Джаггер (ЛП) - Рафти Кристофер

Я бы узнала.

А может, и нет. Она была в тюрьме, поэтому не было возможности выяснить наверняка.

Марк сказал бы мне.

Он тех людей, что будут держать вас в курсе событий, несмотря на то, как вы с ним обошлись.

Не могу поверить, что я наговорила ему таких слов!

Она ударила его. Кричала как сумасшедшая.

От воспоминаний она вспотела. Она учуяла запах пота, исходящий от ее одежды, в которой она была одета почти два дня.

Хотя она хотела извиниться перед Марком за свое поведение, она чувствовала себя слишком виноватой, чтобы связаться с ним. Вот если бы он пришел к ней, или если бы она где-нибудь с ним столкнулась, тогда бы она ему все и объяснила.

Я не могу ему позвонить.

Может быть, завтра я отправлю ему сообщение с извинениями. Элли ехала на машине через "Орлиноe Гнездo". Трейлеры выглядели как длинные бледные блоки в ночи. Некоторые были освещены светом прожекторов, другие находились в темноте. В одних в окнах горел свет, в других фонари освещали террасу, как будто они ожидали гостей, третьи казались заброшенными.

Она посмотрела на трейлер Элли и увидела, что Джим оставил включенным свет для своей жены. Она представила, как он голый лежит в постели, ожидая возвращения Элли, и почувствовала приступ тошноты.

В трейлере Дженис было темно, но она заметила внутри тусклое мерцание телевизора.

Они подъехали к дому Эми. В доме и возле него было темно. Единственным источником света был прожектор на верхушке столба электропередачи на противоположной стороне двора. В гараже густая чернота.

Джипа Эми не было. Машины Терезы тоже не было.

Машина Терезы больше никогда не будет припаркована в гараже.

Она почувствовала, как сдавило ее горло. Интересно, когда ее родители начнут заниматься подготовкой к похоронам?

От мамы Терезы пока ничего не было слышно. Она решила, что скоро услышит. В конце концов, это собака Эми убила ее.

Надеюсь, она понимает, что я ни в чем не виновата. Ведь именно Тереза забрала Джаггера.

Если миссис Хокинг попытается обвинить Эми, она непременно напомнит ей кто виноват.

- Хочешь, я проведу тебя в дом? - спросила Элли, припарковав машину.

Эми проглотила образовавшийся комок в горле.

- Нет, спасибо, - сказала она. - Джим ожидает вас.

Элли рассмеялась.

- Я знаю. Меня, наверное, ожидает долгая ночь.

- Вы сможете заехать за мной около девяти?

- Поедем за твоим "Джипом"?

Эми кивнула.

- Да. Я тоже хочу поехать, как можно раньше. Как-то странно, что твоей машины здесь нет.

- Я знаю. Ощущение, что ты в ловушке.

В ловушке.

Именно так Эми себя и чувствовала.

- У тебя есть ключи?

Эми посмотрела свою сумочку. Она увидела, что ключи находятся поверх бумажника.

- Да.

- Ну, тогда ступай.

Элли протянула руку и обняла Эми. На душе стало спокойно.

В объятиях не было ничего особенного, кроме искренней симпатии. Никакого скрытого смысла. Только материнские объятия, в которых Эми нуждалась и которым была очень рада.

А когда они прекратили обниматься, Эми почувствовала, что ей хочется еще.

- Постарайся хорошенько выспаться, - сказала Элли.

- Я буду стараться изо всех сил.

- Увидимся утром. Я принесу завтрак.

- Звучит неплохо.

В машине вспыхнул свет, когда Эми открыла дверь. Она выбралась наружу. Когда она направилась к задней двери, Элли начала сдавать задним ходом. К моменту, когда Эми дошла до террасы, Элли уже уехала.

Эми вошла в темный дом, который, казалось, душил ее своей пустотой.

* * *

Он спал, как вдруг его разбудил шум подъезжающей машины. Подняв голову, он уставился на трейлер. Свет фар освещал двор, слепя ему глаза. Он отвернулся.

Дверь машины с грохотом захлопнулась.

Послышались шаги, и он снова обратил свое внимание на трейлер. Он увидел, что женщина скрылась с другой стороны. Изнутри доносились различные звуки, вероятно, там находился мужчина.

Дверь открылась.

- Я дома, малыш Джимми!

Затем другая дверь с грохотом захлопнулась.

Из трейлера доносились приглушенные голоса, но он уже снова опустил голову и перестал обращать на них внимание. Желание напасть оставалось, но оно ослабло и угасло.

Он шел всю ночь и день, сторонясь дорог, избегая людей, хотя импульсы подсказывали ему, что нужно атаковать.

Он игнорировал приступы ярости и влечения. Жажда крови не раз вынуждала его выбираться из укрытия, предоставленного лесом.

Но он продолжал двигаться.

И двигаться.

Он шел непрерывным, медленным и равномерным шагом, направляясь в одном направлении.

Со временем необычные запахи, окружавшие его, сменились на уже знакомые, и он шел по ним, как по карте, указывающей ему путь к цели.

Теперь его сытое брюхо утомляло его. И все, чего он хотел, - спать.

Он закрыл глаза и заснул.

Цыплят было вполне достаточно. Возможно, он проспит всю ночь.

Глава 31

Джим тихонько встал с кровати, а Элли осталась спать. Простыня была натянута до ее грудной клетки, и в тусклом утреннем свете комнаты отчетливо виднелись ее большие груди. Ее грудь казалась меньше, более нормальной, когда она лежала на спине. Казалось, ее грудь облегала ее тело и придавала естественную пышность ее стройной фигуре.

Прошлой ночью они неловко трахались. Джим по-другому не мог описать их трах. Он был очень рад, что они вообще могут трахаться, даже если им приходилось лежать на боку и сосать и вылизывать половые органы друг у друга. Они были уже в возрасте, и член Джима довольно часто оставался вялым, так что их сексуальная жизнь не отличалась особой насыщенностью, но позиция "вверх ногами" приносила свои плоды, и он обычно по утрам чувствовал себя намного бодрее.

Сегодняшнее утро ничем не отличалось от предыдущего, когда он вышел из спальни и, слегка топая, направился в ванную.

Он опорожнил мочевой пузырь, наслаждаясь тишиной в трейлере. Сегодня утром Элли проспит довольно долго, и у него будет время побыть одному, чем он с удовольствием воспользуется.

Он смыл воду в туалете и снял халат с крючка на задней стенке двери. Он надел его и завязал, направляясь в гостиную. Обычно к этому времени он уже слышал, как снаружи кукарекает петух, оповещая кур о том, что пора просыпаться. Также это был его сигнал Джиму, что куры готовы к еде. Кроме негромкого птичьего щебетания, он ничего не слышал.

Странно.

Он слегка нахмурился и подошел к задней двери.

Его мокасины были на коврике на полу, где он их оставил. Он всегда оставлял их на коврике, поэтому всегда знал, где они лежат, в случае необходимости. Он сунул в них свои мозолистые ноги, открыл замок и широко распахнул дверь.

День оказался туманным и душным.

Когда он вышел на свежий воздух, его кожа стала липкой. Халат неприятно натирал ему член, отчего он слегка вздрогнул. После проведенной ночи головка члена оставалась чувствительной, а трение халата о член вызывало сильный зуд, который он никак не мог унять. Он поправил свой член и затянул потуже пояс халата. Серые тучи, заслонявшие солнце, указывали на то, что возможен дождь, и Джим надеялся, что дождь прольется на землю. Его двор был почти коричневым из-за отсутствия влаги. Вчера он прочитал в газете, что в городе ограничили подачу воды, поэтому ему не разрешалось поливать траву из своего собственного шланга. Подобные запреты не имели значения, поскольку у него был свой колодец, но тем не менее закон есть закон.

Он спустился по ступенькам, которые скрипели при каждом шаге. Когда его ноги коснулись травы, она зашелестела, как сухие волосы. Он осмотрел двор, высматривая своих кур. Он не увидел ни одной. Обычно куры прибегали, как только слышали, что дверь открылась.

Но сегодня утром их не было, и Джим почувствовал, как в животе у него образовался нервный узел. Вчера вечером он не загнал их в курятник. Он вообще редко их загонял.