Брак через "Нихачу" для мисс попаданки (СИ) - Орлова Марина

– Боюсь, и это тоже невозможно, – снисходительно отчитал отозвался мужчина, на лице которого уже не было и следа прежней улыбки, заставив девушку нервничать.

– Невозможно? Вам все еще нужен союз с Флито? – сжала она кулаки от злости и нервозности. Почему все идет наперекосяк?

– Конечно, нужен, – подтвердил мужчина, вселив в девушку надежду, но тут же добавил: – однако не в такой мере, чтобы я жертвовала браком с любимой женщиной, с которой провел тридцать лет жизни в счастливом браке.

– Тридцать?.. Тридцать лет? О чем речь? – совсем запуталась она, растерянно моргнув.

– Позвольте представиться, – вышел он вперед со сложенными за спиной руками и идеальной осанкой военной выправки. – Маркиз Хантер Белтон, к вашим услугам. А за мной стоит мой сын, граф Феликс Белтон, и мой племянник барон Фердинанд. Как теперь видите, вы не можете являться моей невестой, – развел он руками перед девушкой, которая переводила растерянный взгляд на лица мужчин по очереди, пока не остановилась на упомянутом Феликсе, что до этого лишь молчал. Глаза ее загорелись предвкушением и восторгом.

Так это он – ее жених? Она думала, что граф обязательно должен быть старым, учитывая его репутацию, за которою его уважали даже во Флито. Она и предположить не могла, что он… такой. Разве этот мужчина – не идеал?

За своими лихорадочными мыслями она даже не обратила внимания, что с момента своего появления в лице ее жениха не было ни капли тепла.

– Это моя ошибка, что я не обозналась, – на радостях она даже забыла, что должна грубить и возмущаться. Маргарита вновь попыталась подняться, но все тот же стражник, как и прежде преградил ей путь. – Что ты делаешь? Почему ты не пускаешь меня к моему жениху?

– «Жениху»? – раздался ледяной голос, еще более пугающий, чем у маркиза. Девушка вздрогнула и невольно сглотнула, встретившись взглядом с проницательными, холодными и жестокими голубыми глазами графа, чье лицо не выражало ровным счетом ничего.

– Конечно, учитывая, что я – ваша законная невеста, – нашла она в себе крохи смелости.

– Удивительно. Но я считал, что моя невеста является принцессой Маргаритой из королевства Флито. Кстати, церемонию бракосочетания с ней вы прервали своим неуместным появлением, – спокойно прокомментировал он.

– Неуместным? – задохнулась она от возмущения, только сейчас обратив внимание, что все трое мужчин одеты официально, а на ее женихе костюм брачующегося. Ее глаза едва не затмила красная пелена гнева, но тут она ухватилась за важную деталь его слов: она прервала церемонию. Значит, он еще не женат. Еще все можно исправить. – Вы должны немедленно схватить мерзавку, которая выдает себя за меня! – почти истерично воскликнула она. – Это я – настоящая принцесса. Та, просто дрянь, которая возжелала моего места!

– Но как это может быть? Мы нашли девушку вскоре, после нападения на делегацию. И даже дипломаты Флито признали в ней законную наследницу. Следуя из этого, разве это не вы – та самозванка, которая возжелала чужого? – давил он на сбитую с толку девушку.

– Это невозможно! – не желала она верить в это. – Как она может быть мной? Да любого спросите или найдите портрет с моим изображением и вы все поймете.

– Так мы и сверялись с портретом, – щелкнул он пальцами и рыцарь достал из сундука два предмета, поставив их на стол перед девушкой. Одним оказался ее собственный портрет, посланный Флито вместе с предложением брачного союза. Вторым было зеркало, назначение которого она не понимала. – Я признаю, что вы довольно похожи на девушку с портрета. Но не слишком ли самоуверенно с вашей стороны заявлять, что на нем – вы? – спросил он вкрадчиво, пока девушка недоверчиво переводила взгляд с портрета на свое отражение.

Этот портрет определенно был ее. Она даже отчетливо помнила, когда его писали и как досадно ей было в процессе, зная, что этот портрет пишется для какого-то старика из вражеского королевство, которому ее продали родители. Потому девушка на портрете, хоть и была красиво, но выглядела капризной и недовольной. Многим это выражение могла казаться очаровательным. Даже она была вынуждена в очередной раз признать, насколько привлекательной была. Потому, вместо того, чтобы, потакая своим капризам, показательно разорвать портрет в качестве протеста, нехотя позволила его оставить.

Так вот, на нем определенно была она. Тогда почему… почему же в отражении была лишь блеклая версия, в котором не было и половины привлекательности девушки с портрета? Где? Где блестящие, точно золото волосы, способные ослепить своим сиянием? Где здоровая, белая, точно мрамор кожа без единого изъяна. Почему вместо нее у девушки в отражении был загар, веснушки и даже… прыщи? Почему сияющие голубые глаза, которые брезгливо взирали с портрета, так отличаются от покрасневших и уставших в отражении в обрамлении не густых ресниц, коими она так гордилась, а темных мешков? Здоровый румянец исчез, немного детская припухлость в щеках тоже незаметна, уступая место выступающим скулам. Розовые, точно нежные лепестки пухлые губы, стали обветренными и потрескавшимися.

Сравнивать реальность и портрет было даже смешно. Если бы девушка не знала наверняка, что это ее портрет, даже она бы засомневалась.

– К-как? Как это? Что произошло? Почему? Почему я та?.. – не успела она договорить, как пришло осознание. Альберт! Этот урод, он во всем виноват! Если бы не он, она не лишилась бы своего положения и продолжила бы получать высочайший уход. Она не превратилась бы в это чучело! Это все его вина!

Мало было его усыпить остатками наркотика после побега с делегации, и ограбить. Она должна была убить его перед тем, как вернуться в столицу Трой! Мерзавец, он украл ее красоту!

– Как сами видите, вы даже близко не можете сравниться с моей невестой, – спокойно взял он из ее скрюченных пальцев портрет и даже демонстративно протер его платком, словно она могла его испачкать. Это стало последней каплей для униженной и пораженной девушки.

– Это неправда! Я – принцесса! Я. Другая – самозванка! Она не может быть ею!

– Быть может, у вас есть какие-либо доказательства? – вскинул Феликс бровь с видом, словно ни на грамм ей не верит и исключительно из вежливости продолжает этот бессмысленный диалог.

– Я… я… – суматошно соображала она, без возможности найти достойные слова. Если бы фамильная драгоценность была с ней. Однако, при побеге с Альбертом, она ее потеряла. Опять этот Альберт! Но сейчас не до него! – Знаю! – воскликнула она. – Есть одно, – тут же смутилась она. – Это неловко. Однако есть отличительная черта. Это родимое пятно, – отвела она пристыженно взгляд. – Если вам угодно, пусть служанка проверит!

Феликс с Фердом переглянулись. Последний что-то сказал стражнику и тот скрылся за дверью. Вероятно для поисков той самой женщины, которая способна провести проверку. Но до тех пор…

– Верно, нам известно об этой отличительной черте, – подтвердил Феликс, отчего девушка вздохнула с облегчением. Не зря в детстве она терпела ту боль. Но следующие его слова заставили ее испуганно замереть. – Однако, у моей невесты это пятно так же имеется. Если идентичные пятна есть у обеих, очевидно, чье-то фальшивое. Как вы думаете, чье же оно? – с хитрым блеском в холодных глазах, внимательно наблюдал Феликс за реакцией девушки перед ним. Впрочем, слова были излишне. Ее поведение было громче любых слов. Он невольно вспомнил разговор с Марго:

«– Че? Родимые пятна? У меня?– спросила она как-то, когда они трапезничали наедине. По этой причине Марго не стеснялась, использовала обе руки и не следовала этикету, с удовольствием поглощая блюда, отчего ее щеки прелестно раздувались, как у маленького хомячка. Феликс не мог не изумиться ее прожорливостью, которая не вязалась с миниатюрной внешностью. Это казалось ему… милым и вовсе не раздражало, как в первое время. Напротив, есть в ее компании было на удивление комфортно, как и видеть ее аппетит, от которого даже его еда казалась чуть более вкусной, чем обычно.