Раздвигая границы (СИ) - Серебряков Дмитрий "Дмитрий Черкасов"

Улыбка мгновенно исчезла с лица Софии. Она подалась вперед, её взгляд стал жестким, оценивающим.

— Следи за языком. Ты говоришь со старшим офицером инквизиции. Мы щит города. Мы каждый день убиваем тварей, чтобы этот город мог спать спокойно.

Дух снисходительно хмыкнул.

— Вы никого не сдерживаете, девочка. Вы просто оттягиваете неизбежное. И демонам это прекрасно известно.

Он покрутил бокал в руке.

— Думаешь, почему они до сих пор не снесли ваш хваленый Гадар? Да потому что вы им нужны живыми. Вы проиграли эту войну века назад. Люди для них просто ресурс. Мясная ферма. Гадар — это гигантский инкубатор, где скот сам себя содержит, сам себя охраняет и стабильно плодится. А те, кому не повезло оказаться за пределами ваших щитов, во внешнем мире… — Дух хищно оскалился, — там, скорее всего, уже давно работают настоящие фермы. Женщины-инкубаторы, бесконечно рожающие свежую кровь для низших легионов. Вы не воюете, лейтенант. Вы просто ждете своей очереди на убой.

София побледнела. Её пальцы с такой силой сжали край стола, что побелели костяшки.

— Это ложь, — процедила она сквозь зубы. — Мы восстанавливаем силы. Инквизиция с каждым годом становится всё сильнее. Мы вернем наши земли.

— Инквизиция? — Дух издевательски рассмеялся, запрокидывая голову. — Сильнее? О! Давай поговорим о вашей хваленой силе.

Он неуловимым движением придвинул к себе бутылку, и София не заметила, как над горлышком на долю секунды сгустилась темная концентрированная энергия, растворяясь в алкоголе.

— Ты рассуждаешь о том, чего не понимаешь, — София скрестила руки на груди, проигнорировав выпад Духа. В её голосе зазвенел металл. — Инквизиция, это не кучка испуганных крестьян. У нас единая структура. Мы контролируем сектора, наши офицеры проходят жесточайший отбор, а артефакторы создают оружие, способное разрывать демонов на куски. Мы — армия. И мы держим порядок.

Дух лишь снисходительно хмыкнул. Он ловко разлил пахнущую полынью и жженым сахаром крепкую настойку по трем бокалам.

— Порядок? Это когда вы заставляете детей зубрить, какой вилочкой ковырять салат, чтобы казаться цивилизованными? Или когда записываете одарённых в ученики инквизиции чуть ли не с рождения, как того же бедного Акиро? А может твой порядок выражается в постоянной нехватке личного состава? — он придвинул один бокал Софии, а второй небрежно толкнул в сторону замершего Клима. — Очаровательная армия. Давай, ледяная леди, выпей за свой непобедимый порядок. И ты, нянька, не отставай. За счет заведения. Вернее, за мой.

Клим, который до этого старался слиться с обивкой дивана, затравленно посмотрел на начальницу. София раздраженно кивнула. Спорить с этим наглым самоуверенным ублюдком из-за бокала алкоголя она не собиралась. К тому же, ей действительно нужно было промочить горло после его мерзких речей.

Они выпили одновременно.

Настойка скользнула в горло обжигающим огнем. Но это был не просто спирт. Вместе с жидкостью по венам ударила густая концентрированная духовная сила, щедро и незаметно подмешанная язвительным сожителем Акиро.

Глаза Клима мгновенно округлились и остекленели. Парень издал сдавленный писк, попытался что-то сказать, но его организм решил иначе. Он обмяк, как тряпичная кукла, и с глухим стуком рухнул лицом прямо на полированную столешницу, чудом не разбив бокалы. Из его приоткрытого рта вырвался тихий ритмичный храп.

София вздрогнула, инстинктивно потянувшись к поясу, где обычно висело оружие, но её рука вдруг показалась ей непривычно тяжелой. Внутри всё горело, а собственный духовный контур зазвенел, как перетянутая струна. Голова стала предательски легкой.

Дух откинулся на спинку кресла и с широкой довольной лыбой уставился на спящего инквизитора.

— Боги, какое разочарование, — он театрально вздохнул, подперев подбородок кулаком, и разочарованно поцокал языком. — Инквизиция уже не та. Совсем измельчали солдатики.

— Что ты… что ты с ним сделал? — София попыталась придать голосу привычный командный тон, но с ужасом поняла, что у неё слегка заплетается язык.

— Я? Напоил отличной настойкой, — невинно пожал плечами Дух. — Просто добавил туда капельку своей сути, чтобы вкус был побогаче. Кто ж знал, что ваш хваленый офицерский состав от одной капли в осадок выпадает? Как вы с нечистью воевать собрались, если даже выпивку не держите?

Он снова потянулся к бутылке, щедро наполняя свой и её бокалы.

— Это… возмутительно, — София моргнула, пытаясь сфокусировать зрение на наглой физиономии парня, но картинка перед глазами начала плыть. Алкоголь, усиленный чужой энергией, стремительно брал её под контроль.

— Это весело, — поправил её Дух, поднимая бокал. — Пей, лейтенант. Уверен, ты-то окажешься покрепче этого сопляка. Или тоже мордой в стол упадешь?

— Не дождешься! — залпом опрокинув бокал, уверенно заявила она.

Спустя еще полчаса пузатая бутыль из темного стекла опустела наполовину.

София сидела, тяжело опираясь локтем о стол и подперев щеку ладонью. Идеальная осанка лейтенанта Инквизиции куда-то испарилась, а строгий форменный китель был небрежно расстегнут на пару пуговиц. Её взгляд, обычно пронзительный и холодный, сейчас откровенно плыл, с трудом фокусируясь на собеседнике.

Алкоголь, щедро сдобренный концентрированной силой Духа, бил по мозгам с грацией кузнечного молота.

Сам Дух тоже чувствовал, как реальность вокруг начала приятно покачиваться. Его хваленая выносливость давала сбои, но в отличие от Софии, он еще сохранял относительную ясность рассудка и дьявольски хорошее настроение.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — София икнула, качнула бокалом, едва не расплескав настойку, и ткнула в сторону Духа непослушным указательным пальцем. — Ты слишком много о себе возомнил. Сидишь тут… в чужом теле… умничаешь. А на деле ты просто… просто наглый паразит.

Дух довольно оскалился, откинувшись на спинку кресла. Его совершенно не задевали её пьяные выпады. Наоборот, наблюдать за тем, как рушился ледяной фасад самоуверенной девчонки, было невероятно весело.

— Паразит, который спас твою жизнь, ледяная леди, — парировал он, лениво крутя рюмку в пальцах. — И который прямо сейчас перепивает старшего офицера Гадара. Признай, ты уже сдаешься. Еще рюмка, и ты составишь компанию нашему спящему другу.

Он кивнул на Клима, который продолжал пускать слюни на полированный стол, тихо посапывая.

— Я? Сдамся? Тебе⁈ — София возмущенно фыркнула, хотя её язык заметно заплетался. — Да я таких, как ты… мелких… на завтрак ем. Ты думаешь, раз захватил тело этого мальчишки, то стал самым крутым в баре? Не смеши мои ботинки.

Она решительно, хотя и немного криво, потянулась к бутылке и плеснула себе еще настойки.

— Ты даже пить не умеешь нормально, — продолжила она, насмешливо щурясь. — Сидишь тут… строишь из себя соблазнителя. А телу сколько? Шестнадцать? Семнадцать? Сопляк сопляком.

Дух притворно вздохнул, изображая оскорбленное достоинство, но в его глазах заплясали хитрые предвкушающие искры.

— Раз ты такая смелая, лейтенант, давай заключим пари.

София недоверчиво прищурилась, пытаясь сфокусировать на Духе мутный взгляд.

— Какое еще пари?

— Простое. Кто кого перепьет, — Дух наклонился вперед, уперев локти в стол. Его голос звучал вкрадчиво и чертовски убедительно. — Если ты упадешь первой — исполняешь одно мое желание. Любое. Если я свалюсь под стол — так и быть, выполню твое желание или приказ.

София пьяно хмыкнула. Её мозг, затуманенный алкоголем и чужой силой, не уловил подвоха. Азарт, подстегнутый выпивкой, взял верх над офицерской осторожностью.

— Желание? — она усмехнулась, откидывая назад растрепавшиеся волосы. — Губа не дура. Знаю я вас, наглых ублюдков. Ты мне, конечно, нравишься… ну, твоя наглость. Но сразу говорю: никаких постельных утех.

Она погрозила ему пальцем.

— Я с малолетками не сплю. Так что даже не надейся затащить это юное тело в мою кровать. Никакого секса с Акиро, понял?