Академия Деркон (СИ) - Максименко Анастасия

— Полагаю, у тебя имелись прецеденты, чтобы так думать, — спокойно ответила, снимая чары и поднимая крышку с тарелки, выбирая из множества небольших тарелочек два тоста с сыром.

Мужчина, чуть поморщившись, молча повторил за мной, выбирая для себя то же, что и я, непроизвольно вынуждая улыбнуться.

Некоторое время трапезничали мы в молчании. Я предположила, что демон ввиду своей специфики работы выстраивал каверзные вопросы, я же, напротив, раздумывала, что именно ему отвечать и как по итогу закончится наша беседа. Ведь врать и умалчивать я, мало того, что не могла, но и не хотела. Ко всему прочему, о том, что супруг неби Росс у меня не один, он, как и другие мои мужчины, знать обязан.

Сжав в руке чашку с кофе, посмотрела в окно.

Существенное отличие брачных связей на моей родине и здесь, на Ардертарте, что дома мне не нужно было что-либо объяснять, не нужно было страшиться за реакцию супругов на то, что они не единственные для меня.

Раньше я об этом, несомненно, важном моменте не задумывалась, поскольку была уверена: все подходящие «мэй весейн» — избранные Смертью женихи — в Дакмариан. Чего ожидать от таких разных мужчин, не имела понятия и, разумеется, опасалась их реакции. Но исправить ничего нельзя. Отпустить? Имеется способ. Но непростой и нежелательный, потому как обретя, терять не хотела. Именно по этой причине собиралась сделать так, чтобы мужчины как можно дольше не знали о нашей связи. Полагала, что за время учебы в академии потихоньку буду сближаться с каждым из них, позволять привыкнуть ко мне.

Шаг за шагом.

Все же семь лет бок о бок — немалый срок.

Взглянула на отрешенно попивающего кофе Греймхольда.

Что же до него, то он в академии минимум на семестр. Полгода. И с ним попроще. Он не мой адепт. Он — мастер. С адептами связи официально не запрещены, но не желательны. С мастерами и магистрами иметь отношения тем более не возбраняется, но в рамках приличий, разумеется.

Вскинув от кружки глаза, демон посмотрел в мои.

— Знаешь, у меня в сознании кружат тысячи мыслей, но, признаться, впервые в моей жизни я не знаю, с какой из них начать. С чего вообще начать допрос… Прости, разговор. И это несколько странно ввиду того, чем я занимаюсь в жизни.

Понимающе усмехнулась. Демон позволил себе ответную легкую улыбку, на контрасте холодным тоном спрашивая:

— Так что именно вчера случилось, Хейдан? Что мы сделали? Что ты сделала со мной? И по какой причине вот здесь, — он дотронулся до руки, обрисовывая от запястья до локтя, — образовался странный браслет. Кто ты, Хейдан?

Помолчав, спокойно поставила чашку на стол и откинулась на спинку кресла.

— Позволь представиться пред тобой официально, Греймхольд. Мое имя — Аддехейданар дакнайри Декмар'Авиолисарран.

Глаза демона изумленно расширились, а губы зашептали, пытаясь повторить за мной мое имя, на что я усмехнулась, понимая, что у него вряд ли это получится, и продолжила:

— Я из рода хранителей источника. Сердца моего мира — Дакмариан, где главенствует наша раса двуликих — файрасахи. Крылатые воины защитники. Дети Смерти и Хаоса, наделенные их силой. И вчера, демон, ты по традициям моего народа, по воле моей сущности стал мне супругом, избранным по силе духа — нареченным Адайри. Браслет, о котором ты говоришь — символ принадлежности дочери Смерти. Метка выжжена на твоей ауре и запечатана на твоем сердце.

Греймхольд прикоснулся к груди, словно вспоминая, как вчера по ритуальному обычаю сжимала его сердце.

Я кивнула.

— Еще что ты должен знать. По древним законам Дакмариана, на моей родине, как и на Ардертарте, принято многобрачие. В моем случае — многомужество. Разумеется, не все его придерживаются.

Демон заметно взбодрился, но я его тут же огорошила:

— Ввиду того, что я принадлежу к роду хранителей, у меня не могло быть менее одного супруга.

— Несколько супругов? — прохрипел побелевший демон, хватаясь за горло и дергая ворот рубашки.

— Именно так.

Наблюдая за реакцией Греймхольда, внутренне напряглась. Его шокированность меня не удивляла. Однако ощущала кожей, что на приятной ноте этот разговор вряд ли закончится.

Нить, связующая наши с демоном души, угрожающе тренькнула, и я, стремительно замкнув защиту, набросила на руман сумрачный полог.

Греймхольд

Проклятая кровь.

Я мало того, что оказался в прямом смысле обраслечен иномирянкой с опасной неизведанной магией, так еще и…

Несколько супругов? Несколько?!

Сжав руками подлокотники, скрипел зубами, стараясь держать со звоном рушившийся самоконтроль.

Вскинув на Авиоли, или как ее там, бешеный взгляд, процедил:

— Для твоего народа в порядке вещей насильно женить на себе мужчину?!

— Нет, — бесстрастно откликнулась она, вынуждая внутреннего демона немного расслабиться. — Жениха или невесту их род может лишь подтолкнуть друг к другу или указать на более благоприятную партию, но неволить никто не посмеет. В противном случае от рода отвернутся его покровители, а магия медленно начнет иссякать.

Чутье подсказывало, что девушка не лжет, но!

— Ты принудила меня! — зло прошипел. — Я не давал своего согласия, чтобы быть тебе супругом. Признайся, что-то сделала со мной. Нечто такое, из-за чего у меня помутился рассудок, словно откинув на тысячелетия назад.

По ее лицу всего на доли секунды пробежала легкая тень, тут же скрылась за привычной маской равнодушия.

— Это не так, — качнула она головой. — Я совершенно ничего с тобой не делала, Греймхольд. Однако я предполагаю, что твое состояние могло быть вызвано притяжением на уровне инстинктов. На моей родине такой феномен не редкость, в особенности для избранника, равного по силе или превосходящего. Что же касается твоего согласия, то вспомни. Ты дал его в обмен на правду.

— А если бы я отказал?! Или пропустил оговорку, то что тогда?

— Ничего. Моя сущность тебя отпустила. Тебя никто не стал бы неволить. Добровольное согласие — это закон. Ко всему прочему, сущность чует равнодушных, и навряд ли в таком случае ты стал бы ее выбором. Что же до поправки и твоего права, — она отвела глаза, — то ты до времени остался бы в неведении.

— Каким же образом, позволь узнать?

Хейдан вздохнула, нехотя отвечая:

— Я собиралась наложить на твою память блок.

— Блок? — изумился. — На демонов не действует ментальная магия любого порядка.

— Значит, в любом случае пришлось объясняться, — ровно ответила она, но откуда-то я знал: она не поверила моему слову. И, похоже, собирается проверить… Что ж. Пусть попробует.

— Жалеешь? — тихо спросила она.

Вглядываясь в ее нарочито спокойное лицо, прислушивался к себе и понимал, что — нет. От таких, как она, отказываются только глупцы. Сильная, свободная, рассудительная, отличная кандидатура для рождения сильного демоненка. А если родится ребенок ее расы, то и вообще сокровище. Но вместе с расчетом я ощущал к этой, несомненно, необычной девушке мужской интерес и легкий росток нежности, не говоря уже о желании.

Она права. Я — не был равнодушен к ней с самой первой нашей встречи.

Но речь о соперниках… О других предполагаемых супругах напрягала. Хоть и не удивляла. Многомужество и многоженство на Ардертарте действительно не запрещено. На драконьем материке и Сайгоне — официально легализовано. В Драеклонских землях таких семей много, чего не скажешь о моем родном материке, но и там не так уж и мало. Ко всему прочему, кто знает, когда еще она повстречает этих мужчин.

— Нет, — спустя время честно ответил. — Не жалею, но новость шокирующая. Мне нужно будет немного времени, чтобы свыкнуться со своим новым статусом.

— Конечно, — кивнула она, и я окончательно успокоился. — Я не собиралась ни на чем настаивать или ограничивать твою свободу.

Вопреки всему, невольно почувствовал горечь и сожаление от ее слов, задумываясь: а так ли нужно мне это время? Ведь ничего не изменится. Я — ничего не хочу менять.