– А мы, значит, мешаем? – буркнул Саша, расстроенный тем, что старичок его не послушал и поехал-таки дальше. А ведь он может уже и не вернуться.
– Что-то я запуталась, – потерла лоб Лиза. – Сложно все получается. Бояться – не бояться… Кто это все определяет? Как они решают, на кого надо напрыгивать, а на кого нет?
Но ответов на эти вопросы ни у кого не было.
В лагере царила тишина и скука. Олег Павлович в задумчивости перебирал струны гитары, девчонки молчаливо сидели в палатке, мальчишки, не говоря ни слова, топтались около костра. Что делать дальше, не знал никто.
– А не поставить ли нам чайку? – потянулся Паганель. Да так и замер.
Из-за елок показалась лошадь. Это был белый Вердер. Оборванная уздечка волочилась по снегу, седло съехало на бок, морда коня была в царапинах. Конь дожевал еловую ветку и вопросительно посмотрел на людей.
– Вот это да! – ахнул Рыбкин, вскакивая. – Откуда ты?
В ответ Вердер фыркнул и мотнул головой.
– Они там что, с ума все посходили? – нахмурился Антон. – Зачем они лошадь отпустили?
– Иди сюда, маленький! – Миша протянул руку с куском черного хлеба. Конь принюхался и пошел на угощение.
– Ничего себе маленький! Не веди его сюда! – вскочил Вовка. – За ним же сейчас все всадники леса прискачут!
– Не прискачут. – Рыба скормил зверю хлеб, подхватил поводья, потрепал коня по шее. – Он от них убежал. Теперь он наша добыча!
Карина высунула голову из палатки.
– Чем ты будешь эту добычу кормить? – поинтересовалась она.
– Надо на нем покататься, пока хозяева не пришли, – нашелся Сашка.
– И куда вы собрались ехать? – усмехнулся Олег Павлович. – Вокруг костра?
По лесу прокатилось протяжное ржание. Вердер вздрогнул, задрал голову и тоже заржал.
– Они уже идут! – взвизгнула Карина, исчезая в палатке.
Рыбкин скептически посмотрел на коня, бросил повод и слегка толкнул Вердера в белый бок.
– Иди отсюда, – попросил он.
Вердер развернулся, носом подлез под Мишкину руку.
– Хлеба просит, – догадался Сашка.
Вердер еще раз мотнул головой и начал копать ногой снег.
– Еще чего он просит? – мрачно спросил Антон. – Может, ему икру на подносе принести?
На икру конь не согласился. Он вздрогнул, переступил на месте и лег в снег, что вызвало бурный восторг среди ребят. Навалявшись вволю, конь встал, встряхнулся и снова шагнул к Мишке.
– Гони его! – подскочил Антон. – Нечего его приваживать! Еще понравится, он от нас вообще никогда не уйдет!
Верещагин плечом навалился на круглый бок лошади. Вердер покосился на него и сделал шаг в сторону. Не удержавшись на ногах, Рыжий плюхнулся на снег. Вокруг засмеялись, зафырчал и конь.
– Издеваетесь? – рассердился Верещагин. – Вот увидите, за ним сюда придут!
И за ним пришли. Ломая кусты, к палаткам выбрался невысокий рыжий конь Гравёр. Увидев Вердера, он замотал головой, принюхался, вытянул морду и заржал. Вердер равнодушно покосился на него и снова ткнулся в плечо Рыбкина, требуя угощения.
– Сейчас у нас здесь целая конюшня соберется, – мрачно предрек Рыжий, отходя подальше.
Тихий день переходил в тоскливый вечер. В верхушках деревьев поднялся ветер. Он протяжно гудел, рождая в душе ребят тревогу. Лошади прядали ушами, косясь по сторонам. Даже костер перестал трещать. Ребята вертели головами, ожидая очередного визита. Поляна замерла, готовясь принять нового гостя.
Первым учуял чужака Гравёр. Конь задергался, пытаясь сорваться с привязи, затанцевал на месте, заржал.
К черте подъехал всадник. Черный конь тяжело дышал, глаза его блестели. Уткнувшись в невидимую преграду, лошадь и всадник дрогнули и пропали.
Лес предупреждающе ухнул. И тут же на тропинке показалась Вика, Офис под ней шел широкой рысью. Увидев столпившихся ребят, она остановилась.
– Он здесь! – нехотя крикнул Токаев. – Призрак на черной лошади.
Вика кивнула.
– Лошади у вас? – спросила она.
– У нас! – Сашка встал, готовый защищать коней, к которым успел привязаться.
Вика снова кивнула и тронула повод.
Всадник выскочил из-под елки снежным вихрем. Конь под Викой с места скакнул вбок, встал на дыбы, забил передними ногами. Вика перегнулась вперед, еле держась в седле. Черный конь тоже встал на дыбы, призрак чуть откинулся назад, сбрасывая с головы капюшон. На какое-то мгновение все замерли, завороженные этим потрясающим зрелищем.
Вика заорала, падая на шею Офису, заставляя его опуститься на землю.
– Сюда! – хором завопили ребята.
Не выдержав напряженного момента, Сашка побежал к тропинке. Он успел сделать несколько шагов, прежде чем сбоку на него выскочил второй всадник.
– Жертва! – ахнул лес.
– Человек! – отозвались деревья.
Лес потонул в криках и визгах. Забыв обо всем, Антон прыгнул следом за Сашкой. Паганель успел перехватить дернувшегося за ним Рыбкина. Карина упала в снег, закрыла глаза и тихо заплакала. Настя, воинственно блестя очками, стояла, вытянувшись, сжав кулаки, готовая в любую минуту сорваться с места и вступить в драку.
На тропинке все смешалось. Офис крутился на месте, Вика нещадно колотила по его бокам пятками. Вокруг них скакал черный конь, пытаясь встать так, чтобы удобней было прыгнуть. Но сделать это ему не давали. На тропинку выскочил Сашка. Увидев его, Офис взбрыкнул и понесся прямо на Токаева. Закрыв голову руками, тот упал в сугроб. Гнавшийся за ним конь споткнулся, пролетев мимо. Взлетел снег – призрак упал в одну сторону, конь кувыркался в сугробе в другой стороне. Офис резко остановился, чуть не сбросив белобрысую Вику, развернулся и помчался по лыжне. Первый всадник направил свою лошадь за ним. Второй всадник выбрался из снега, легким движением вскочил в седло и поскакал следом.
– Куда? Стой! – Сашка копался в сугробе, пытаясь вылезти из него. – Отстаньте от нее!
– Совсем чокнулся? – рядом с ним упал Антон. – Он же мог тебя убить!
– Догнать бы их! – Сашка с завистью смотрел вслед ускакавшим всадникам.
– Ничего, без тебя догонят! – Паганель вытащил Токаева из сугроба, встряхнул и поставил на ноги. – Быстро обратно!
Повторять не пришлось. Мальчишки заспешили в лагерь. Лес ахнул, вздрогнула земля. На тропинку вылетел черный всадник, крутанул коня, оглядываясь.
– Проклятье! – шарахнулось от деревьев. – Не стойте на пути проклятья! Вам не пересилить предначертанного! Запрет нарушен! Слова произнесены!
Он ускакал обратно, оставив ребят в немом оцепенении.
С треском ломая сучья деревьев, на тропинку из леса выбрался Офис. Викины глаза были расширены от ужаса.
– Сюда! – подпрыгнул Сашка. – За черту!
Вика развернула коня. Сугроб перед ней раскрылся, выпуская всадника.
– Нет! – взвизгнула девочка. – Вы не на тех охотитесь! Вы должны лыжников уничтожать!
Всадник не стал ее слушать. Его конь прыгнул вперед, прямо на ошалевшего от всего происходящего Офиса. Тот дернулся. Вику приподняло над седлом, мотнуло, и она полетела на снег. Но упасть не успела. Черный конь накрыл ее своим телом. Взвился снежный вихрь. И все исчезло. Только Офис, не понимая, что случилось, бегал туда-сюда по тропинке, мотая головой.
– Вот зараза! – выдохнул Сашка, падая в снег.
– Поставить бы какой-нибудь предупреждающий знак, чтобы сюда никто не ходил, – подала голос Настя.
– Бежать надо! Бежать! – как заклинание повторяла Лиза слова Карины.
– Ну вот, – прошептал Антон, на которого все эти события, казалось, произвели наибольшее впечатление, – табун мы у себя собрали, теперь можем альтернативную группу создавать. Будем ездить за призраками и возвращать людей. Только, боюсь, надолго нас не хватит.
– Лошадь, иди сюда! – позвал Саша, протягивая руку.
– Его Офис зовут, – подсказал Рыжий, и тут его осенило. – Стойте! Мишка! Ты помнишь, сколько было всадников с самого начала.
– Трое, кажется… – Миша потер лоб. – Да, трое. Один еще такой на низенькой лошадке.
– Трое! А теперь их двое!
