о ролях и заняться каждый своим — Элсин осматривал тело, Ульфир охранял моего учителя от возможных сюрпризов со стороны Хольмгрен.

— Влад, стой, — сказал Элсин, не оборачиваясь. — Я проверяю.

Проверял он, аккуратно касаясь руки Биргитты — как будто считал ее пульс. Которого, разумеется, быть не могло.

Он убрал руку и поднялся.

— Все, ее нет. Ушла.

— Отключилась от плана Смерти? — спросил я, ощущая странную смесь облегчения и некоторого смятения.

Почти как с гребаным Кларги: насчет этой дамы я абсолютно не сомневался, что она натворила на десяток смертных приговоров — но я-то не собирался здесь и сейчас ее убивать! И ее гибель меня… мягко говоря, обескуражила.

— Именно, — подтвердил учитель. — Ты что-то с ней?..

— Я ощутил какое-то вещество, распыленное в воздухе, — тут же открестился я. — Биологически активное вещество — оно на меня воздействовало, и довольно сильно. Я сжег только его. Ты знаешь, я умею. Оно, кстати, было у вас у всех троих в легких тоже — вы же ничего не почувствовали?

— Вообще-то, почувствовал, — нахмурился Элсин. — По-моему, внутри меня ты еще ни разу ничего не сжигал. Забавное ощущение. Ты сам-то как?

— Нормально, оно не успело толком подействовать, — сказал я. — По крайней мере, мне так кажется. И я по-прежнему голоден, так что не хотел бы срочно отсюда ретироваться, когда уже еду заказал… Ульфир, Ройга, а у вас что?

— Я бы не назвал это ощущение забавным, — ровно сказал Ульфир. — Страшновато. Но никаких болевых сигналов внутри вашей зоны контроля, мэтр.

— М-м, а мне так вообще хорошо знакомо, — усмехнулась Ройга. — Все как всегда!

Элсин бросил на нее саркастический взгляд, но промолчал.

Ну… да, Ройга пару раз просила меня «поиграть с огнем». В принципе, я ее понимаю, будь моя возлюбленная магом Огня, а я сам — нет, наверное, тоже попросил бы так поэкспериментировать. Все же зона контроля — удивительнейший феномен! Олла и Тея не просили, но их близость к огню настолько не торкает, как Ройгу.

— Короче говоря, я точно не сжег у нее ничего, что ей необходимо для существования, — отперся я. Не мог я повторить ошибку с Кларги! — Никакую биологическую ткань не трогал вообще! Ее не должно было опалить, точно так же, как помнишь, когда Ройга нейротоксин распылила?