Хозяйка уездного города (СИ) - Семина Дия

Так, весьма странно закончилась пугающая проверка. Ничего страшного, он просто решил не заглядывать в прошлые года, чтобы не ужасаться и не разочаровываться. Но дальше всё зависит от меня.

Села переписывать ему свой отчёт, и думать, как создать бальнеологический курорт на пустом месте и с бюджетом втрое меньшим, чем бюджет средненького доходного дома в столице.

Глава 36

Поток фантазии

Сомов уступил проверяющему маленькую двухколёсную бричку и кучера, сейчас Сигизмунд наведёт шороху по городу. Ну пусть трясутся, будут лучше уважать и власть, и меня, в частности. Переписала свой отчёт, а на третьем листочке расписала заметки по теории, и что лучше всего напечатать типографским способом бланки, чтобы их можно было однотипно заполнять поквартально и за год. Вместо методички отдам, в министерстве люди умные, сами придумают, как усложнить жизнь обывателям с новыми формами отчётности. Это всё дела будущие.

Меня сейчас в большей степени другой вопрос интересует, даже два.

Первое, как при довольно высоком уровне воды мы будем заменять брёвна в опоре?

Второе, где мне отыскать документы на минеральную воду, ведь приезжал же какой-то учёный. Перерыла все старые, слегка пахнущие плесенью документы в большом шкафу и бюро. И на своё счастье, где-то среди самых «ненужных» бумаг нашлась тоненькая папка с наклеенным ярлычком «Вода».

Достала и тут же расчихалась, видать, у Шурочки аллергия на пыль. От этой пыли даже самый здоровый расчихается.

— Будьте здоровы! Александра Андреевна, как всё прошло? — на мой громкий чих пришёл Макаров.

— Добрый день, Ваше благородие, да вроде бы отлично всё прошло. Мои данные сошлись, отчёт ему понравился, но только по оформлению, а по содержанию все и так знают, что дело швах, как говорит Алёша.

— В смысле?

— В прямом, у нас доходы в три раза меньше, чем в самом простеньком доходном доме в столице. Предприятий нет, дачники мы здесь все, трудоспособные мужчины уезжают на заработки, все живём натуральным хозяйством. А с одного земельного налога сыт не будешь, и как только Гончаров умудрялся воровать?

Я ворчу, а сама развязала папку и начала проверять её содержимое, и первое — топографическая карта, с отметками источников с минеральной водой. Действительно, есть ещё два, недалеко от города.

— Воровать тоже нужен талант, а это что? — Макаров подошёл ближе, ему карта местности понятнее, чем мне.

— Это наше единственное сокровище, и господин проверяющий фактически отдал мне приказ, на то, чтобы мы начали строить бальнеологический курорт. А вот и химический анализ и описание назначения, ну как я и думала, всё для улучшения пищеварительной системы, также для улучшения сна, и общего самочувствия, от всех болезней, как обычно, и расписывают.

Протягиваю старый отчёт химика городничему с пояснениями, а он погружается в чтение, делая вид, что неплохо разбирается в непростом вопросе.

— Да уж. Признаться, я в это дело вообще не вникал. Но о пользе лечебных вод наслышан, у нашего генерала жена постоянно на воды ездила лечиться, уж не знаю, что она там лечила. Но занятие это очень нахваливала, да и модно это — на воды-то ездить…

Качаю головой, чтобы слегка успокоить поток фантазии Демида Ефимовича:

— До такого уровня, когда к нам будет модно и престижно ездить, как до Луны пешком. На курортах должен быть целый комплекс условий, и гостиницы, и частные подворья с приличным размещением гостей, и парк для моциона и развлечений. Ресторан опять же, а у нас даже трактира приличного нет. Нам надо найти инвестора, но такого, чтобы не содрал с нас потом семь шкур, и мы не превратились в рабов, при новом Гончарове. Потому лучше уж подумать о чём-то более простом, хотя мне ничего в голову и не приходит. Может, только пекарню, да на тракте поставить хороший трактир, печь кулебяки на продажу. Или на железнодорожной станции, ещё лучше, там поток пассажиров больше.

Мы оба молча уставились на карту с отмеченными источниками воды, одна дорога из города ведёт к тракту, вторая в противоположную сторону на станцию. И мост — стратегический объект, на самом деле, если его восстановить, то и через наш город больше людей начнёт проезжать.

— Я вот как думаю, Александра Андреевна, курорт или просто оздоровительную лечебницу строить нужно. Каким образом, и на какие деньги, это вы не пытайтесь с наскока решить, подумайте, после отъезда ревизора соберём ещё совет, да напишем обращение самому губернатору, в любом случае его поддержка необходима. И он, я думаю, уже предложит и инвесторов, и план развития.

В этот момент я вдруг ощутила, насколько была зажата, словно от меня слишком много требовалось, причём не кем-то, а я сама эти требования к себе же и предъявила. А оказывается, всё проще, и даже бюрократия иногда на пользу. Действительно прямо сейчас от меня никто не ждёт подвигов.

— Спасибо вам, так и поступим, а то я вдруг решила, что чуть ли не сама должна хватать и всё строить и делать. Гиперответственность, знаете ли…

— Какие у вас странные слова иногда сквозят в речи, очень любопытные. Вы словно современных фантазёров писателей о неясном будущем начитались… Гиперответсвенность!

Загадочно улыбаюсь, знал бы он…

— Допустим, что начиталась. Но сейчас мне срочно надо составить разрешение на ремонт моста. А я понятия не имею каким образом.

— Найдите старые образцы, мост же уже ремонтировали.

— Точно, видите, слова у меня странные проскальзывают, а вот очевидные факты выпадают. Кстати, об очевидных фактах. Мне неловко с вами говорить о личном, но Гончаров начал меня шантажировать, требовать вернуться к нему. Конечно, я не вернусь. И про заминку с разводом вы в курсе. Но суть шантажа очень уж ужасная. Он собирается отравить Алёшу обратно в лицей, выплатит долг, за мальчиком приедут, заберут, и всё повторится. Даже если я буду платить за его обучение, то…

— Послушайте, молодому человеку необходимо получать образование, в той школе или иной, но учиться он обязан, тем более что мальчик из дворянского сословия. Подле вашей юбки ему не прожить жизнь.

Он по местным меркам прав, но я понятия не имею, каким образом смогу уговорить свою совесть так жестоко поступить с ребёнком. Алёша уже натерпелся такого, что не каждый мужчина выдержит.

— Ребёнку нанесли глубокую душевную травму, я сама буду его учить этот год, потом мы сдадим экстерном экзамены и найдём более гуманный лицей. Но если вдруг кто-то силой попытается отобрать у меня Алёшу, прошу вас о помощи и заступничестве. Придумайте хоть какой-то повод, чтобы отвадить от нас сию напасть. Гончаров шантажирует меня, а по сути, весь город, никаких проектов с лечебницей не будет, всё останется, как прежде, потому что я поеду за Алёшей, меня ничего здесь не держит, и даже замужество. Устроюсь где-то поблизости и буду поддерживать брата.

Я тоже умею быть очень убедительной шантажисткой.

Наш диалог сам себя загнал в тупик, стоим молчим, я сказала чуть больше, чем планировала и должна была. А он прекрасно понимает, что после этого отчёта, и примерно через пару недель, когда через наш город с инспекцией нагрянет сам генерал-губернатор, город окончательно утратит свой статус. И лишится банка, почты, управы, и городничего. Либо мы давим и жмём на все педали, чтобы прорваться, либо лишаемся всего и теперь уже точно по вине Гончарова.

От судьбы одного худенького мальчика зависит судьба целого города, вот такой получился расклад.

— Я поддержу вас. Но повторюсь, мальчику невозможно просидеть за вашей спиной всю жизнь, рано или поздно ему придётся уехать в лицей.

— В тот, какой я сама выберу, и сама смогу платить и получать ежемесячный отчёт. Без безответственных посредников, у которых одна цель, сбыть с глаз долой из сердца вон.

— Посредников? — мой довольно резкий выпад, Макаров проигнорировал, видимо, понимает, что я расстроена. Но его разум следователя зацепился за мой тонкий намёк.