Я есть Закон! (СИ) - Опсокополос Алексис

— Эй, ты базарь, да не заговаривайся! — петухом взвился Лёха, но назад на ступеньку всё-таки отступил. — Я не мошенник! Так что прекращай это всё!

В его ауре страх явно перевешивал агрессию.

— А я ещё не начинал, — я шагнул прямо к нему. — Я могу прямо сейчас позвонить в службу безопасности Департамента имущества и сообщить, что здесь некий гражданин от их имени собирает «дань» с жильцов аварийного фонда. Как думаете, через сколько минут здесь будет наряд ОБЭП?

Лёха побледнел, затравленно зыркнул на толпу, потом на меня.

— Да пошли вы… — пробормотал он. — Я им помочь хотел, по-соседски, а они… Дядь Петь, я пошёл, у меня там дело на миллион горит, а я на вас время трачу. Хотел помочь, но раз вы такие, то пусть вам вот этот… помогает.

И, не дожидаясь ответа, «международный юрист» пулей рванул через двор к остановке. К дяде доедать вареники не пошёл. А дядя Петя остался стоять один, хлопая глазами в звенящей тишине двора. Он притянул взгляды всего отряда активистов.

— А говорил, нефть гоняет… — попробовал он оправдаться.

— Туфту он прогоняет, — мрачно процедил сквозь зубы Семёныч.

— Дядь Петь, ты нас чуть со своим племянником не подставил! — разочарованно протянула Марина.

Дядя Петя суетливо забегал глазами, пытаясь изобразить праведное возмущение, но под прицелом десятка недобрых соседских взглядов его актёрских талантов явно не хватало.

— Мне кажется, — негромко, но веско произнёс я, — тут имеет место факт преступления, попытка мошенничества, совершённая группой лиц по предварительному сговору.

— Я⁈ Мошенник? — взвизгнул дядя Петя, комично прижимая руки к груди. — Да вы что, люди добрые⁈ Я же ваш сосед! Я ж тебе добра хотел! Да я тебя, Илюха, с младенчества знаю! Практически нянчил!

Я смотрел на него абсолютно ровным, ничего не выражающим взглядом.

— Вот именно этот факт, Пётр Николаевич, исчерпывающе характеризует ваше отношение к нам, — чеканя слова, ответил я. — Попытка нажиться на соседях, пользуясь многолетним кредитом доверия. Крайне циничный подход. А теперь — не смею вас больше задерживать. Вы свободны.

Дядя Петя побагровел, пожевал губами, явно собираясь выдать какую-то чушь про добрососедство, но наткнулся на мой немигающий взгляд. Он махнул рукой, пробормотал что-то неразборчивое себе под нос и юркнул в спасительную темноту подъезда.

Как только за ним захлопнулась железная дверь, напряжение во дворе спало. Активисты выдохнули и снова повернулись ко мне, ожидая дальнейших указаний. Теперь их внимание было абсолютным. Иерархия была установлена.

— Что касается реновации, — я перевёл взгляд на Марину. — Документы по нашему дому я ещё детально не смотрел. Но обязательно гляну в ближайшее время. Как только откопаю в них что-то существенное, сразу же уведомлю.

Я сделал паузу, обведя взглядом стихийный трибунал.

— Связь будем держать через Марину. Без моего ведома ничего не подписывать, ни с какими представителями застройщика или мэрии в переговоры не вступать. И главное — денег никому не давать. Всем хорошего вечера.

[ НАПОЛНЕНИЕ ЯДРА: 0,0056% ]

Ого! Справедливость закона восторжествовала. Я защитил своих соседей от прощелыги, и Система меня немного, но поощрила.

Глава 5

Когда на следующее утро я приблизился к остановке, стало окончательно ясно: с местной системой общественного транспорта мы существуем в параллельных, непересекающихся реальностях. Я прибыл на место ровно на пять минут раньше положенного срока и лишь успел проводить взглядом уплывающий за поворот сизый зад автобуса. Впрочем, алгоритм действий был мне уже знаком.

В офис я ввалился с дикой одышкой, но, как ни странно, вполне умиротворённый. Как показал практический опыт, интенсивные утренние пробежки весьма эффективно сбивали никотиновую ломку, да и в целом благотворно влияли на тонус моего биологического носителя.

Шеф поджидал меня прямо в коридоре. И был он не один — рядом переминался с ноги на ногу мужчина, чья пёстрая, кричащая одежда делала его похожим на экзотическую птицу, случайно залетевшую в пыльную юридическую контору.

— А вот и он! Наш ведущий специалист по бракоразводным процессам — Илья Сергеевич! — торжественно и елейно пропел Маньков, едва завидев мою запыхавшуюся фигуру.

— У меня, вообще-то, алименты… — поправил его «экзотический попугай».

— Да-да-да, алименты, разводы — это всё, как вы понимаете, из одной сферы! — ничуть не смутившись, затараторил шеф и галантно указал на мою дверь. — Прошу вас, проходите в кабинет, располагайтесь.

Клиент послушно шагнул внутрь, но стоило мне двинуться следом, как Маньков цепко ухватил меня за локоть. Убедившись, что дверь плотно закрылась, он продемонстрировал мне три купюры номиналом по пять тысяч.

— Клиент реальный, при деньгах, — зашипел он мне в самое ухо. — Илюха, попробуй отработать нормально, без всяких этих твоих закидонов и штучек. Чётко проконсультируй, обрисуй перспективы и бери на полное ведение дела. Будем выжимать его до конца. Понял?

— Хорошо, — невозмутимо ответил я. — Будем.

Оставив окрылённого предвкушением наживы шефа в коридоре, я зашёл в свой кабинет, плотно прикрыл за собой дверь и опустился в рабочее кресло.

— Доброе утро. Меня зовут Илья Сергеевич, — представился я, окинув взглядом посетителя.

— Никита, — ответил клиент в ярком наряде, подался вперёд и, понизив голос до доверительного полушёпота, добавил: — Мне нужна защита.

— От кого будем защищаться? — поинтересовался я, и внутри меня слабо пошевелилось Ядро Истины, настраиваясь на частоту собеседника.

— От бывшей жены. Подала на меня в суд — хочет денег.

— На каком основании подала?

— Не нравится ей, видите ли, сколько я плачу алиментов, — ответил Никита и, поморщившись, словно вспомнил что-то совсем уж неприятное, продолжил разъяснять: — Женился по залёту — молодой был, глупый. Сами же знаете, как это бывает. Кое-как промучился два года в этом цирке с истеричной бабой и двумя детьми и развёлся. Выдохнул. Свобода! Три года вообще всё отлично было, тишь да гладь, а здесь бывшая с катушек слетела — вынь да положь ей ещё денег.

Никита замолчал, выдохнул и развёл руками, призывая меня разделить его возмущение. Мне же было не до эмоций, мне надо было разобраться в сути дела.

— А сколько вы платите бывшей жене? — поинтересовался я.

— Сколько по закону положено, столько и плачу, — ответил клиент.

— У вас есть с собой копия её искового заявления?

— Конечно!

Никита достал из кармана сложенный вчетверо лист, развернул его и протянул мне. Я взял, быстро прочитал заявление и понял, что всё, скорее всего, немного не так, как пытается представить в моих глазах несчастный алиментщик.

— Ваша бывшая супруга утверждает, что вы за последние три года купили себе новую дорогую машину в автосалоне, квартиру в центре города и не вылезаете из загранпоездок, — сказал я. — Это так?

— А это её не касается! — возмущённо заявил Никита. — Квартира оформлена на мою маму, а машина на брата.

— Но вы это всё купили?

— А какое это имеет отношение к делу?

— Мне надо понять, имеет ли претензия вашей жены под собой хоть какое-то основание, — пояснил я.

— Не имеет! Вот справка с моего места работы о размере моей заработной платы! Я честно плачу с неё алименты.

Клиент с самодовольной ухмылкой полез во внутренний карман пиджака, выудил оттуда сложенный вдвое лист бумаги и развернул его передо мной и торжественно положил на стол. Это была справка о доходах.

— Смотрите на цифры! — сказал Никита. — Официальный оклад. Минималка по региону плюс сто двадцать рублей сверху. Двадцать две тысячи пятьсот шестьдесят рублей в месяц.

Я скользнул взглядом по цифрам, по печати ООО «СтройВектор» и подписи гендиректора. По бумагам получалось, что клиент честно платит алименты. Но это при условии, что у него реально такая зарплата. Однако у нас имелось заявление жены. Да и слишком уж холёный вид Никиты наталкивал на определённые подозрения. Ну никак он не походил на человека, что живёт на зарплату в двадцать две тысячи пятьсот шестьдесят рублей. Точнее, на то, что от неё остаётся после выплаты алиментов на двух детей.