Заточи свой клинок и Вперед! 4 (СИ) - Шиленко Сергей

— Капитан. Поверили четырём лжесвидетелям и подняли клинок на наследника престола Милуотера. А значит, по законам королевства вам всем грозит смертная казнь.

Я подождал, пока мои слова улягутся в подкорке у каждого из наёмников, и продолжил.

— Но сегодня у меня хорошее настроение, поэтому предлагаю компромисс. Все ваши вещи сюда: снаряжение, кошельки и артефакты, нательное бельё можете оставить себе. В этом случае вы сможете уйти живыми.

Хеймер перевёл взгляд с моего лица на строй вампиров за плечом Виктории, потом на циклопов Патрика, Цербера, лениво почёсывающего средней мордой за ухом. Кадык у командира дёрнулся вверх и медленно опустился обратно.

Он коротко обернулся через плечо, ловя взглядом своего заместителя — пожилого мечника со шрамом через бровь. Тот едва заметно кивнул и тут же опустил глаза в камень. Кто-то в третьем ряду тяжело выдохнул сквозь зубы.

Капитан ещё раз прошёлся взглядом по куче трофеев, и наконец медленно опустил алебарду.

— Принимаю условие.

Он первым отстегнул нагрудник. Пряжки громко щёлкнули в общей тишине, и отряд повторял за командиром молча, без шуток и переглядываний. Куча росла на глазах: пластинчатые латы, цепы, мечи, два посоха, четыре пояса с зельями, пять перстней, аккуратно сложенный лук с колчаном.

Я повернулся к четвёрке в подштанниках.

Тенрик стоял в первом ряду и смотрел на меня круглыми глазами очень-очень сообразительного человека, который только что вспомнил, что обещал не упоминать.

— Господин… нас заставили, гильдия же, иначе нас бы самих… мы только хотели…

— Тенрик.

— … только сказали остановить, мы не думали…

— Тенрик. — Я говорил тихо и вкрадчиво. Очень не хотелось вгонять его в ступор раньше времени. — Я ведь предупреждал. Если хоть в пьяной отрыжке упомянёте — мокрого места не оставлю. А вы нарушили обещание быстрее, чем рана на шее Воргена успела остыть. Нехорошо.

Брох опустился на колено первым.

— Господин, пощадите…

Я молча достал из инвентаря Проклятый меч.

Слово было дано, слово нарушено. Здесь больше нечего было обсуждать.

Три коротких взмаха. и их головы по очереди скатились на камень.

Тенрик метнулся в сторону тоннеля. В подштанниках он рванул так, что босые пятки только мелькали по камню, но я перехватил Проклятый меч за лезвие и отправил его вдогонку.

Клинок ушёл с лёгким шелестом, прокручиваясь в воздухе ровными оборотами. На третьем обороте он догнал беглеца и снял ему голову на ходу, после чего воткнулся в каменную стену тоннеля и замер торчком.

Тело Тенрика пробежало ещё пару шагов по инерции и завалилось набок.

После каждого удара перед глазами вспыхивало системное уведомление:

Прочность Проклятого меча Вечного Дозора увеличена на +2

Я прошёл к тоннелю, выдернул клинок из камня и отряхнул лезвие о ближайший плащ из кучи трофеев, после чего убрал меч обратно в инвентарь.

Командир стоял в трёх шагах и смотрел на происходящие с выражением лица человека, которому только что показали, чем заканчиваются такие фокусы.

— Видишь, капитан, — повернулся я к Хеймеру. — Я этим четверым в пещере пообещал, что мокрого места не оставлю, если проболтаются. Они проболтались, я обещание исполнил. Теперь к нашему уговору. Свою часть я выполняю прямо сейчас, отпуская твой отряд живыми. С вас клятва о неразглашении. От каждого.

— У нас нет мага для заверения системной клятвы, господин. Свитков тоже не прихватили, не рассчитывали…

— Не страшно, у меня есть свой шаман для таких дел.

Патрик уже выходил вперёд. Посох прочертил в воздухе короткую дугу, из навершия пролилось зелёное свечение, и над расщелиной повис низкий гул, от которого у искателей в подштанниках разом подкосились ноги.

— Именем Смерти, — голос Патрика лёг тяжело и без эха, и это отсутствие эха было неприятнее самого голоса. — Кладите ладонь и повторяйте.

Двадцать человек подходили по одному. Касались посоха, проговаривали формулу о неразглашении, отшагивали назад на ватных ногах. Каждый раз навершие коротко вспыхивало, фиксируя клятву на жизненной нити подписавшего. Хеймер пошёл последним и держался лучше всех — ладонь не дрожала, голос звучал чётко, и только взгляд он на Патрика поднять так и не смог.

— Свободны.

Двадцать спин в подштанниках развернулись и потянулись по тропе обратно. Через полминуты в расщелине стало тихо.

Я скомандовал «Изыди» и забрал кучу трофеев одним движением. Туда же ушли четыре трупа Псов — Мои зомби найдут каждому куску мяса достойное применение в мастерской, у них в этом плане фантазия богатая.

— А теперь у меня для вас есть сюрприз, — обернулся я к строю.

Виктория повела бровью.

— «Явись».

На каменистую площадку обрушилась гора мяса. Чёрные пласты крота, рёбра толщиной с человека, окорока, печень размером с винный бочонок. В довершение я выкатил всю тушу целиком, разделанную по суставам и сложенную горкой, а сверху на этой пирамиде, вишенкой на торте, лёг череп Древнего Крота — с каретный сарай, со слепыми глазницами и с зубами под абордажные крюки.

Запах крови ударил по строю, и в рядах нежити прокатилось низкое шевеление.

Я поднял ладонь.

— Налетай.

— МООООЗГИИИИИ! — взревел Патрик первым, и в этот рёв сорвалась добрая сотня глоток.

Шаман сорвался с места без оглядки. До черепа добежал в три прыжка, воткнул посох в землю торчком и без всякого аристократизма нырнул в правую глазницу с разбегу. Изнутри тут же донеслось довольное чавканье и приглушённое «дыыыы», от которого у Кристиана за моим плечом дёрнулся уголок рта.

Цербер обрушился на гору мяса с разгону. Все три головы сначала зарычали друг на друга, потом ухватили одну заднюю ногу с трёх сторон и принялись дёргать её каждая в свою сторону. Левая огрызалась на правую, правая — на среднюю, средняя пыталась оттяпать кусок побольше, чтобы хватило сразу всем.

Циклопы подходили организованнее. Выстраивались в очередь, получали по куску ребра от пары распорядительных орков и отходили жевать в сторонку, размеренно работая челюстями.

Кристиан медленно повернул ко мне голову.

— Геральт. — Голос у него сел до хрипа. — Ты вообще кто такой?

— Простой искатель, всего лишь желающий пройти этот лабиринт, — я хлопнул его по плечу.

— Десять тысяч… простой искатель…

Я позвал Викторию.

Она грациозно подошла, и Кристиан машинально подобрался — выправка наследника проснулась рефлекторно.

— Виктория Ледяная Роза, мой лейтенант. Виктория, это Кристиан, наследник дома Эзутер. Передаю под твою опеку до перехода на седьмой этаж, там я подойду. По дороге беречь, но с правом конфисковать меч, если попробует сделать глупость.

Виктория сложила реверанс с такой ироничной точностью, что куртуазные дамы старого двора удавились бы от зависти.

— Ваше высочество, — клыки на её улыбке сверкнули вежливо. — Прошу. У меня в пространственном артефакте есть приличное южное вино из подвалов покойного князя Кракуса, дорогу скоротаем за беседой о геральдике.

Кристиан посмотрел на меня обречённо.

— Иди, ваше высочество. Виктория не кусается. Почти.

Принц, осторожно ступая мимо Цербера, побрёл за моим лейтенантом в сторону восточного строя. Я проводил его взглядом и повернулся к черепу.

Изнутри глухо доносилось чавканье с довольным мычанием на низкой ноте, и уходить из мозга шаман явно не собирался.

Я опустился на ближайший валун и достал из инвентаря флягу с кордием.

Циклопы у меня под боком перемалывали рёбра, орки в задних рядах разделывали окорока на куски поменьше, Цербер отбил-таки заднюю ногу у соседей и грыз её на три головы в относительном согласии. Картинка получилась почти семейная, если закрыть глаза на то, что половина семейства — мертвецы шестого этажа.

Минут через двадцать звуки из черепа смолкли.

— Ыыы… — донеслось из глазницы удовлетворённое.