Замененная невеста дракона (СИ) - Кашмир Ивина

— Я говорила твоему отцу не пускать тебя учиться, но он меня не послушал, — выплёвывает женщина, впиваясь в меня презрительным взглядом. — Вырастили неблагодарную дуру…

Она сыплет оскорблениями, но я её почти не слышу. В висках неприятно стучит, и, чтобы хоть как-то унять боль, решаю переключиться.

Нервно озираюсь.

Маленькая комната, узкая кровать, покосившийся шкаф. Скорее подсобка, чем спальня.

Перевожу взгляд на тётку. Взгляд ненавидящий, пробирающий до костей. Сомнений нет: она била Лимелию, причём на постоянной основе.

— Что? — хмуро спрашиваю.

Злость, смешанная с отчаянием и страхом, кипит во мне, сбивая дыхание.

— Приведи себя в порядок и спускайся, — цедит сквозь зубы женщина, кивая на мои шорты в горошек. — Вырядилась, как продажная женщина. Этому вас учат в академии?

Когда дверь за ней захлопывается, я устало провожу рукой по лицу и замечаю, что под подушкой что-то блестит. Подхожу ближе, отодвигаю край подушки и вижу тоненький блокнот с кричащим названием: «Свод правил для моей кармической близняшки».

Рвано вздохнув, впиваюсь пальцами в блокнот.

Приходится напрячь зрение, чтобы прочитать слова, написанные забористым, мелким почерком.

Моя семья меня ненавидит.

Ага. Просто суперское начало.

Возвожу глаза к потолку и считаю до пяти. Успокоившись, вновь возвращаю взгляд к бумаге.

…тебе надо быть с ними осторожнее. Если слишком давят, прикрывайся женихом. Его зовут — Сартар Архенд Дашеро, из императорской ветви Дашеро, племянник императора. Его семья решила взять ему невесту, одарённую древней магией, чтобы разбавить кровь. Мачеха и отец держатся за этот союз, как за спасительную соломинку, думая, что как только я выйду за него замуж, они озолотятся.

К слову, я живу в академии. Магии у тебя нет, и ты долго там не продержишься, но я надеюсь, это тебя не расстроит.

Верю в тебя, кармическая близняшка. Ниже мини советы.

Я резко захлопываю блокнот и зажмуриваюсь.

Хочется биться головой о стену. Хочется кричать. А ещё вернуться домой, найти Лимелию и сжать пальцы на её шее.

Сумасшедшая девица живёт в академии.

Там наверняка есть сильные маги, которые могут отправить меня домой. Осталось только попасть туда.

В районе груди начинает нестерпимо зудеть. Игнорирую адский зуд и запускаю пальцы в волосы, ощущая, как начинает трясти.

Паническая атака.

Чёрт. Как же не вовремя…

Вдох, выдох, Вася. Ну, подумаешь, в другой мир утянули… Ничего страшного. Я и не в такую передрягу попадала. Всякое в жизни было. К тому же сейчас паниковать глупо. Я уже знаю, что в другом мире, и, если я не хочу, чтобы меня прикопали под первым же деревом, нужно притвориться этой паршивкой Лимелией.

Мне стоит диких усилий успокоиться, открыть шкаф, напялить первое попавшееся платье, а затем выйти из комнаты.

Дощечки скрипят под ногами, когда я спускаюсь по узкой лестнице. Снизу слышатся голоса — женские и мужской. В нос ударяет запах жареного мяса, от которого тошнит.

Небольшая гостиная, в центре которой стол. За столом мачеха, две пухлые девушки, похожие на неё как две капли воды, и седой мужчина с тяжёлым взглядом. С моим отцом у них нет ничего общего.

— Лима, — басом протягивает он, медленно оглядывая меня с ног до головы. Его льдистый взгляд цепляется за подол платья, за растрёпанные волосы. — Ты вообще понимаешь, как должна выглядеть девушка из приличной семьи?

Мачеха хмыкает и лениво отодвигает тарелку. Жир блестит на её губах.

— Ей бесполезно что-то объяснять, — говорит она, не глядя на меня.

Мужчина шумно выдыхает и начинает барабанить толстыми пальцами по столу.

— Нам сегодня пришло письмо от родителей твоего жениха, — произносит он сухо. — Пригласили нас на ужин.

Отец Лимелии делает паузу, смотрит на меня исподлобья, и от этого взгляда становится не по себе.

— Мы пойдём без тебя. Ты можешь что-нибудь испортить, а я не могу этого допустить.

— Да, — поддакивает мачеха. — До свадьбы они не должны знать, какая ты на самом деле. Вдруг откажутся от тебя, и что нам тогда делать?

Сводные сёстры начинают хихикать. Стул под одной из них противно скрипит.

Со всей силы кусаю себя за внутреннюю сторону щеки, чтобы не ляпнуть что-то колкое. Какая же у неё мерзкая семейка…

— Попрошу кучера, чтобы отвёз тебя в академию, — «отец» встаёт и отворачивается, давая понять, что разговор окончен. — И ещё, Лима, — добавляет, не оборачиваясь. — В этот дом без предупреждения больше не возвращайся.

С радостью.

— Хорошо, — выдавливаю и, развернувшись, иду к лестнице.

В комнате я закрываю дверь и остаюсь стоять, не двигаясь. Сердце всё ещё колотится.

Меня только что выгнали из дома. Не передать словами свою радость…

Глава 3

Пока меня везли в карете, я высунула голову в окно и жадно разглядывала всё подряд.

Создавалось ощущение, будто я попала в средневековую Англию: мощёные улочки, плотно прижавшиеся друг к другу серые дома, фонари на витиеватых ножках. И, конечно, огромное свинцовое небо, вгоняющее в депрессию.

Отличие было лишь в деталях — по улицам разгуливали гномы и люди с заострёнными ушами. В остальном… земля как земля.

Виды вокруг казались почти привычными. Непривычным было другое — узкое чёрное платье. В нём я чувствовала себя голой и несуразной. Дома я не ношу ни платьев, ни юбок, а здесь женщины ходят исключительно в них. Чтобы не выделяться, пришлось подстроиться под местную моду.

И вывод напрашивался неутешительный: я попала в мир, где женщины вряд ли обладают свободой. Судить о патриархальности по отсутствию штанов, конечно, странно, но ощущение, что с правами здесь всё плохо, не отпускало. Тем более Лимелию собираются выдать замуж, и решают за неё родители. Это тоже о многом говорит.

— Слезайте, барышня. Приехали, — зычно бросил возница, останавливая карету.

Я выбралась наружу и, придерживая подол, направилась к чёрным воротам. За ними, вдалеке, поднимались острые шпили и башенки.

По мере приближения у меня задрожали руки.

Страшно. По-настоящему страшно.

А что, если меня не впустят?

Лимелия писала в блокноте, что владеет четырьмя стихиями. Именно поэтому её и выбрали невестой для дракона. Но я — не она. Во мне ни капли магии. Как мне вообще продержаться в магической академии? Меня же раскусят за пару минут.

В небольшой будке у ворот сидит гном с морщинистым лицом и седой бородкой. Завидев меня, он отрывается от журнала, окидывает удивлённым взглядом и гаркает:

— Ты кто?

Спрятав дрожащие ладони за спину, выпаливаю:

— Я… я Лимелия Хар… — морщусь, вспоминая фамилию.

Харквуд? Хармвуд? Хирвкуд?

Язык можно сломать.

— Лима? — гном подаётся вперёд и начинает принюхиваться. — Но ты не она.

Сердце падает куда-то вниз, а с ним и надежда на спасение.

— Она светлая, а ты… — его крючковатый нос дёргается, — тёмная. От тебя фонит чёрной магией. Ведьма?

Стою, хлопаю глазами, судорожно придумывая, что делать.

Гном-привратник тут же раскусил, что я не Лимелия, тогда как её родные не поняли, что перед ними стоит совершенно чужой человек. Мы ведь даже внешне различаемся: у меня чёрные волосы и синие глаза, а она — кареглазая шатенка. Но нелюбимых дочерей на то и нелюбимые, что их в упор не видят.

— Вы ошибаетесь, — заявляю я, а у самой голос дрожит. — Это я. Просто немного… э-э-э… сменила имидж.

— Чего? — гном по-птичьи моргает.

— Внешность поправила, говорю.

— Ааа, — чешет бородку, — это способ отворота? Думаешь, поможет?

Мы с ним говорим совершенно на разных языках.

— И внешность, и ауру, стало быть, поправила, чтобы тебя… не трогали, да?

— Что? — сипло спрашиваю, окончательно теряя нить разговора.

Но гном решает не отвечать. Сверлит какое-то время недоверчивым взглядом, а потом махает на меня рукой и говорит: