Кот Шредингера (СИ) - Серебряков Дмитрий "Дмитрий Черкасов"

Томас, уверенный в своей победе, не успел даже моргнуть. Его медведь, привыкший к прямолинейным атакам, глупо замахнулся лапой на пустое место. В этот момент Марк сделал короткий, почти изящный пас рукой.

— Лови, — негромко произнес он.

Волк материализовался прямо за спиной Томаса. Но он не кусал. Зверь ударил лапами в землю, и вся накопленная энергия — та самая, которую Марк «жалел» весь бой — вырвалась в виде концентрированной звуковой волны.

— «Бум», — прокомментировал я, когда Томаса подбросило в воздух, словно тряпичную куклу.

Воздушный щит лопнул. Медведь, потеряв связь с хозяином, просто повалился на бок и обиженно заурчал. Сам Томас пролетел добрых пять метров и приземлился на песок, совершив пару нелепых кувырков.

На мгновение над стадионом повисла тишина, а затем трибуны взорвались.

— Чистый нокаут! Резонансный сдвиг по вертикали! — Ли строчила в планшете так неистово, что из-под стилуса, казалось, вот-вот полетят искры. — Настя, ты видела? Это была ловушка! Он специально истощал свои каналы, чтобы спровоцировать Томаса на полное раскрытие купола. Когда купол растягивается, его плотность в тыловой зоне падает на сорок процентов! Это… это просто гениально с точки зрения тактической экономии ресурсов!

— Да-да, Ли, очень шумно и очень эффективно, — Анастасия поморщилась, поправляя выбившийся локон, но в её глазах мелькнуло нечто похожее на удивление.

Судья на арене поднял руку, фиксируя победу Марка. Проигравший Томас тем временем зашевелился, потряс головой и с трудом поднялся на ноги. Он выглядел ошарашенным, но, к чести своей, не стал устраивать истерик. Подозвав восстановившегося медведя, он коротко кивнул победителю и направился к выходу. С виду на нем не было ни царапины — медицина и щиты здесь работали исправно.

Ли победно повернулась к Анастасии, сияя как начищенный медный таз.

— Видишь? — она ткнула пальцем в сторону уходящего Томаса. — Живой, здоровый и даже не в реанимации! А ты говорила, что это «варварское зрелище для любителей крови». Это чистая математика, Настя! Математика и психология! И Марк доказал, что интеллект важнее грубой массы медведя.

— «Интеллект и умение вовремя дать пинка из инвиза», — добавил я про себя, чувствуя, как Лиз под курткой довольно водила ушками.

— «Артур, ты видел, с какой любовью и гордостью Марк погладил волка после боя?» — голос лисички был полон нежности. — «Он не как инструмент его использовал, а как напарника. Это было… правильно».

— «Это было эффективно, лисичка», — мысленно поправил я её, стараясь не выдать собственного одобрения. — «Хотя должен признать, парень молодец. Не дал подпалить хвост своему блоховозу. За это я бы выдал ему внеочередную порцию сливок, если бы был в жюри».

Лиз широко улыбнулась — я почувствовал это по тому, как расслабились её ментальные щиты.

— Ну что, Ли, — Розалия поднялась, поправляя куртку (и чуть не придавив мне при этом хвост). — Твой фаворит выиграл. Теперь мы можем пойти перекусить, пока не начался следующий блок?

— Какое перекусить⁈ — возмутилась Ли. — Сейчас будет бой в группе «А»! Там выступает тот парень с электрическим медоедом! Настя, ты обязана это увидеть, это перевернет твои представления о проводимости кожных покровов!

Я вздохнул, закрывая глаза. Бои продолжались, Ли фонтанировала терминами, а где-то там, за пределами этой уютной арены, настоящий мир продолжал точить зубы. Но здесь и сейчас… здесь и сейчас я был просто рыжим котом, который втайне от всех болел за тех, кто не бросает своих питомцев под безжалостный каток.

Лиз весело фыркнула, и мы приготовились смотреть следующий акт этого цирка.

— А теперь… — Ли едва не подпрыгнула на сиденье, ее глаза горели фанатичным огнем. — Группа «А», первый ранг! Сейчас мы увидим в деле электрического медоеда. Вы хоть понимаете, что это за зверь? У него кожа обладает уникальным диэлектрическим коэффициентом, он может пропускать через себя разряды в десять тысяч вольт и даже не поморщится!

Я почувствовал, как Розалия невольно сжала кулаки. Она явно ждала этого боя не меньше Ли. На арену вышел парень, чей питомец — приземистый, коренастый зверь с широкой белой полосой на спине — уже вовсю искрил, выбивая из песка крошечные молнии. Против него вышла девушка с изящной рыжей лисой. Лисица была взрослой, пушистой и выглядела чертовски уверенно.

— «О, родственники пошли», — хмыкнул я в мыслях. — «Смотри, Лиз, сейчас твою старшую сестру будут поджаривать на медленном огне».

— «Она не проиграет так просто, Артур», — серьезно отозвалась лисичка, подавшись вперед. — «У неё очень умные глаза».

Ли затаила дыхание, рука замерла над планшетом, готовая фиксировать параметры разрядов. Но стоило судье махнуть рукой, как девушка с лисой просто подняла ладонь вверх.

— Я сдаюсь, — звонко произнесла она, даже не сделав шага вперед. — Мой питомец в стадии линьки, лишний стресс от высоковольтных ударов повредит структуру меха. Это не стоит победы в первом круге.

На трибунах пронесся разочарованный вздох. Ли замерла с открытым ртом.

— Что⁈ — вскрикнула она. — Какая линька⁈ Там же была возможность зафиксировать пробой воздушного зазора при прямом контакте!

— Умная девочка, — лениво прокомментировала Анастасия, обмахиваясь веером. — Сохранить лицо и идеальный мех питомца важнее, чем валяться в пыли ради сомнительного титула. Одобряю. Истинное достоинство — это знать, когда битва ниже твоего уровня.

— Это не достоинство, это статистический саботаж! — прошипела Ли, яростно вычеркивая что-то в планшете.

Следующая пара оказалась не лучше. Парень с огромным догом, едва взглянув на свою противницу — миниатюрную девушку с ядовито-зеленым попугаем на плече — тоже поднял руку.

— Сдаюсь. Я не бью женщин, — буркнул он и ушел под свист разочарованных зрителей.

— «Какая трогательная деградация спортивного духа», — я не смог сдержать ехидства. — «Лиз, кажется, мы на параде пацифистов. Может, нам тоже просто выкинуть белый флаг, когда придет время?»

— «Ха-ха. Тоже мне, юморист», — изобразила она искусственный смех, но после этого ментальный голос Лиз стал напряженным. — «Смотри, кто выходит»

Шум на трибунах внезапно сменил тональность. Вместо раздраженного гула по рядам пронесся шепоток восхищения.

На арену вышла ОНА. Если бы у слова «аристократия» было физическое воплощение, оно бы выглядело именно так. Девушка с выдрой. Её кожа казалась фарфоровой, а платье — или то, что здесь называли боевым костюмом — выглядело так, будто она только что покинула бал в императорском дворце. Выдра, гладкая и лоснящаяся, следовала за ней, изящно изгибаясь при каждом шаге.

— Эвелина фон Штерн, — Ли снова оживилась, хотя в её голосе скользнули нотки скепсиса. — Пятьсот лет родословной, тридцать поколений магов воды. Говорят, она даже спит в корсете.

— Боже, какая грация, — прошептала Анастасия, и я впервые услышал в её голосе… зависть? Нет, скорее раздражение от того, что кто-то может выглядеть более «дорого», чем она сама. — Посмотрите на эту укладку. Она на арене или на приеме у императора? Слишком приторно.

А с другой стороны вышла полная её противоположность. Девушка-гимнастка. Короткий топ, обтягивающие лосины, каждый мускул на виду. Она не шла — она пружинила. Рядом с ней, едва касаясь песка лапами, скользила мощная пума. Горная кошка смотрела на выдру как на легкую закуску.

— А это Марта, — вставила Роз, и я почувствовал, как она невольно подалась вперед, почти придавив меня к парапету. — О ней говорят, что она тренируется по двадцать часов в сутки. У неё нет родословной, только стальные нервы и феноменальные успехи в магии.

— «Ну что, ставки сделаны», — я поудобнее устроился на коленях Розалии. — «Принцесса против солдата. Лиз, как думаешь, сколько продержится эта фарфоровая кукла, прежде чем пума решит проверить на прочность её прическу?»

— «Мне кажется, ты её недооцениваешь, котяра», — тихо ответила лисичка. — «Посмотри, как она улыбается. Так улыбаются те, кто уже всё про всех знает».