Реликтомант. Дилогия (СИ) - Риддер Аристарх

Я перебрал всё, что знал.

Ветряк я отмёл первым. Маленький, из жести и подшипника, накрутит ватт двадцать в хороший ветер и будет стоять без дела в штиль.

Нормальный ветряк это мачта, лопасти правильного профиля, редуктор, генератор помощнее и токосъёмник. Всё это требует металла, которого у меня нет, и обработки этого металла, которой у меня тем более нет.

Про солнечные панели даже думать смешно. Кремний, чистые комнаты, легирование. Это не выковать в кузне и не собрать на верстаке, будь ты хоть трижды реликтомант. Ну или, по крайней мере, не на моём уровне.

Водяная турбина в ручей звучит проще всего, и именно поэтому обманывает. Я примерно представляю, как она устроена, но представлять и сделать это разные вещи. Знать устройство двигателя внутреннего сгорания и собрать двигатель в гараже из ничего это две задачи, между которыми лежит целый завод.

Оставался паровик. Котёл, давление, трубы, уплотнения, предохранительный клапан. Всё то же самое, только ещё и взрывается, если ошибиться.

И был последний вариант, самый простой.

В углу гаража у меня стоит бензиновый генератор. Хороший, двухкиловаттный, купленный после того памятного урагана, когда посёлок сидел без света четверо суток. И бензин у меня есть. Три канистры по двадцать литров плюс бак.

Шестьдесят с лишним литров.

Больше их взять негде. Ближайшая колонка осталась в другом мире.

Этот бензин у меня неприкосновенный запас, и трогать я его не буду ни для кроватей, ни для крыши, ни для чего, кроме того случая, когда от него будет зависеть чья-то жизнь. Заведи я генератор сегодня, и через неделю приятного электричества у меня останется пустая железка и ни капли на тот самый день, ради которого всё это и хранится.

Я закрыл книгу, встал с порога и постоял, глядя, как в амбаре гаснет лампочка, потому что Дитрих слез с седла.

— Начальник, — осторожно сказал гараж, когда я поднялся к себе на пригорок. — Я тут прикинул на досуге. Ты этими педалями и через год всё, что задумал, не накрутишь.

— Знаю.

— И чего делать будешь?

Я честно подумал, перебрал все варианты ещё раз и ничего нового не нашёл. Но, кто ищет, тот всегда найдёт. Так что я уверенно ответил:

— Разберёмся! Есть задача, значит будет и решение!

Глава 11

Тринадцатую кровать я докрутил ближе к ночи, и вышла она самая обыкновенная, без всяких системных подарков, но главное свою функцию выполняла.

Дальше начался переезд.

Оскар шагал впереди с доской и угольком и распределял, кому где спать. Делал он это с таким лицом, будто расселял не тринадцать изгнанников по четырём избам, а посольство в столичной гостинице.

— Господам дальняя горница, — объявлял он. — Женской прислуге средний дом. Мужской ближний, что у амбара.

— А почему у амбара? — осторожно уточнил лакей.

— Потому что там дует, — ответил управляющий, не поднимая головы. — А вы молоды.

На том обсуждение и закончилось.

Себе кровать я не делал.

И дело тут вовсе не в скромности, просто переезжать в деревню я не собирался в принципе.

Мой Гараж стоит на пригорке, и это единственное место, откуда разом видно и деревню, и подходы, и всю низину до самого леса. Оставлять такую точку пустой на ночь глупо, а кто-то там всё равно должен спать, чтобы поднять тревогу, если полезут.

Так что мой диван на втором этаже оставался за мной, и я об этом ничуть не жалел.

Второй холм, тот, что напротив, беспокоил меня больше. Оттуда открывалась вся дорога от леса, и стоял он пока голый, как коленка. Для начала я собирался перенести туда армейскую палатку, чтобы дозорному было где укрыться от ветра и дождя.

А потом поставить башню. Настоящую, с площадкой, лестницей и крышей.

Я даже прикинул на ходу, сколько на неё уйдёт бруса, и получалось, что весь разобранный дом уйдёт целиком, и ещё придётся лезть в лес за нормальной древесиной.

Но лес у нас пока проходил по разряду мест, куда без крайней нужды не ходят.

Последнюю кровать мы занесли в средний дом, поставили под окном без стекла, и прачка тут же кинула на неё свёрнутый тюфяк, чтобы застолбить.

И вот тут передо мной вспыхнула страница.

'Поселение обжито. Жителей: 13 из 10.

Уровень поселения: 1.

Деревня признана живой и включена во владения лорда Никифора.

(Поздравляем. Теперь у вас есть подданные. А у подданных есть вы.)'

Я перелистнул на закладку с деревней и первым делом полез смотреть, что мне за всё это дают.

'Бонусы поселения, уровень 1.

Плодородие. Небольшая прибавка к урожаю на полях и огородах в границах деревни, а также к росту и приплоду птицы и скота.

Дозор. Угроза, подошедшая к границам поселения, замечается раньше.

Лидерство: +1.'

Негусто, но по делу.

Прибавка к урожаю прямо сейчас нам не даёт ровным счётом ничего, потому что урожая нет, а огороды заросли бурьяном в человеческий рост.

Но скоро мы это исправим. Погода на улице тёплая, а значит, если это не последние тёплые осенние деньки, то мы ещё можем успеть что-то вырастить.

Надо уточнить у местных, какое сейчас время года, а то как-то не до этого было. Погода, конечно. тёплая, это и так видно. Но это может быть как ранняя осень, так и поздняя весна, и любой период лета.

Ну и найти семена. Не знаю, что насчёт местных, но можно попробовать вырастить и те, что высаживают в моём мире.

Благо, этого добра у меня в Гараже достаточно.

А вот дозор порадовал сразу. Бонус хоть и не большой, но лишним не будет. А главное, он работает уже сейчас и без всяких дополнительных условий.

Ниже система выкатила требования к следующему уровню.

'Уровень 2.

Требуется: жителей 20; действующих производственных зданий 2.

(Кузница, мельница, лесопилка, гончарня и прочее на ваше усмотрение. Страусятник производственным зданием не считается, как бы вам этого ни хотелось.)'

Двадцать человек.

Я закрыл книгу и постоял немного посреди двора, глядя, как Глафира гоняет прачку за водой.

Со зданиями всё понятно.

Кузница это горн, меха, наковальня и уголь, и на всё это у меня есть руки, некоторое количество железа и класс, который для того и придуман. Лесопилка тем более, дай мне вал, раму и что-нибудь крутящее, и я вам напилю доску.

А людей из доски не выстругаешь. Их можно только позвать, а звать пока некого. А значит спешить ко второму уровню поселения тоже бессмысленно. Надо просто развиваться наиболее разумным способом до тех пор, пока к нам не захотят присоединиться ещё шесть или семь человек.

Я пока не знал, посчитает ли система за жителя меня самого, если я решу поставить кровать и для себя тоже.

Ужинали в тот вечер во дворе у Глафириного дома, точнее дома женской половины слуг, потому что печь там сохранилась лучше всех, и кухарка этим пользовалась во благо всех.

Каша была на сухом молоке, с изюмом из моих запасов, и получилась довольно вкусной. Так что все ели с большим удовольствием и обсуждали сегодняшние дела и планы.

Дозор поделили на три смены. Первую взял Миша, вторую конюх, а под утро, как повелось, заступал Дитрих

Булыч тоже ушёл дежурить сам, коротко тявкнув перед этим, будто спрашивая у меня разрешения. Конечно, я разрешил, и это снова отразилось в виде задания в системной книге.

Ночь прошла спокойно, и я успел выспаться.

А разбудил меня звук, которого в природе быть не должно. Как если бы кто-то одновременно наступил на кошку, продул ржавую трубу и уронил жестяное ведро с лестницы.

Я сел на диване и прислушался. Звук повторился, потом раздвоился, потом их стало четыре.

И, как потом стало ясно, всё дело было в страусах. Они проснулись.

Надо сказать, накануне они вели себя пристойно. Кухарка нашла в амбаре ларь с зерном, ссыпала им половину, те немедленно объелись и попадали замертво прямо во дворе, чем перепугали Соню чуть ли не до слёз. Всю ночь они спали.