Библиотекарь для Кощея (СИ) - Азим Сева

– Магия, которая циркулирует в тебе – частично моя. Иначе бы она не раскрылась. Ты же не думала, что я вот так просто отпущу тебя?

– Я думала, у царя дел невпроворот! Не до того, чтобы выслеживать всяких пленниц, – съязвила я, поднимая с тарелки кусок сочной и ароматной пиццы.

Нет, я, конечно, рада, что он меня нашёл. Сто раз прокручивала в голове варианты этой встречи – от драматического до слезливого, с музыкой, пафосом и финальными объятиями. Каждый раз гнала эти мысли, как надоедливых мух, и всё равно возвращалась к новой версии сценария.

Фраза про «магический след»… Звучала она как «я тебя пометил» – романтика уровня кота на даче. То есть метку наложить он, значит, успел. Интересно, когда именно? А вот поговорить по-человечески, когда выяснилось, что я не царских кровей – увы, на это у великого и ужасного времени не нашлось!

– Обиделась, – констатировал Кощей, пристально глядя на меня своими тёмно-карими, почти чёрными глазами. – Я должен был лично тебя предупредить, что отправляюсь к своим князьям. Или даже должен был взять тебя с собой. Признаю, был не прав – больше подобной ошибки не совершу.

– Ну и зачем ты здесь? Ищешь своего аналога, чтобы вытянуть из него магию, как Марья Моревна?

– Зачем? Мне и своей магии вполне хватает, – он пожал плечами так равнодушно, что я почти поверила. – К тому же мой здешний аналог живёт в другой стране, имеет большую семью и руководит неплохим бизнесом. Не хочу рушить его жизнь.

– Рада, что тебя это волнует. В отличие от моего сказочного аналога.

– Моревна? Да она, прости уж за прямоту, не хочу обижать твоего аналога, но, скажем так... несмотря на обилие знаний, умом не блещет, – мужчина раздражённо махнул рукой.

– Ваш пирог, – произнёс сияющий официант, поднося тарелку.

Кажется, повар сделал первое, что пришло в голову: просто выложил толстый слой тёртого с сахаром фейхоа на бисквит и посыпал крошкой. Ну да, фейхоа продаётся поздней осенью – сейчас точно не сезон, но у кого в холодильнике не лежит баночка с тёртым зелёным вареньем? Это в России полно всяких ягод, а у нас в Баку выбор ягод небольшой, поэтому у каждой хозяйке в холодильнике лежат баночки с перетертой с сахаром смородиной, малиной и фейхоа - витаминные запасы на зиму.

– Это и есть фейхоа? – Яродар, взяв вилку, соскрёб верхний слой варенья. – Приятный вкус, и вправду ни на что не похож. Я представлял его больше похожим на ягодный, когда все эти годы вспоминал наш первый совместный завтрак.

– Годы?

– С того момента, как ты переместилась, прошло больше десяти лет, – спокойно сказал Кощей, нарочито неторопливо съедая пирог и не сводя с меня взгляда.

– Десять лет? Но для меня прошло всего около двух недель... – пробормотала я, поёживаясь под прицелом этих тёмных глаз.

Передо мной сидел хищник, десять лет выслеживавший добычу. Все инстинкты вдруг завопили: пора бежать!

33. Едва не совершила преступление

– Что случилось? – он внезапно замер с вилкой в руке, потом оглянулся на своё отражение в окне. – Ты сейчас смотришь на меня с каким-то страхом. Я тебя пугаю?

– Нет, – солгала я, проследив за его взглядом и мгновенно успокоившись.

Это же Кощей! Всю жизнь он ловил на себе такие испуганные взгляды – он мгновенно считывал их. Даже то, что в этом мире он выглядит как обычный, даже вполне симпатичный мужчина, не могло избавить от многовекового груза комплексов.

– Я боюсь не тебя, – тихо произнесла я, глядя на его безвольно лежащую на столе руку, всё ещё сжимающую забытый кусочек пирога.

Варенье расползалось салатовым пятном по белоснежной скатерти, внося диссонанс в праздничную, почти торжественную сервировку. Кощей молчал, давая мне возможность высказаться, словно ожидая вердикта.

– Понимаешь, всю жизнь мне встречались два типа мужчин: сильные, уверенные в себе альфа-самцы, от которых хотелось бежать, сверкая пятками, и мягкие, уступчивые плюшевые мишки, которых хочется спрятать в дальний шкаф, – произнесла я почти шёпотом и замолчала, не зная, как продолжить.

– Я из тех, от кого хочется убежать, сверкая пятками? – так же тихо спросил Кощей. – Ты никогда не выглядела испуганной.

– Я и не боялась. К тому же, оказавшись в том мире, я с первого дня видела тебя настоящим, без заклятья. А потом во снах видела эпизоды твоей жизни. Прости, я не хотела подглядывать.

– Ты была открыта информационному полю чужого мира – это естественно, – боковым зрением я заметила, как мужчина кивнул. – Как правитель, я был довольно жесток, особенно к своим сородичам, так легко предавшим. Зрелища моих расправ над ними и впрямь могли напугать, – подавленно промолвил Кощей.

– Этого я не видела, – поспешила перебить, пока он не надумал себе лишнего. – Видела твоего отца, его молодую жену, настраивающую его против тебя, твоё путешествие с тем купцом... и то, как ты изменился. Я увидела, каким видит тебя тот мир. Мрачноватый образ, конечно, но ничего сверх страшного. В здешних ужастиках образы гораздо страшнее, ты ещё убедишься.

– Подожди, – произнёс Яродар, покрывая мою руку своей. – Ты сейчас пытаешься сказать, что тебя пугаю не я – как Кощей, а отношения со мной – как с потенциально сильным мужчиной?

– А между нами есть отношения?

Вопрос, должно быть прозвучал странно, даже глупо, но ведь разговора о статусе наших отношений между нами никогда не было!

– Я думаю о тебе каждое мгновенье! Просыпаюсь и засыпаю с мыслями о тебе! Я чуть не разнёс свой замок по камушкам, когда, вернувшись, не застал тебя там! Проклинал себя, что не взял тебя с собой! Конечно, между нами есть отношения! – он говорил хоть и тихо, но с каким-то надрывом, всё так же держа мою руку в своей, а потом тихо добавил: – Марьям... любимая... посмотри на меня.

Я наконец подняла глаза – и замерла от глубины отчаяния в его взгляде.

– Я тоже сейчас боюсь, – прошептал он. – Я всю свою долгую жизнь был один. Никогда не любил и никем не был любим. Панически боюсь тебя разочаровать... боюсь все испортить... боюсь увидеть в твоих глазах страх или отчуждение.

– Не представляю, как мужчина вроде тебя может испытывать страх, – улыбнулась я.

– Ну, не знаю, к какой категории мужчин я отношусь, – ответил он с мальчишеской улыбкой. – Хотелось бы быть для тебя особенным, единственным в своём роде. Но мне действительно страшно. Помоги мне!

– В чём именно?

– Помоги построить с тобой отношения, за которые мне не будет стыдно перед нашими детьми, – проникновенно произнёс он, поднося мою руку к губам.

Это было так красиво, так трогательно, так неправдоподобно романтично... Совсем не вязалось с образом того Кощея, которого я знала!

– Откуда вычитал? – резко спросила я, стряхнув наваждение.

– Что – «откуда вычитал»? – Кощей изобразил искреннее недоумение.

– Слушай, Яр, то, что ты говоришь... то, как ты говоришь... Это ведь не твои слова! Не верю, что Кощей может быть таким сладкоречивым! Кто тебе подсказал?

– Марья Моревна, – признался мужчина, явно ожидая моей реакции.

– Ты ходил за советом к Марье?! – я закашлялась, поперхнувшись воздухом. – Ты же сам говорил, что она умом не блещет!

– А что мне было делать? – всплеснул руками Кощей. – Я не знаю, как строить отношения, что говорить, чтобы не испортить всё ещё сильнее! Она как женщина, более-менее знакомая с тобой, дала мне несколько советов.

– Откуда она вообще может меня знать?! – повысила голос я.

– Вы слились сознаниями в момент твоего перехода, так что кое-что о тебе она знает, – сказал Кощей с торжествующей улыбкой.

– Что именно она рассказала? – почти зашипела я. – И чему ты так радуешься?!

– Ты на меня шипишь! Я снова тебя бешу! – радостно заявил он, сияя, как ребёнок.

– И тебя это радует? – протянула я с сомнением, не зная, смеяться или бить его вилкой, весело сверкающей четырьмя зубчиками, отражающими оранжевый свет лампады.