— Шэридан, ты опять шалишь? — раздался томный, но сильный женский голос.
Сначала даже показалось, что заговорила сама ночь — пряная, сочно-теплая, роскошная и знающая себе цену. Но потом из темноты вышла женщина в черном облегающем платье. Темные локоны, приподнятые с висков, струились по плечам и сияли, будто феи посыпали их волшебной пыльцой. Сияние досталось и глазам дамы, глубоким, неясно тревожащим, и похоже, тоже черным. И в самом деле, леди Ночь!
— Госпожа де ля Сентон, — демон снова отвесил поклон — какой воспитанный рогатый нам попался, однако же.
Кстати, имя знакомое. Кажется, тетя Фэйт использовала какую-то Ламиссу с такой же фамилией, чтобы обернуть ревность Луизы во благо — заставить ее прекратить воротить нос от прекрасных платьев и выбрать себе наряд. Может, в тот раз имелась в виду дочь этой роскошной женщины? Совпадение, мир тесен или здесь что-то иное кроется?
Мое любопытство забило хвостиком. Женскую интуицию ведь романтическими сладко-чувственными переживаниями не усыпить. Она все время на посту, бдит, как старая охотничья собака, в любой момент готовая сделать стойку. Как сейчас.
Ладно, запомним. Отложим в тайничок до лучших времен.
Кое-кого тоже одолевала любознательность. Госпожа де ля Сентон подошла ко мне, вгляделась в мое лицо и чувственно выдохнула:
— Давно хотела с вами познакомиться, прекрасное дитя, — леди Ночь с интересом рассматривала меня. — Такая необычная девушка, — пробормотала она.
— Почему? — спросила я, хмурясь.
— Неведение так сладко, — она усмехнулась. — Придет пора и вы все узнаете, милая. Да и вообще, истинная лорда Тэррары — это более, чем необычно! А теперь идем, Шэридан, не будем мешать этим голубкам, — женщина ухватила демона под локоток и увлекла к дорожке.
— Отличная мысль, — процедил сквозь зубы мой дракон.
— Кто они? — спросила его, почувствовав, как сильная рука обвивает талию.
— Какое это имеет значение? — выдохнул хрипло. — Мы здесь не для того, чтобы обсуждать их, — потянулся к моим губам.
— Точно, — усмехнувшись, посмотрела на луны, похожие на серебристые новогодние шары.
Они нависали так низко над нами, что казалось, до них можно дотронуться рукой, если привстать на цыпочки и как следует потянуться. Еще немного и сольются воедино — огромные, величественные, недоступные, владеющие небом безраздельно. Луны были до нас и будут после, как великаны, плывущие в вечности.
Это завороживало. Искорки звезд кружились вокруг гирляндами, озорно подмигивая. Я беспечно улыбнулась, а потом вздрогнула от сдавленного рыка. Сэйндар прижал к себе, смял губы страстным поцелуем и увлек в полет ввысь, вновь закружив «в танце».
Ни о чем не думая, мигом позабыв о том злосчастном разговоре моего жениха с Кирком, я прильнула к разгоряченному мужчине. Так хорошо в его объятиях! Не хочется ни о чем думать…
Я и не думала. Позволив себе наслаждаться вечером, танцевала, кушала восхитительные деликатесы, половину названий даже не зная, и не обращала внимания, что меня разглядывают, как диковинную зверушку. Пусть. Людское любопытство не уймешь. А коли так, то и переживать нечего.
Когда моего дракона отвлекли, вышла на огромный балкон, с которого открывался вид на беспечно переливающийся сад, и увидела тетю Фэйт. Она сжимала в руке бокал и с грустью смотрела на луны.
— Не помешаю? — осведомилась, встав рядом с ней.
— Что ты, нет, — улыбнулась мне печально. — Когда-то давно мы стояли тут с мужем. Тоже был день Единения лун. А потом демоны начали войну, он ушел защищать своих и… — сглотнула комок слез. — И погиб. Мой истинный, единственный, любимый.
В голосе было столько боли, что я ее всем сердцем прочувствовала.
— Мне так жаль, — прошептала в ответ.
Глава 36
Счастье в дом
Что тут скажешь. Никакие слова не излечат не заживающую рану в ее сердце.
— И… Очень хотела сказать, — решилась, — спасибо вам за все. За то, как приняли меня. За доброту и понимание. За то, что пустили моих родных в свой дом. И за то, что вы вырастили Сэйндара, Льюиса и Луизу.
— Они спасли меня, эти малыши, — тетя Фэйт посмотрела в мое лицо. — Дали причину жить и вытащили из бездны боли. После смерти супруга я искала лишь смерти. А потом увидела три пары глазенок перепуганных малышей, потерявших родителей, и устыдилась. Поняла, что не только моя беда имеет значение. Так мы и помогли друг другу.
— Они вас очень сильно любят.
— Как и я их, — женщина кивнула. — Но если позволишь, дам тебе совет — никого не слушай, Эффи, береги настоящую любовь, как зеницу ока. Истинность — это твоя душа.
Я промолчала.
— Проклятые демоны, — тетя Фэйт проводила взглядом вразвалочку идущего по саду моего недавнего знакомца, Шеридана. — Ходят, как у себя дома после всего, что натворили. Никого не ненавижу так, как их!
— Сэйндар тоже их не выносит, — я вспомнила, как он сжал кулаки, когда демон подошел к нам.
— Верно. Борьба с ними сильно его изменила. Особенно после того злополучного предательства, на память о котором он носит кулон на шее.
— Тот, что половинка? — едва не вскрикнув, уточнила я.
Никак не ожидала, что самая важная для меня тема всплывет столь неожиданно!
— Да, он самый.
— А что за предательство?
— Это долгая история и пусть лучше Сэйн сам тебе рассказывает, я не вправе, — женщина покачала головой.
В этом чешуйчатом семействе все такие информативные, страх и ужас просто!
— Но кто его предал? — все же спросила ее.
— Друг, — нехотя ответила она. — После этого мой мальчик разочаровался в людях и закрылся от всех. Из веселого подростка превратился в застегнутого на все пуговицы мужчину. Больше никого не подпускал к себе с тех пор.
— Да, он такой, — пробормотала, кивнув.
— Но встреча с тобой его сильно изменила, — ее глаза изнутри осветились теплой улыбкой. — Береги его, Эффи, прошу тебя. Не разбивай ему сердце.
Я промолчала. Мое сердце уже дало трещину. Может, все-таки стоит спросить у Сэйндара, каковы его истинные намерения в отношении меня. Нет сил уже больше метаться между влюбленностью в него и обидой.
Да, так и надо сделать.
Приняв решение, я повеселела и с чистой совестью отправилась развлекаться, еще даже не представляя, как изменится моя жизнь совсем скоро.
Вечер удался. Мы вернулись домой. Уставшие и сонные, вошли в холл. Что-то захрустело под ногами. Тетя Фэйт подхватила канделябр со свечами, чтобы получше осветить пол, да так и застыла с ним в руках. Ее взгляд быстро перебегал по кучкам веселеньких разномастных осколков, которые когда-то были посудой, а теперь покрывали весь пол.
— Это же… — она ахнула, наклонившись и подобрав половинку тарелки с обрезанной по талию картинкой улыбающейся девушки. — Сервиз, что нам с мужем подарили на свадьбу!
— Сюрприз! — тройняшки с криком выскочили из-под лестницы.
Мне оставалось только радоваться тому, что это не наши разбойницы. А вот Льюис помрачнел.
— Вы что натворили? — обрушился он на мальчишек, явно чрезвычайно довольных очередной проказой.
— Счастье в дом принесли, — с важным видом заявил один из них. — Много!
— Что? — тетя Фэйт растерянно посмотрела на него.
— Ну ты же сама говорила, что тарелка разбилась к счастью, — драконенок надулся, огорченный недовольством взрослых. — Мы так старались! Всю посуду расколошматили! Знаете, сколько времени на это ушло? Но мы старательные!
— Всю? — переспросила женщина со вздохом.
— Да! — хором подтвердили разбойники.
— Определенно старательные. Куда только слуги смотрели?
— Принесли счастье в дом, — Сэйндар подавился смешком и взял меня за руку. — Дорогое оно получилось, счастье. Теперь все заново закупать.
— Спать, живо! — рыкнул на своих сорванцов папа Льюис.
— Мы хотели как лучше, — пробурчали мальчишки.
— Эгегей, разойдись! — с лестницы что-то с грохотом понеслось вниз.
