Черный Маг Императора 24 (СИ) - Герда Александр

— Хм… Странно… — задумчиво сказал я, глядя на камень, который мне почему-то нравился, в отличие от Рябининой. — Я от него совершенно не чувствую опасности… Даже наоборот…

— Само собой, — кивнула она. — Так и должно быть. Вы с ним, можно сказать, одной крови. То, что меня убивает, тебя делает сильнее. Любое заклинание, которое ты применишь, будет сильнее, если гневокамень будет рядом с тобой, а еще лучше на тебе. У него такое свойство. Собственно говоря, в прежние времена темные маги потому и садили гневодеревья. Кормили их, растили… Так могло продолжаться несколько поколений, прежде чем кто-то из рода получит право на его уничтожение в надежде, что сердце гневодрева оставит после себя камень. Однако случалось это исключительно редко.

Вот оно что… Какой интересный рассказ. После такого я взглянул на гневокамень совсем иначе. Рябинина еще вчера сказала мне, что это нечастая находка, но, чтобы настолько. Если он действительно может делать каждое мое заклинание мощнее, это очень полезная вещица.

Еще и удобная ко всему прочему. Со слов Яны Владимировны, рано или поздно гневокамень станет размером с гранатовое зернышко, а это значит, что носить его не составит труда. Хоть амулетом, хоть браслетом… Кстати, можно даже попробовать его вставить в тот же самый браслет, который хранит в себе Смертельную Тень. Все равно я его практически никогда не снимаю.

— А если я не захочу, чтобы мое заклинание было сильнее? — спросил я у нее. — Как тогда? Мне нужно дать понять гневокамню, что не нуждаюсь в его помощи?

— Вот этого я не знаю, — честно призналась наставница и пожала плечами. — Думаю тебе это предстоит узнать самому. Для тебя он вреда не представляет, так что… Можешь экспериментировать с ним сколько хочешь.

— Понятно, — кивнул я. — А есть еще что-то, о чем я должен знать?

— Есть. Во-первых, гневокамень может усиливать твои негативные эмоции, — сказала она. — Это один из его побочных эффектов. Поэтому если ты планируешь носить его регулярно, не забывай обращать на это внимание. Вполне может быть, что на самом деле это не только твои эмоции. Насколько я знаю, по части ментальной магии у тебя получается неплохо, так что думаю, для тебя это не станет проблемой.

— Ясно… — сказал я.

— Во-вторых, ты можешь высвободить из гневокамня энергию, чтобы сделать кому-то плохо, — продолжила Рябинина. — Не в глобальном смысле. Энергия не сработает как проклятье, однако закружить голову или почувствовать себя дурно — это вполне.

На этот раз я не стал комментировать ее слова, но отметил для себя, что это тоже очень полезный эффект. Во всяком случае, как для темного мага, так точно. Мое присутствие в «Китеже» и так до сих пор многих корежит, случись им со мной встретиться. Теперь это еще можно и усилить. Мелочь, конечно… Но приятная.

— Вы сказали, что в камне концентрированная энергия… Но она же не может быть вечной? — спросил я после довольно долгого молчания. — Гневокамень должен как-то питаться. Я все понимаю, полезная вещь и все такое, но вскармливать ему жертвы я как-то не планирую.

— Все правильно мыслишь, разумеется, он должен питаться, — ответила наставница. — И если бы я хоть на минуту сомневалась в том, что ты не будешь искать для него жертв, то поверь, гневокамень не стал бы твоим. Честно говоря, я и сейчас не очень уверена в том, что поступаю правильно. Сегодня на лавочке рядом со мной сидит один Темников, а завтра… Кто знает, что будет завтра, Максим?

— Это вы сейчас о чем? — не понял я.

— О том, что обладание мощными вещами очень часто развращает, — высказала она свою точку зрения. — Ты можешь утверждать, что через несколько лет ты останешься прежним?

— Ну… Может, конечно, подрасту немного… — сказал я в ответ на ее внимательный взгляд. — Но уничтожать планету вряд ли захочу, если вы об этом. Кстати, почему вы думаете, что этот гневокамень такой уж мощный? Вы же не пользовались им. Или у вас есть какая-то информация на этот счет?

— Нет, никакой особой информации у меня нет, — ответила Яна Владимировна. — Но с чего бы тогда эти камни считались запретными? Ты думаешь, почему ты ничего не нашел об этом камне в интернете? Кстати, в каталогах артефактов и магических камней о нем тоже нет никакого упоминания.

— И что с ним делают те, у кого он все-таки есть? — спросил я.

— Прячут от посторонних глаз, — сказала девушка. — Либо хранят так глубоко, как только могут.

Вот оно что… Значит просто дополнить гневокамнем браслет не получится, нужно придумать что-то получше. Например, что если перед этим обтянуть его черной кожей? Какой-нибудь очень тонкой. По-моему, очень хороший вариант. Кто обратит внимание на черную висюльку на браслете?

Маги вообще любят всякие такие штуки. Вон у Собакина на браслете штук пятнадцать разноцветных висюлек болтается и ничего. Ходит себе спокойно. Зуб даю, что некоторые висюльки там совсем не простые, хотя и выглядят так, как будто для красоты там висят.

— Получается, что гневокамень — это запрещенный артефакт? — спросил я, чтобы четко понимать для себя этот момент.

— Не то чтобы… Как бы тебе объяснить… — она задумчиво погладила подбородок. — Его нет среди списка запрещенных артефактов в Российской Империи, но будет очень правильно, если ты позаботишься о том, чтобы никто не узнал о нем. К тому же, это в твоих интересах. Ведь гневокамень, по сути, твое секретное оружие, а зачем кому-то выдавать свои секреты, верно?

— Верно, — согласился я. — И все-таки… Вы не ответили на мой вопрос. Как он питается? Если не жертвы, то должен быть другой способ.

— Разумеется, — ответила наставница. — Он есть. Ты сам о нем прекрасно знаешь. Просто нужно включить голову, вспомнить вчерашний день и немного подумать.

Именно этим я и занялся. Попытался полностью восстановить в голове вчерашний день, начиная с того самого момента, когда мы приехали к Черному Озеру. С учетом того, что времени прошло всего ничего, это было несложно. Правда, я пока не очень понимал, чего от меня добивается Рябинина. Какие именно воспоминания ей нужны.

— Я все помню, Яна Владимировна, — сказал я и начал перечислять, загибая при этом пальцы. — Дохлые птицы, мертвый болотный тролль, лось и все прочие… К бабке не ходи, это их гневодрево слопало. Но все это жертвы, разве нет?

— А если еще немного подумать? — загадочно улыбнулась она, затем наклонилась и погладила цветок, который рос рядом с лавочкой, на которой мы сидели. — Что еще необычного?

— Блин, точно! Растения же! — осенило меня, и я от радости хлопнул себя по ляжке. — Оно же пожрало там все деревья!

— Молодец, догадался, — одобрительно кивнула она. — Именно при помощи растений ты сможешь кормить его. Только не спрашивай меня, как это работает, хорошо? Знать не хочу. Для меня растения от ворон не сильно отличаются, если ты понимаешь, о чем я тебе говорю.

Конечно я понимал. Рябинина занимается магической ботаникой, для нее растения — все равно что для Шелеховой — всякие магические твари. Для нее, но не для меня. Уверен, что в данный момент мы с ней думали о противоположных вещах.

Ей было жаль потенциальных жертв гневокамня, а мне уже не терпелось попробовать, как это работает и каким образом гневокамень их ест? Что происходит в этот момент? Кстати, не только это. Еще хотелось узнать, как происходит усиление заклинаний?

— Максим, только у меня к тебе просьба… — отвлекла меня от моих мыслей наставница. — Когда будешь выбирать растения для него… Пусть они будут не магическими, хорошо?

— Обещаю, — сказал я и протянул ей руку. — Чтобы мне лопнуть на этом месте, если я без особой необходимости буду кормить этот камень магическими растениями.

— Заметано, — улыбнулась она и пожала мою руку в ответ. — Я знала, что тебе можно доверять. Да и вообще… Никому кроме тебя я бы такую вещь не доверила, так что…

— Еще раз спасибо, — поблагодарил я ее, уже думая о том, как бы поскорее отправиться в свою комнату, а затем дернуть в Тенедом на испытание гневокамня.