Повелитель гоблинов. Том 4 (СИ) - Flow Ascold

Правило второе: мои помощники — Орочи, Миори, Тали, Камень — тоже отдают приказы от моего имени, и вы их выполняете без разговоров. По прибытии в поселение вы будете на правах новичков, у вас появятся новые командиры.

Правило третье: кто не слушается, тот получает наказание. И это наказание может быть очень разным в зависимости от степени вашей глупости: от лёгкого внушения страха до серьёзных увечий.

Правило четвёртое: кто слушается и служит верно, тот получает еду, возможность стать сильнее, право подраться с достойными противниками и достойное место в племени, где вас будут ценить.

Всё ясно или кому-то нужно ещё раз на личном примере объяснить? — прищурился я.

Тишина. Орки переглядывались между собой, но никто не осмеливался возразить, что было хорошим знаком. Возможно, до них начало доходить, что игры закончились и пора вести себя серьёзно.

— Отлично. Тогда собираем лагерь, проверяем снаряжение, распределяем груз. Выходим через пятнадцать минут. Кто не будет готов, останется здесь один, и пусть духи леса решают его судьбу.

Лагерь немедленно ожил, орки задвигались с новой энергией. Исчезли те расхлябанность и медлительность, которые меня раздражали вчера вечером. Интересно наблюдать, как обычная демонстрация силы и готовности применить насилие меняет поведение этих громил. Видимо, уважение у орков измеряется исключительно в способности надрать задницу любому, кто попытается сказать слово против.

Тали подошла ко мне как всегда бесшумно, словно тень скользнула между другими фигурами, и остановилась рядом. Положила руку на рукоять кинжала, заткнутого за пояс.

— Если кто-то ещё вздумает выступать, могу заняться обучением, чтобы вы больше не утруждали себя и не пачкали экипировку об этот мусор, — предложила она тихо, и в её голосе я уловил странную нотку столь необязательной заботы.

Я посмотрел на неё внимательно, пытаясь понять, что изменилось, но её лицо было непроницаемым. Только в янтарных глазах заметил что-то новенькое, чего я не мог толком разобрать. Преданность? Страх? Решимость? Желание?

— Хорошо, — кивнул я после паузы. — Присматривай за исцелёнными. Если кто-то начнёт выделываться, можешь показать им своё искусство. Только без серьёзных увечий. Нам нужны живые и более-менее здоровые воины, а не калеки.

Она улыбнулась, и эта улыбка была хищной, обнажающей острые клыки. И мне стало слегка не по себе, хоть я и привык уже к особенностям кетра.

Мы шли уже второй час, когда один из исцелённых орков снова решил испытать судьбу, отказываясь нести тюк с инструментами. Он швырнул его на землю, заявив что-то на орочьем достаточно громко, чтобы все вокруг услышали. Ещё и пальцем сперва в мою сторону ткнул, затем в сторону соседнего инвалида, идущего налегке. Орочи, шедший неподалёку, нахмурился и уже открыл рот, чтобы перевести мне очередную жалобу, но Тали оказалась быстрее.

Она тихо подошла к орку, почти незаметно сократив дистанцию, посмотрела ему в глаза, выставив руку в сторону Орочи, чтобы он не сотрясал воздух понапрасну.

Орк посмотрел на неё сверху вниз — два метра двадцать сантиметров мышц и самоуверенности против метра шестидесяти кетра, которая выглядела хрупкой тростинкой рядом с этой горой мяса — и расхохотался, явно считая это какой-то шуткой.

То, что произошло дальше, заняло от силы секунды три, но выглядело настолько эффектно, что даже я, видевший Тали в бою ранее, удивился скорости и точности её движений.

Она шагнула вперёд, схватила орка за запястье, развернула его руку под неестественным углом, одновременно с этим ударила в локтевой сустав, и орк, не успев даже понять, что происходит, завыл от боли и согнулся пополам. Тали тут же подсекла его, повалила мордой в землю и завернула его руку за спину так, что даже мне стало больно смотреть на этот угол.

— Орочи, переведи ему, — произнесла Тали спокойным голосом, держа орка в болевом захвате и явно наслаждаясь происходящим. — Ещё раз ткнёшь пальцем в вождя, и я заберу этот палец себе. А за то, что ты бросил ценные вещи, сегодня жрать больше не будешь. И ещё…

Она отпустила его, подошла к остальным оркам с добычей, сравнила, у кого самая тяжёлая ноша, и поменяла её с тюком ленивого засранца.

На этом очередной зародыш бунта был подавлен… Я бы сам и не справился так эффективно. Тут ведь ещё и контраст в размере этой малышки и здоровяка. А с болевыми точками вообще отдельная история. Не знаю, когда она успела узнать, где они… В общем, под впечатлением остались все. Особенно тюкнутый.

Тали повернулась к остальным исцелённым оркам, которые наблюдали за всей сценой с широко раскрытыми глазами и вытянутыми мордами.

— Кто-то ещё хочет проверить мои навыки? — спросила она громко, Орочи перевёл, и она фыркнула, так и не найдя желающих. — Вот и отлично, — удовлетворённо произнесла Тали, после чего кивнула Орочи.

— Спасибо, что без увечий, — улыбнулся я.

— Я хотела вывихнуть руку, но не смогла сразу, а потом уже и возиться не было желания. Здоровые они… Нужна практика. Ещё бы препарировать какого-нибудь орка, посмотреть на внутреннее строение тела… Но у нас даже это сделать негде. Да и инструментов никаких, — раздражённо произнесла она, явно неудовлетворённая своим выступлением.

Миори с удивлением заметила, что орки оказались не очень-то сообразительными:

— У них мозгов, видимо, как у страуса… Уже второй раз за утро попытались бунтовать, хотя прекрасно видели, что происходит с бунтовщиками. У орков что, тупость — расовая особенность?

— Скорее всего, — дружно хихикнули кетра.

Орочи тоже встрял в разговор, очень элегантно отделяя себя от остальных орков, будто обсуждение его не касалось. В общем-то, я с этим отчасти даже согласен. Они ему точно не ровня. Это раз. Два — он после всего произошедшего скорее уж мегагоблин, а не орк. Прокачался же!

— Это не тупость, это их природа. Расовые особенности, как вы верно заметили, коллега, — произнёс Орочи, поправляя свои очки на носу. — Орки уважают только силу, и каждый новый исцелённый чувствует прилив силы после повышения уровня, ощущает себя непобедимым и хочет проверить границы дозволенного. Они эмоционально нестабильны, так что перепады настроения с последующими вспышками агрессии для них норма. Им нужно постоянно напоминать, кто тут главный, иначе они быстро забывают своё место.

— Я с удовольствием этим займусь, — заявила Тали и посмотрела на меня с той же хищной улыбкой. — Помогу вправить им мозги, пока они не станут частью племени и не поумнеют.

Что-то в её словах, в её тоне и в том, как она посмотрела на меня, снова заставило меня насторожиться. Совсем недавно она была просто наёмницей, выполняющей контракт ради собственной выгоды. Сегодня же она ведёт себя как фанатично преданный последователь, готовый на всё ради своего вождя — именно такое ощущение я испытывал, глядя на неё. Мимика, жесты, движения хвоста и ушей — всё говорило об этом.

Она всё больше и больше напоминает своими повадками Миори… Очень интересно, что за всем этим скрывается.

К обеду мы прошли ещё добрых несколько километров, и я заметил, как меняется окружающая местность: растительность становилась гуще и разнообразнее, земля под ногами темнела, а воздух становился чуть влажнее.

Где-то совсем рядом находится источник воды. Возможно, ручей или небольшое озерцо. Хорошее место для привала и пополнения запасов.

Я остановил отряд у большого валуна и дал команду отдыхать, а сам подозвал Миори и Камня:

— Пойдём, поохотимся. Припасы ещё есть, но свежее мясо и разведка не помешают. Если повезёт, исцелим больше орков к концу путешествия. У нас осталась всего пара еле ноги переставляющих инвалидов.

Миори кивнула и потянулась к луку и колчану. Камень выпрямился, с радостью поднял топор и стал в метре от меня, готовый следовать, куда бы я ни сказал. Хорошая демонстрация уважения и дисциплины для остальных орков. Молодец.