Я встала прямо перед Сайардом и он, отступив на шаг, по-военному расправил плечи и поднял подбородок.
Почерневшие артерии на висках, заледеневшие глаза и бледные, почти бескровные губы. Заострившиеся скулы и одна седая прядь, проявившаяся в буйной темной гриве.
Ничего общего со старыми иллюстрациями, где с пропахших историей страниц на меня смотрели чудовища с изможденными костистыми лицами.
— Ты не пугаешь,— мягко произнесла я. — Видел бы ты мою маменьку за неделю до очередного зельеварческого симпозиума.
Там не то, что вены чернеют и губы белеют, там порой язвы открываются и волосы клоками лезут — испарения от котла не витаминный коктейль, здоровья не добавляют!
Дождь серой завесой отделил нас от всего мира. Укрыл мощным, непроницаемым пологом и Сайард обернулся. Взглянул мне в глаза и кривовато улыбнулся:
— Это я знаю, Лиррис.
— Тогда зачем отворачиваешься? — спросила я и чуть поежилась от влажного холода.
— Есть и другие эмоции,— безразлично произнес он. — Отвращение, например. Отличное чувство, не так ли?
Похоже, у кого-то сегодня был откровенно отвратительный день.
— Не так,— серьезно ответила я.
Мне хотелось искрометно пошутить, чтобы смехом разбить тяжелую, давящую атмосферу. Вот только на ум ничего не приходило, а ведь раньше меня всегда выручало умение высмеять неудобные и болезненные вещи.
— Почему ты здесь? — спросила я.
Сайард с силой растер лицо ладонями:
— Не успел посетить часовню до… До всех.
Мне стало так обидно. Неужели ему нет места и там, среди богов?! Он словно бы почувствовал мое замешательство и вскинул руки:
— Просто не хотел никому мешать.
А затем Сайард попытался сменить тему:
— Люблю смену сезонов. Кстати, ты знаешь, что последний день зимы — самый привлекательный для убийц и воров?
— Н-нет,— оторопела я, прекращая пытаться наложить на себя согревающее заклинание,— мои интересы лежат в другой области, если честно. И почему же они это любят?
— Буйство стихии стирает все следы,— некромант протянул руку и выхватил из пелены дождя пару капель воды,— чувствуешь, как воздух поет от переизбытка магии?
— Да,— выдохнула я. — Даже голова кружится, как от молодого вина.
«И не согреться, мороз то есть, то нет», добавила я мысленно.
— Вот,— медленно кивнул Сайард,— уже утром весь Этельран будет чист от статической магии.
Чуть подумав, я медленно проговорила:
— Знаешь, я думаю, что только неопытных воров и убийц привлекает этот день.
— Почему? — удивился принц.
— Потому что есть заклинание, которое превращает статическую магию в природную и обратно, после чего все следы становятся нечитаемы.
— А говоришь, что твои интересы лежат в другой области,— рассмеялся принц. — Но если серьезно, то ты ведь говоришь о заклятье Ами-Арта, верно? Оно оставляет после себя характерный след, который просто кричит «Здесь случилось нечто запрещенное!».
Я пожала плечами:
— Да, но как правило место преступления — это не только отголосок магии, но и, кхм, как минимум труп.
— Тоже верно.
Сайард улыбнулся, и мое сердце пропустило удар. Я давно заметила, что у него очень обаятельная и мягкая улыбка. Но сегодня… Сегодня он выглядел иначе. И его мимика тоже была чуть-чуть другой.
— Что-то не так? — нахмурился Сайард.
— У тебя красивая улыбка,— честно сказала я.
И тут же, смутившись, добавила:
— Только клыков не видно, разве их нет?
Некромант покачал головой:
— Ты невероятна, Лиррис.
— То есть, они есть,— я подалась вперед,— вот почему ты улыбаешься чуть иначе, чем обычно!
Он прикрыл рот рукой и как-то беспомощно проговорил:
— Ты помнишь, как я улыбаюсь?
— Не должна? — удивилась я. — Как же мне не…
Несколько молний подряд залили все вокруг безжалостным светом, а следом на нас обрушился звук. Гром гремел так, словно небо вот-вот рухнет на землю, и я, оглушенная стихией, на секунду потерялась.
В глазах потемнело, но уже через мгновение я ощутила тепло. Тонкий аромат парфюма, мягкую гладкость плотного зачарованного шелка и… И услышала, как сильно и быстро бьется сердце Сайарда.
Терзавший меня холод отступил, и я, наплевав на приличия, осторожно положила ладони на его спину.
— Ты теплый,— прошептала я, прижимаясь еще крепче.
— Ну, я ж еще живой,— рассмеялся он и осторожно, нежно погладил меня по спине.
— Тебе идет быть живым.
Шум грозы скрадывал звуки. И, хоть молнии и перестали бить по парку, никто из нас все равно не спешил разрывать объятия.
— Ты была когда-нибудь в эпицентре восходящего магического потока? — спросил вдруг Сайард.
— Нет,— я отстранилась и заглянула ему в глаза,— а ты?
— Был,— он склонил голову к плечу,— хочешь?
— Ты еще спрашиваешь?! — я не могла поверить своим ушам,— Конечно!
— Встань на мои ботинки,— шепнул он и крепче прижал меня к себе.
Глупые вопросы я задавать не стала. Видела, как старшекурсники левитировали так своих подружек. Да что уж там, когда-то я мечтала, что Эльгон поднимет нас в небо. Но ему не хватило ни сил, ни мастерства…
Но уже через секунду все мысли меня покинули — Сайард мягко и осторожно поднял нас в воздух.
Мы летели сквозь дождь и разноцветные вихри магии. Я ждала, что вот-вот мы нырнем в поток, вот в тот, или вот в этот, но некромант уверенно тянул нас куда-то вперед и вверх и...
— Боги, он огромен!
Плотный, мощный вихрь поднимался к темному грозовому небу. По нему скользили разряды статической магии, что до ужаса напоминали молнии.
— Самый мощный из всех потоков столицы,— с гордостью произнес Сайард. — Ты готова? Или дать тебе минуту собраться с мыслями?
Сглотнув, я напомнила самой себе, что Ильгертоны не сдаются. Даже если стоило бы. Мы не отступаем!
— Готова,— твердо проговорила я.
— Уверена? — поддел он меня.
Мне, к сожалению, виден был только его гладковыбритый подбородок, а потому гневный взгляд пропал втуне.
— Я тебя ущипну сейчас,— проворчала я,— конечно же готова!
— Ущипнешь, и мы рухнем на рыночную площадь,— фыркнул он.
— Тоже новый опыт,— фыркнула я,— до этого я падала только с крыши сарая.
— Полагаю, это интересная история,— хмыкнул Сайард и без дальнейшего предупреждения утянул нас в поток.
По нам пронеслась статическая магия и я, ахнув, крепче прижалась к некроманту. Это было и жарко, и холодно!
— Не спеши открывать глаза,— бархатно шепнул Сайард. — Прислушайся вначале к другим чувствам.
Глубоко вдохнув, я медленно выдохнула. И осознала, что у мании был вкус. Я всегда это знала, но сейчас еще и чувствовала! И если собрать всю эту дивную палитру, то получится, что магия на вкус… Как счастье? Это и сладость медовых орешков, и аромат лесной земляники. И парфюм Сайарда, и тепло его надежных объятий. И смех маменьки, и папенька, подбрасывающий меня в воздух. Это было все и сразу. Счастье.
— Открывай глаза. Медленно.
Я, конечно же, не послушалась и распахнула ресницы сразу же, как получила разрешение. Мы, плавно вращаясь вокруг своей оси, поднимались наверх. Вокруг нас закручивался вихрь, и он был многоцветным, но не ослепляющим. Непрозрачным, но пропускающим свет молний.
— Посмотри вниз,— шепнул Сайард.
— Обычно советуют не смотреть,— отозвалась я, но, разумеется, посмотрела.
В самом низу, сквозь цветные сполохи слегка виднелась столица. Сквозь зеленую часть потока мне удалось рассмотреть весенние кроны деревьев, но вот появилась синеватая дымка, и моему взгляду предстали заснеженные крыши и дымок из печных труб. А вот основание потока стало на миг прозрачным, и столица вновь утонула в грозовом потоке дождя!
— Что это? — с трепетом спросила я,— время?
— Никто не берется исследовать этот феномен,— с горечью ответил Сайард. — Теория про магов-погодников слишком удобна. Но я не думаю, что это время. По меньшей мере вернуться в прошлое у меня ни разу не получилось, хоть я и пытался выйти через зимний всполох. Думаю, что это воспоминания.
