Таверна попаданки. Драконам вход по записи (СИ) - Эльсворд Леона
Комиссия сидела за длинным столом у стены. Магистр Олвен писал без остановки. Сухая женщина в сером наблюдала за гостями так, будто считала эмоции нарушением регламента. Селеста выглядела безупречно, но слишком часто смотрела то на меня, то на Ардана, то на мою метку.
Я старалась не смотреть на нее.
Получалось примерно так же плохо, как не смотреть на Ардана.
— Хозяйка! — крикнул кто-то из гостей. — Говорят, ты сегодня таверну у короны отвоевываешь!
— Неправильно говорят, — ответила я, поднимаясь на небольшой помост у камина. — Я не отвоевываю таверну. Я напоминаю всем, что она моя, а напоминания у меня обычно громкие.
Зал рассмеялся.
Никс и Нокс взлетели на балку над камином, раздувшись от гордости.
— Сегодня “У последней ведьмы” кормит всех, кто пришел свидетелем, — продолжила я. — За еду можно заплатить монетой, помощью, словом, песней, честным рассказом о том, зачем этому месту жить. Древняя магия любит символы, чиновники любят протоколы, а я люблю, когда люди не мешают мне зарабатывать, поэтому этой ночью мы дадим каждому свое.
— А фамильяры что любят? — крикнул кузнец.
— Фамильяры любят булочки, драму и чужие тайны, — ответила я.
— И справедливость! — завопил Никс.
— Но булочки больше! — добавил Нокс.
Смех стал громче, и вместе с ним ожила таверна.
Не просто зал, стены и крыша.
Вся она.
Я почувствовала это под ногами: глубокое, медленное, теплое биение, будто у здания действительно было сердце. Огонь в камине стал ярче. Свечи на балках дрогнули золотыми язычками. Старые стены заскрипели, но не жалобно, а довольно, словно расправляли плечи.
Гости начали говорить.
Сначала неловко. Потом смелее.
Старик-травник рассказал, как много лет назад отец Велории пустил его переночевать бесплатно, когда у него украли кошель. Вдова сказала, что таверна — единственное место на тракте, где женщина может остановиться и не бояться, что ее сочтут добычей.
Возчик сообщил, что новый пирог “сносит голову лучше, чем первый поцелуй”, за что Нокс немедленно попросил уточнить, с кем возчик целовался, если пирог победил.
Кузнец пообещал починить петли на сарае. Подмастерья вызвались помочь с крышей.
Наемники заявили, что если кто-то придет жечь таверну снова, они сначала спросят цену за охрану, а потом, возможно, побьют негодяев бесплатно, потому что им понравилась настойка.
Я слушала и чувствовала, как внутри что-то болезненно расправляется.
Это место действительно было нужно.
Не только мне.
Не только Марте, Лиссе, Тимо, Рубену и фамильярам.
Глава 26. Клятва у живого огня
Таверна стояла на дороге, где люди проходили между жизнями: из столицы в рудники, из драконьих земель к человеческим городам, из бедности к надежде, из одиночества к чужому огню. “У последней ведьмы” была не просто крышей. Она была обещанием, что на дороге есть место, где тебя накормят, выслушают, обругают, если надо, и не дадут уйти в ночь совсем одному.
Когда последний голос стих, магистр Олвен встал.
— Договор услышал свидетельства. Но для удержания очага требуется завершение обряда. Хозяйка должна обратиться к дому. Дракон, если он принимает роль защитника, должен дать клятву.
Зал притих.
Селеста сидела ровно, но я видела напряжение в ее пальцах.
Ардан поднялся.
Он не стал выходить вперед первым. Не забрал на себя внимание. Просто подошел ко мне и остановился рядом, как обещал.
Я посмотрела на него.
— Ты уверен?
— Я уверен в том, что хочу сказать.
— Если ты произнесешь что-нибудь чрезмерно героическое, я выставлю тебе штраф за пафос.
— Я постараюсь уложиться в допустимую норму.
— Норму устанавливаю я.
— Разумеется, хозяйка.
И вот это “хозяйка”, сказанное тихо, с теплом и скрытой улыбкой, едва не выбило из меня весь боевой настрой. Я повернулась к камину, чтобы не смотреть на него слишком долго.
Огонь ждал.
Смешно звучит, но я чувствовала именно это.
Я сделала шаг вперед, протянула руки к пламени и сказала, стараясь, чтобы голос не дрогнул:
— Я не родилась в этом доме. Не росла под этой крышей, не знаю всех его тайн, не помню всех имен, которые здесь звучали. Но я проснулась здесь, когда у меня не было ничего, кроме чужого тела, долгов и страха. Этот дом мог стать для меня ловушкой, но стал выбором. Я выбираю его. Выбираю людей, которые живут и работают здесь. Выбираю шум, хлопоты, смех, протекающую крышу, упрямых гостей, невозможных фамильяров и даже повара, который считает соль личной религией.
С кухни донесся обиженный стон Рубена.
— Я выбираю эту таверну не потому, что мне больше некуда идти, — продолжила я тише. — А потому, что хочу остаться. И если древний договор слышит меня, пусть знает: я не продам этот дом из страха, не отдам из усталости и не позволю никому решить, что мое сердце можно опечатать королевской печатью.
Огонь взметнулся выше.
Зал ахнул.
Метка на запястье вспыхнула, и золотая линия потянулась от меня к камину, а от камина — к стенам, балкам, окнам, к каждой свече в зале. Таверна ответила не словами, но я поняла.
Она приняла.
Потом Ардан взял меня за руку.
Не поднял как символ собственности. Не сжал, чтобы удержать. Просто переплел пальцы с моими и встал рядом так, чтобы все видели: мы оба стоим у одного огня, но ни один из нас не заслоняет другого.
— Я Ардан Рейгар, сын драконьего рода Рейгаров, королевский инспектор и свидетель договора, — сказал он. — Я пришел сюда, чтобы проверить эту таверну. Пришел с правом закрыть ее, если найду угрозу. Но нашел дом, который живет, хозяйку, которая держит его не властью, а сердцем, и огонь, который нельзя забирать у тех, кто пришел к нему за теплом.
Он повернул голову ко мне.
И дальше говорил уже не залу.
Мне.
— Я не клянусь владеть тобой, Велория. Не клянусь решать за тебя, вести тебя или защищать так, будто ты слаба. Я клянусь стоять рядом, когда ты сама выберешь бой. Клянусь беречь твой огонь, не забирая его себе. Клянусь быть твоим драконом у этого очага, пока ты хочешь видеть меня рядом.
Я перестала дышать.
Совсем.
На миг исчезли гости, комиссия, Селеста, фамильяры, приказ, угроза рассвета. Остался только Ардан, его рука в моей, его голос и то, как связь между нами вспыхнула не жаром, а светом.
Он сказал все правильно.
Слишком правильно.
Так, что у меня не осталось защиты, кроме правды.
— Тогда стой рядом, — сказала я тихо.
Огонь взорвался золотом.
Не обжег. Не напугал. Просто поднялся до самой балки, рассыпался искрами и прошел по залу волной тепла. Все свечи вспыхнули ярче. Окна запотели изнутри. Старая вывеска за дверью громко скрипнула, словно тоже решила участвовать в обряде.
Никс разрыдался.
Громко.
С чувством.
— Я знал, что у нас будет красивая клятва!
— Ты рыдаешь мне на крыло, бездарь, — всхлипнул Нокс. — Но я тоже счастлив, поэтому пока не кусаю.
Глава 27. До первого луча солнца
В зале засмеялись, кто-то зааплодировал, Марта вытирала глаза передником, Тимо подпрыгивал от восторга, магистр Олвен писал так быстро, будто боялся не успеть за историей, а Селеста смотрела на нас с выражением, которое я не сразу смогла прочитать.
Не злость.
Не ревность.
Скорее боль.
И понимание.
Это было опаснее, потому что врага ненавидеть проще, чем женщину, которая тоже что-то потеряла.
Обряд был завершен ближе к полуночи, но ночь только начиналась.
Таверна гудела как праздник. Люди ели, пели, смеялись, спорили, рассказывали истории. Комиссия официально зафиксировала, что источник признал удержание очага, но приказ из столицы все равно оставался в силе до рассвета. Магистр Олвен сказал, что у них есть основания запросить отсрочку, но печать приказа была слишком высокой, чтобы просто отменить его на месте.
Похожие книги на "Таверна попаданки. Драконам вход по записи (СИ)", Эльсворд Леона
Эльсворд Леона читать все книги автора по порядку
Эльсворд Леона - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.