Меня не ждали, а я приперлась! (СИ) - Поддубная Таруна

Вампир поднялся на ноги и подошел к столику, чтобы налить стакан воды. А вот Глава решил, что стоит позаботиться обо мне по-другому: он как волшебник неизвестно откуда достал платок и вытирал мне слезы с щек и носа, как маленькому ребенку, такая забота вызвала новый приступ икоты, отчего он заулыбался.

- Лечащая вода для дамы с икотушкой! – сказал вампир, я хотела уже взять стакан в руки, но они подрагивали после истерики. – Ну заодно и умоешься.

- Прекрати издеваться, а то сейчас сам умоешься, лучше отдай стакан мне, а сам возьми у слуг что-нибудь вкусное, сам знаешь, и попроси принести чай, - сказал Глава и стал поить меня, как ребенка.

Мне была странна такая забота и непривычна, я еще могла понять, если бы это делал брат, но никак не инквизитор. Но что самое странное для меня сейчас было, что мне совершенно не хотелось сопротивляться такой заботе даже от такого существа, как он. А в то же время я все также ничего о нем не знаю, кроме домыслов, которые принесла из другого мира, может тут все совершенно по-другому, или со мной что-то не так. В этот момент я услышала топот копыт и хлопанье крыльев, и, конечно же, теперь в гостиной и эти двое, которые теперь неразлучны. Вскоре мне на колени упал небольшой букетик, который выпал из лап Шизы, а Аида положила мне на колени большую коробку. Из нее настолько аппетитно пахло, что даже инквизитор, на чьих коленях я все так же продолжала сидеть, затрепетал крыльями носа. Алан, сидевший до этого брезгливой статуей, тоже оторвался от кресла и стал смотреть заинтересованно.

- Вы проникли на королевскую кухню? – пораженно и строго спросил Владыка.

- Да что мы забыли на кухне, все самое вкусное все равно хранится в специальной отдельной кладовке, в которую доступ имеет только Ваш личный повар! - с высокомерием ответила Аида, и Владыка аж рот открыл от изумления, собственно как и я.

- А нам нужно было самое лучшее, чтобы наша ведьмочка почувствовала себя лучше и поняла, что она больше не одинока и никогда такой не будет! – теперь и Шиза, сидя на спинке дивана, смотрел на меня своими косыми глазами.

- Ну, раз вкусняшки прибыли, то осталось только организовать нам чай, - и вампир резко исчез и появился вновь. Пока рассматривала букет и открывала коробку, к нам в гостиную постучали слуги и принесли нам, наконец-то, чай и еще различные закуски.

Смотря на все это, я поняла, что Аида с Шизой действительно правы, теперь я точно никогда не буду одинока: от этих двоих мне не избавиться, даже когда я очень захочу.

Глава 88

Все то время, что мы пили чай, я делала попытки слезть с колен инквизитора, но мои действия были нагло остановлены, что приводило меня в замешательство, Алана в бешенство, и только двое сидели и улыбались, смотря на это, то были мои теперь уже официальные родственники.

Сидя на коленях у инквизитора, я не испытывала дискомфорта или неудобства от его прикосновений, скорее меня сковывали рамки приличия и непонимания его поведения по отношению ко мне. Также поведение Алана сейчас мне не нравилось, я могу понять, что я ему симпатична, но чтобы позволять себе такие взгляды, это чересчур, мы не имели никаких обязательств друг перед другом. Да и мне самой было странно, что рядом с инквизитором сейчас не было того первоначального страха и ужаса, который я испытала, когда узнала, кто он, сейчас все было наоборот. Через некоторое время мужчины стали потихоньку покидать меня. Вначале ушел вампир, убедившись, что со мной все отлично, потом ушли Владыка с братом, и самыми последними ушли драконы, которые своими взглядами могли сжечь гостиную, но все-таки не сделали этого.

- А ты роковая женщина для драконов, моя дорогая, как я посмотрю! – с улыбкой сказала Аида, вот же бестия, не могла промолчать, будто я сама этого не вижу.

- Ничего удивительного, она очень притягательна для них, и судя по активности, ты достигла того периода, когда пришло время обзаводиться продолжением рода, а мужчины это очень хорошо чувствуют. Твоя ведьминская кровь начала привлекать сильных самцов, которые сейчас будут все больше и больше окружать тебя. Поэтому не спиши, присмотрись, от кого будет сильнее генетика, возможно, даже больше пользы для следующей ведьмочки, так что тут многое нужно предусмотреть. А этот Алан мне никогда не нравился, какой-то он скользкий с двойным гнилым дном, уверен, что его заботит только он сам, в чем я и убедился, когда с тобой случилась истерика. Драконы не переносят женских слез и только к тем, к кому испытывают чувства, могут почувствовать сострадание, а не злость и брезгливость. Поэтому то, как повел себя инквизитор, говорит, что он испытывает к тебе настоящую симпатию, дракон, который играет чувства, а не испытывает, не сможет быть таким заботливым и внимательным, он разозлится и сбежит. Да и то, как отреагировали твои родственнички, подтверждает мои слова, они улыбались так, что удивительно, как морды не треснули и уши не по отваливались, которые подрагивали от радости, смотря на то, какое внимание тебя оказывает Глава! – сказал Шиза с очень серьезным взглядом, на которой только был способен.

- И все равно это все неправильно, особенно поведение Главы, с чего он решил, что может меня на коленках своих удерживать? – возмутилась я, но судя по смотрящим на меня мордам, мне никто не поверил.

- Вот только я что-то не заметила, чтобы тебе на них плохо сиделось, да и вел он себя очень заботливо, при этом он не стеснялся показать это прилюдно, что очень многое значит у драконов. Они могут среди друзей показывать свои интрижки, но вот завести такую интрижку на глазах у родни, да еще такой, как твоя, это даже для Главы вероятность лишиться головы. Поэтому Алан и сидел злился, что по каким-то причинам он теперь себе не может позволить ухаживаний, и это странно, надо разузнать что да как. Мы тут сплетни разузнали дворцовые, больше всего меня интересовало, что из себя представляет инквизитор, поэтому я построила глазки его иласу, и тот, конечно же, мне все рассказал! – довольная своим планом и его исполнением сказала Аида.

- А случаем после твоей попытки разузнать информацию, Штирлиц, у нас прибавления в конюшне не произойдёт? – что-то мне подсказывает, что такая вероятность возможна.

- Какой еще Штирлиц, не знаю такого и никогда не слышала, в дворцовой конюшне его тоже нет, это точно. Насчет прибавления - не знаю, но буду не против, илас инквизитора такойййй жеребец! – и она блаженно закатила глаза, теперь мне стало страшно: только бы она не начала рассказывать его возможности.

- Да уймись ты, бестия ненасытная, лучше расскажи уже, что мы узнали про Главу! – рыкнул на Аиду Шиза, и что-то мне подсказывало, что в его голосе я услышала ревность.

- Завидовать, Шиза, вредно, перья могут выпасть! – сказала Аида и как только язык не показала, удивительно, но рассказ все-таки начала.

Оказывается, родиться золотым драконом с черной меткой в виде стрелы можно, только если ты практически умер еще в утробе матери. Только когда еще не родившийся дракон побывал на грани между жизнью и смертью, появляется такая метка. Будущее таких драконов предрешено с момента появления на свет, их очень мало, и они появляются один-два в пятьсот лет. Учитывая их редкость и особенности, а также практически полное отсутствие эмоций и алчности, драконы их не любят и боятся, многие не выживают еще в младенчестве. Ведь после рождения такого ребенка он больше не будет являться продолжителем рода, он навсегда становится вечным слугой Владыки драконов. Их просто бросают новорожденными в пещерах, и там они остаются навсегда. Но так поступают не все родители и многие дают им жизнь, но есть другие, которые не хотят, чтобы такие драконы жили. Их особенность в том, что убить их можно, пока они маленькие, и то собственноручно, вонзив кинжал в сердце, и только до шести лет. Потом там появляется пластина, которую еще сложнее пробить и возможно только в форме дракона. Эти меченые дети совершенно не восприимчивы к магии драконов, но сами имеют ее с избытком, также на них не действуют практически все ведьмины заклинания и проклятья, они могут учуять следы магии даже под хорошим маскирующим или рассеивающим заклинанием. Они могут воздействовать на своих врагов аурой, доводя иногда тех до сумасшествия. И вишенкой на торте является то, что эти драконы живут дольше остальных, так как считаются хранителями баланса в мире и являются судьями для всех магических существ. Именно наш инквизитор появился в Драконите в возрасте десяти лет. Он вылетел, столкнулся с тайно летающим будущим молодым Владыкой драконов. Они подружились, и тот привел в итоге будущего Главу во дворец. Сам инквизитор ничего так и не рассказал, кто помог ему выжить, и где он прятался все это время. Только после того как Казуэль вырос и стал Главой тайной канцелярии и инквизиции одновременно, что до него никто не занимал два поста одновременно, выяснилась его родословная. Как ты понимаешь, с годами и занимая такой пост Казуэль смог собрать немаленький капитал и стал очень богатым драконом, поэтому как и ожидалось им стали интересоваться, сватать своих дочерей. Вот и родители решили, что пришло время раскаяться и воссоединиться с сыном. Конечно же, мать разыгрывала драму, что ее ребенка украли, еще как только она родила, рожала она в скалах, куда им пришлось срочно садиться, так как долететь до дома они уже не могли, роды начались. Только объяснить, зачем они летали, когда все драконицы, как только забеременеют, лишний раз даже с кровати не встают, внятно не смогли. Утверждали, что только в полете ей становилось легче, так как беременность была тяжелой. Кто украл ребенка и зачем, они объяснить не могли, якобы после родов их сморил сон, а когда проснулись ребенка уже не было. Они искали несколько дней, и, зная, каким может ребёнок родится, поняли, что его украли и убили. Ведь когда его мать была беременной, она в полете упала и сильно повредила крыло, тогда и произошла угроза смерти ребенка. Это падение видели очень многие и поэтому за ее беременностью следили. Они не стали выносить случившееся на всеобщее обозрение и тихо оплакивали смерть своего дитя. Со временем боль уменьшилась, так как его мать вновь забеременела, и родился еще один ребенок, который и стал их радостью. И только недавно она увидела Главу инквизиции и почувствовала с ним родство.