— Внутри.
— Спасибо, капитан очевидность.
Петрович уже лез рукой под нижнюю панель.
— Свети.
Сергей направил фонарь. За рычагом был тонкий стальной фиксатор, который явно не относился к штатной конструкции. Новый. Блестящий. Кто-то вставил его специально.
— Вот тебе и внешняя команда, — сказал Петрович. — Тут ещё и по старинке подстраховались.
9
— Вытащи.
— Зажало.
— Ломай.
— А «хрупкая механика»?
Синицын ответил первым:
— Ломай.
Петрович усмехнулся.
— Наконец-то разумный приказ.
Он подсунул отвёртку, Сергей вторую. Фиксатор согнулся, но не вышел.
5
Нестерова сказала:
— Канал закрывается.
— Ещё!
Петрович навалился. Металл лопнул.
2
Сергей дёрнул рукоятку вниз.
Щёлкнуло.
Контроллер завыл низким тоном. Барабан остановился.
ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ОТОЗВАНО
ПРОЦЕДУРА ОТКРЫТИЯ ПРИОСТАНОВЛЕНА
Все выдохнули одновременно.
На экране Нестеровой появилась ошибка. Она отключила прибор и посмотрела на него.
— Ключ сгорел.
— Дорого? — спросил Сергей.
— Очень.
— Запиши на меня. Я теперь ответственный.
— Не смешно.
— Мне тоже. Поэтому и шучу.
Система показала раскрытие двадцать девять процентов. До критического порога оставался один процент, но рост прекратился.
— Закрываем, — сказал Миронов.
Синицын покачал головой.
— Не так быстро. Сначала надо снять сервисный ключ.
— Снимай.
Он начал работать с верхней частью шкафа. Сергей прислонился к стене и почувствовал, как она дрожит. Не техника. Что-то глубже. Переход оставался открыт почти на треть и даже остановленная процедура позволяла состояниям по ту сторону касаться этого места.
Первым изменился свет.
Люминесцентные лампы погасли. Вместо них на стенах загорелись старые круглые плафоны с жёлтыми лампочками. Кабели в пластиковых коробах исчезли. На их месте появились фарфоровые изоляторы и тканевая проводка. Петрович медленно выпрямился.
— Это что?
Синицын посмотрел вокруг.
— Отражение состояния.
— Как в лифте? — спросил Сергей.
— Похоже. Только здесь оно не персональное.
Из-за угла коридора донеслись шаги. Все напряглись. Миронов поднял руку, его люди отступили к стенам.
Появились двое рабочих в старой форме. Они не видели присутствующих. Один курил прямо в коридоре, второй нёс бумажную папку.
— Говорил же, к пятнице не успеем, — сказал курящий.
— Григорич подпишет.
— Григорич всё подпишет, а потом нас же ночью вызовут.
Они прошли сквозь Нестерову и исчезли за стеной.
Петрович посмотрел на Синицына.
— Твои?
Тот кивнул.
— Семьдесят девятый или восьмидесятый.
— Ты их помнишь?
— Одного.
— Жив?
— Нет.
Сергей потёр лицо.
— Вот теперь понятно, зачем город доноров собирает. Буфер не просто энергию жрёт. Он вытаскивает старые состояния.
Синицын продолжал отключать сервисную сигнатуру.
— Не обязательно старые. Любые допустимые.
— То есть сейчас может появиться ТЭЦ, где нас всех расстреляли?
— Теоретически.
— Спасибо. Сразу жить захотелось аккуратнее.
Из машинного зала донёсся мощный гул. Все бросились обратно. На несколько секунд зал стал другим. Турбина, которая в реальности была разобрана, стояла целая и вращалась. По проходам ходили десятки рабочих. За окнами шёл снег, хотя на улице был август. Потом картина мигнула и всё вернулось: тёмный корпус, ржавое оборудование, летняя ночь.
— Двадцать девять процентов уже даёт такое? — спросила Нестерова.
— Здесь, рядом с дверью, — ответил Синицын. — За границей объекта пока слабее.
Сергей запросил карту. Внешняя территория ТЭЦ показывала лёгкие колебания, жилые районы — нет. Значит, порог в тридцать процентов действительно был не случайной красивой цифрой. После него переход, вероятно, начал бы самостоятельно цепляться за соседние узлы.
Рация Миронова заговорила одновременно с телефоном Нестеровой. Доклады шли один за другим. На проходной охранник на несколько секунд увидел вместо парковки железнодорожные пути. У действующей котельной исчезла дверь в бытовку, а потом появилась обратно на полметра левее. Двое сотрудников центральной группы утверждали, что минуту разговаривали с человеком в форме старого образца, который требовал предъявить пропуск за 1984 год. Никто не пострадал, но граница между «показалось» и «можно получить по голове» становилась всё тоньше.
— Всех из старого корпуса наружу, — приказал Миронов. — Остаются только операторы.
Сергей поднял голову.
— Захаров ушёл?
— Должен был.
— «Должен был» — это не ответ.
Миронов вызвал пост. Ответа не было. Сергей выругался.
— Где он был последний раз?
— На действующей границе, у резервного щита, — сказала Нестерова. — Он проверял насос после переноса гасителя.
— Я пойду.
— Нет, — одновременно сказали Миронов и Синицын.
Сергей посмотрел на обоих.
— Очень приятно, что вы нашли общую тему. Теперь скажите, кто пойдёт вместо меня.
