Гимн шута 19 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич

Павел прикрыл глаза на миг, подбирая слова. Однако озвучить свои мысли не успел.

— Деньги, люди, оружие, связи? — спокойно спросил он.

— Жизнь, — решился Волконский. — Одна жизнь.

В этот раз тишина длилась дольше.

— Цзинь-Вэй, — констатировал хозяин кабинета.

— Цзинь-Вэй, — подтвердил молодой человек.

Старик задумался. Это было… непросто. Но возможно.

— Позволь, — негромко произнес он и собственноручно наполнил пиалу гостя из чайничка, а затем и свою собственную.

Мужчины неспешно и со вкусом насладились тонким ароматом почти волшебного напитка.

— Я найду ее, — пообещал Хули-Цзин наконец.

Павел едва не поперхнулся. С трудом справившись с последним глотком горячего напитка, он негромко рассмеялся.

— О, господин Ии, — протянул «небожитель». — Не волнуйся. Она сама к тебе придет. Встреть как полагается.

Хозяин кабинета не стал добавлять, что для большинства людей это и есть самое страшное. И, как правило, последнее.

Выходя из кабинета, Павел на мгновение задержался у двери.

«Двенадцать часов, — подумал он. — Надо бы поспать. И поесть. В конце концов, у меня сегодня… свидание».

Эта мысль отчего-то заставила устало улыбнуться. Насладившись ею несколько секунд, Волконский зашагал к лифту.

Глава 20

Глава 20

Улица встретила Павла приятной ночной прохладой.

В этот раз столичные климатические маги расщедрились на легкий освежающий ветерок.

Молодой человек прикрыл глаза, наслаждаясь едва ощутимыми порывами, вполне достаточными, чтобы разогнать подступающий сон.

— Чего стоишь-то? — разрушил очарование момента недоуменный голос Кроля.

«Хочу, чтобы это было… непросто.» — попросил на прощание Хули-Цзин. От его спокойного тона хотелось поежиться. И сомневаться не приходилось: он желал жестокой мести.

— Восток — дело тонкое, — всплыла откуда-то из недр памяти очередная неожиданная присказка.

— Че ты там бормочешь, а⁈ — Кирилл изволил оторвать зад от капота своей «любимки» и сделать несколько шагов к Волконскому.

— Подожди в машине, — попросил Павел и вновь потянулся за коммом.

Спорить Кроль не стал. В конце концов, сам предложил помочь. И отказываться от предложения не собирался.

Волконский тем временем набрал номер абонента и принялся ждать ответа.

— Пять. Часов. Утра. — довольно зло констатировал голос.

Его обладатель, похоже, так и не пришел в сознание.

— Знаю, — согласился молодой человек равнодушно. — У меня три часа ночи.

— Ты же завтра помереть собрался? — раздраженно протянул разбуженный посреди ночи абонент. — Чего людей беспокоишь?

В голосе собеседника проскальзывало разочарование. Он «планами» Волконского явно был недоволен. Но и сделать ничего не мог.

И да, разбуженного очень ранним утром Горевого не слишком волновала судьба какого-то там воеводы. Но вот тот факт, что померев Павел не сможет выполнить его просьбу, Николая Андреевича волновал очень и очень.

— Значит, она все рассказала, — констатировал молодой человек.

Собеседник промолчал.

— Что-то нужно? — буркнул он.

Никаких норм вежливости. Слишком уж сильно было разочарование тем, что молодой человек не сможет исполнить свое обещание — защитить наемную убийцу. Да и соблюдать политес в спросонья в такую рань было выше всяких сил.

— Нужно уже определиться, — неожиданно выдал Волконский.

— С чем именно? — «затухающим» голосом спросил Горевой.

— Николай Андреевич! — рявкнул парень.

Судя по шороху, собеседник чуть взбодрился.

— Пока определиться на «ты» мы или на «вы». А то путаница каждый раз бывает.

— Павел Анатольевич, — вздохнул Горевой, и тут же дал ответ. — Ты за этим мне позвонил?

Парень хмыкнул.

«Спишь, значит… Ну, ничего! Сейчас проснешься!» — решил он.

— Я хочу пригласить Цзинь Вэй…

Молодой человек осекся, едва ли не услышав, как собеседник скрипнул зубами.

— Не понял, — честно признался молодой человек.

— Пусть лучше будет Тун Яо, — предложил бывший имперский представитель.

Парень задумчиво почесал пальцем висок, задавшись одним простым вопросом: а они точно не тратят время попусту?

— Николай Андреевич, — мягко направил разговор в нужное русло Волконский. — Я твою девушку на свидание пригласить хочу.

Сказав это, Павел с удовольствием прикрыл глаза. На все связанное с Тун Яо Горевой реагировал довольно… остро. Так что молодой человек в красках представил, как именно сейчас вытянулось лицо резко проснувшегося собеседника.

От истины он был недалек.

— Павел Анатольевич, объяснись.

Клановец улыбнулся. Кажется, кто-то достаточно взбодрился.

— Я хочу завтра встретиться с Тун Яо, — просто повторил он. — В каком-нибудь ресторанчике.

— Каком? — чуть удивленно переспросил Горевой.

— Не знаю, — честно признался «небожитель». — Наверное, выберу что-то рыбное.

— Рыбное?

Собеседник явно не успевал за нитью разговора.

— Да, — уверенно заключил Павел. — Именно так.

И, предвосхищая еще более абсурдный вопрос «Почему?», добавил:

— Давно не ел. Соскучился по морепродуктам.

Николай Андреевич помолчал. Секунд пять.

— Мне разбудить ее сейчас? — поинтересовался мужчина.

«Ого!» — оценил клановец. Такого он не ожидал. Вообще-то, молодой человек предполагал наличие связи между этими двоими. Не более. Однако тут явно что-то большее. Уже и делят жилую площадь на двоих. Было бы над чем подумать… Но в личную жизнь двух взрослых людей предпочел не лезть. Поэтому ответил просто:

— Буду благодарен.

— Я слышу тебя, элуосы жэнь, — раздался ровный собранный голос Тун Яо через двадцать секунд.

Минут пять назад, спускаясь на лифте с верхнего этажа из кабинета Хули-Цзина, молодой человек несколько раз «прогнал» этот разговор в голове. Однако достойных формулировок так и не нашел. А потому запросто бухнул:

— Пообедаем завтра?

Цзинь Вэй не сбилась с мысли. Ответила все также бесстрастно.

— Конечно, Павел Анатольевич.

«И бегать за тобой не нужно будет, чтобы на тот свет отправить!» — с легкой иронией «продолжил» ответ в своей голове клановец, в который раз отмечая, как достойно справляется со сложным для нее именем девушка.

— Есть пожелания по кухне? — лишь уточнил он.

— Что-нибудь рыбное, — ровно ответила Тун Яо. — Соскучилась по морепродуктам.

— Красивая, — констатировала Катерина.

— Красивая, — согласилась Мышь, пристроившаяся с дальнобойной оптикой на крыше неподалеку.

— Вы обе тоже красавицы, — бросил в эфир Волконский негромко, чтобы не привлекать внимание немногочисленных посетителей небольшого рыбного ресторанчика. — Я вам это по три раза скажу. Но позже.

— Ну и дурак! — тут же откликнулась канцеляристка.

Красавица же секретарь дисциплинированно остановила все лишние разговоры в эфире. Однако именно этот диалог Павел в «подвешенном» состоянии оставлять не пожелал.

— Тебе — четыре, — мягко пообещал он, переключившись на двусторонний канал. — С занесением в личное тело.

— Я запланирую это важное дело в твоем графике, — мурлыкнула блондиночка.

— Хорош ворковать! — тут же «врезалась» на общей волне Мышь.

Ей никто не ответил. Ибо не по делу.

— А все же красивая, — вздохнула Настя, осознав, что вот прямо сейчас «ее никто не любит».

Павел покосился на планшет, куда была выведена «картинка» с одного из постов наблюдения.

Цзинь Вэй не скрывалась.

Она просто шла по улице. Мягко, словно вода, обтекающая камни. Каждый шаг был продолжением предыдущего. Спину девушка держала абсолютно прямой, но в этом не чувствовалось напряжения. Лишь готовность. К действию. Любому.

— Дай кадр с четвертого, — попросил негромко Павел.

«Картинка» сменилась. Мышь промолчала. Однако Волконский шестым чувством уловил, как развеселилась канцеляристка.