- Болдина! – пророкотал начальник.
- Я не про вас, Сергей Николаевич, – ответила я. – Что вы, что вы!
Агата сощурила глаза, как та самая нечисть, о которой я упоминала.
- Пойдем, Сережа, – она взяла его под руку. –Пусть племянница поработает, может, и спесь сойдет.
Сообщение от Григория Ивановича оповестило меня, что Славик завтра выходит, отсидев свои положенные «сутки».
- Так это он к Хэллоуину! – я потерла руки в предвкушении. – Наконец-то праздничком запахло! А я уж думала, как обычно, буду просто летать, на звезды смотреть. Ну, может, в окна постучу, людей попугаю, или Катьке под дверь квартиры крысу пущу. Нет, не дал мне побыть приличной ведьмой!
С победным «ура!» я крутанулась в кресле, закинув руки вверх и сжав кулаки.
Жизнь налаживается! Буду действовать экспромтом – увижу Клочкова и сразу подходящая ему «бяка» на ум придет! На Хэллоуин надену кожаные брючки и куртку, светящуюся холодным синим цветом. Да, надо еще шляпку подготовить.
С большим усердием я стала вычитывать заключения и вносить кое-какие правки.
Я вышла с работы и поежилась – холодно уже. Вечерний город встретил меня тишиной. Улицы опустели, словно все спешили домой, к ужину и родным. Я, уставшая после рабочего дня, тоже стремилась поскорее оказаться дома.
Едва я переступила порог, как папа поспешил поделиться со мной новостями по телефону. Он же понятия не имел, что я только-только переоделась. Оказалось, что моя верная метла стала жертвой чьей-то злой мести.
- Какой-то мальчишка-подросток привез навоз на тачке и вывалил прямо на нее. Говорит, действовал по чьей-то наводке. Его, кстати, сегодня вместе с родителями допрашивали в инквизиции.
Я, ошарашенная, спросила:
- Но как он в городе нашел навоз?
- Он сказал, что какая-то возрастная тетка заплатила ему и попросила оказать такую услугу, – ответил папа.
В голове тут же всплыл знакомый образ. Пенсионерка. Думаю, в этой поре она пребывает уже не один век.
- Пап, раз уж ты так в курсе моих дел, скажи, что там Оболенцев думает по этому поводу? – спросила я, пытаясь перевести разговор.
- Нас с ним сейчас больше всего занимает ситуация с копией твоей броши. Он ищет того, кто сообщил, что ты продаешь дар, и того, кто продал эту подделку продавцу на «Авито».
- Как же все запутано, – вздохнула я.
- Что поделать, дочь, паутина преступления редко бывает простой. Но именно по ней мы и найдем нашего паука, – папа иногда любил выразиться высокопарно.
Внезапно раздался звонок с неизвестного номера. «Ну вот, опять мошенники, - мелькнула мысль. - Скоро, наверное, отстанут».
Но они оказались настойчивыми, звонки следовали один за другим. Я отключила звук, но через четверть часа стало ясно: покоя не будет, пока я не отвечу.
- Алло, - резко бросила я в трубку.
- Слава Богу, - послышался хриплый голос Никиты. - Давай поговорим. Я понял, что ты на меня какое-то заклятье наложила. Как только приближаюсь к тебе, к дому или работе, неважно где, меня просто с ног валит дикая боль по всему телу. Это жестоко, Уля.
Я молчала. За мою боль – твоя боль, неизвестно, чья сильнее.
- Агата сказала, что ты видела нас в парке. Только мы были не вдвоем, мы шли с ней на встречу к магическому детективу.
Какой неожиданный поворот. И все это – за моей спиной!
ГЛАВА 21. О, сладость гнева, сладость примирений .
Ревность – очень плохой советчик, и, находясь под ее влиянием, я себя не контролирую.
В конце концов, каждый имеет право на ошибку. Никита тем более. Поверю ему. С Агатой мне придется тоже общаться, ведь, это я ее искала. Она должна была внести кошмар в жизнь моего бывшего мужа, но пока только моя напоминает чехарду. Это тоже результат, верно?
- Приходи ко мне сегодня, - произнесла я.
- Приду. Хочешь посмотреть воочию, как меня скручивает от боли, когда я приближаюсь к тебе? Я готов. Больно делают самые дорогие нам люди.
Я наложила заклятье, и Никита его слышал. Он имеет право слышать и то, как я сниму его.
- Ведьма летела над человеком,
дала ему защиту оберегом.
От земли до неба, от воды до хлеба,
От крика до шепота,
Защищаю тебя от слова злого,
Своего ли, чужого.
- Я могу подойти к тебе? Ты сняла свое несправедливое заклятье?
-Я жду тебя, - сказала я просто. -Ты обещал прийти, и я, может быть, поверю, что значу для тебя немного больше, чем Кузькина мать.
- Бегу! - услышала я самое красивое слово за эти дни.
Ураганом я носилась по квартире, раскладывая брошенные шарфы, повешенные на стулья брюки, на пару со мной работал робот-пылесос. А лентяи Яр и Васька играли в карты у окна. Яр лидировал. Васька «продулся» в пух и прах.
- Не мой день,- сказал он, почесав пятку. Сандалии ему надоели, и он вернулся к босым ногам - своему обычному образу.
- Бессовестные мужики! - прикрикнула я. - Ведьма тут спины не они в «дурака» играют.
Ребят моих на мякине не объедешь, они бровью не повели. Правда, домовой, чтобы успокоить меня, сдунул паутину под батареей.
- Михалыч, - обратился он к пауку, - шуруй за шкаф. - Как ее кавалер утром уйдет, вернешься под батарею и новую паутину совьешь.
- Может, он просто чай попить, - строго сказала домовому.
- Да, конечно, - отозвался Яр. - К десяти вечера за этим к ведьмам и ходят.
Никита пришел с тортиком. Я обернулась к Яру и Ваське и покачала коробкой перед их глазами. Мол, намерения его невинны.
Васька вытащил из штанов сторублевую бумажку и передал коту. Все понятно. Они поспорили придет он с «чем-нибудь к чаю» или нет. С ума с ними сойду! Зачем коту сто рублей? Что он купит на них? Не так вопрос ставлю. Зачем, в принципе, коту деньги?
Чай никто из нас не хотел. Васька и Яр деликатно ушли на кухню. Никита остался у меня, и для нас это стало естественным окончанием вечера.
- Зачем вы с Агатой пошли к магическому детективу? - спросила я его, уютно чувствуя под его боком.
- Она убеждена, в этой истории что-то не так. Кстати, Агата считает, что есть во всей истории умелая рука режиссера. Женщины.
- За Клочкова всегда работают женщины, - пожала я плечами. - Сначала мама, потом девушки, потом дура-жена, то есть я, а теперь Катюха и Аня. Большой молодец он по жизни.
- Он никогда мне нравился, - тихо сказал Никита. – Моя ревность к нему будет жить еще долго. Наверное, поэтому я понимаю, почему ты так меня «наказала» за встречу с Агатой.
Потом все разговоры ушли на второй план.
Никита утром отвез меня на работу, а вечером сказал, что приедет за мной. Я была такой счастливой, что даже готова выслушать Кузькину Мать. Завтра пятничный Хэллоуин посмотрим, как она проявит себя в этот день.
Сегодняшний день был до зевоты предсказуем, ничем не отличаясь от предыдущих. Однако, несмотря на всю эту обыденность, меня не покидало странное ощущение – будто кто-то невидимый, нечто потустороннее, притаилось совсем близко. Неужели наша начальница, эта самая Кузькина мать, решила устроить нам подселение? Может, кого-то из тех самых «сущностей», как их называют эти скоморохи из «Битвы провидцев»? В голову лезет всякая чепуха. Но вечер, как оказалось, подтвердил мои тревожные предчувствия.
Агата пришла ко мне после того, как посетила «Сережу» - для меня и коллектива Сергея Николаевича.
- Я знаю, что у вас с Никитой все отлично, и я рада этому, – заявила она, словно невзначай.
- Что он тебе сказал об этом? – возмутилась я, не веря своим ушам.
- Ой, дождешься от него. Кстати, он сказал, что я хотела нанять магического детектива, но тот отказался? А ты уж и приревновать успела! Детектив, противный мужик, позвонил какому-то важному человеку и заявил, что инквизиция справится лучше. Похоже, магические детективы неплохо зарабатывают, раз от такой работы отказываются.
