Делора сдула прядь волос с глаз.
— Мы можем сделать перерыв?
— Не думаю, что это уже возможно.
По давлению внутри она чувствовала, что он уже почти полностью эрегирован, и Делора уткнулась лицом в него.
— Нет, — ответила она вполсилы.
Он заскулил в ответ.
Она подняла голову только для того, чтобы в изумлении уставиться на него.
— Ты что, только что заскулил на меня? — он сделал это снова! Но вспышка фиолетового в его сферах подсказала ей, что он просто пытается быть лукавым. Она шлепнула его по груди. — Скулеж не поможет тебе получить всё, что ты хочешь. Это просто незрело.
— Ладно, — проворчал он, в волнении облизнув пасть изнутри. Он закрыл зрение, и его сферы стали черными. — Но ты не можешь уйти. Можешь отдыхать так, пока мы — одно целое.
Хорошо. Она снова принялась выводить узоры на его меху. Это успокаивало и помогало векам тяжелеть.
Но что-то мешало ей уснуть, и это чувство преследовало её уже какое-то время. Пузырьки эмоций внутри не давали покоя; ей нужно было выплеснуть их, иначе она рисковала взорваться.
Она тревожно кусала нижнюю губу, сдерживаемая последними каплями неуверенности в его присутствии.
Ей пришлось выскрести остатки мужества из самой глубины души. Оно чуть не изменило ей, когда она разомкнула губы, чтобы заговорить.
— Я… люблю тебя, — тихо сказала она, втайне надеясь, что он не услышал.
Ответом ей была тишина.
Делора начала злиться, решив, что он не услышал, хотя определенно должен был. Она сказала это шепотом, но у него обычно был сверхчеловеческий слух.
Он меня игнорирует? Она ожидала, что он хотя бы переспросит.
Она заметила, что его сердцебиение участилось — её рука лежала как раз над ним.
— Магнар?
Он поднял руку и запустил когти в её волосы, лаская; кончики восхитительно царапали кожу головы.
— Я тоже тебя люблю, Делора.
— Ч-что? — запнулась она, растерявшись от того, что он ответил.
Он снова поднял голову и открыл зрение, явив ей ярко-розовые, цвета фламинго, сферы. Он повернул свой лисий череп к ней.
— Я тоже тебя люблю. — на этот раз её губы приоткрылись от удивления, а он повернул голову в другую сторону. — Ты сказала это мне, но разве ты не хотела услышать это в ответ?
Она уперлась руками в его торс, чтобы сесть, нахмурившись.
— Ну да. Просто… я не ожидала, что ты ответишь. — она не смогла удержаться и отвела взгляд. — Ты вообще понимаешь, что это значит?
Она посмотрела на него только потому, что он обхватил её лицо ладонями и повернул к себе.
— Конечно. Я спрашивал Орфея, почему я постоянно вижу тот цвет, который вижу сейчас. — её глаза заметались между его сияющими розовыми сферами. — И он объяснил мне значимость этого. Я знаю, что это значит, Делора. Я уже давно знаю, что люблю тебя.
— Если это правда, почему ты не говорил?
— Я не знал, нужно ли тебе это от меня. Я не хотел давить на тебя своими чувствами и был доволен тем, что просто люблю тебя, даже если бы ты не чувствовала того же самого.
Сердце сжалось в груди, и слезы невольно навернулись на её опущенные глаза.
— Но почему? Я… я была так холодна с тобой.
— Ты манила меня с самого начала, Делора. Ты была сломлена и нуждалась в исцелении, но это не делало тебя менее прекрасной или менее достойной заботы. Я начал любить тебя, когда ты была печальна, но это чувство становилось лишь глубже с каждой подаренной тобой улыбкой. Забота о тебе дала мне смысл жизни. Ты заставила меня почувствовать, что я не просто какой-то уродливый монстр, который всё пожирает, а нечто, достойное твоей привязанности. — нн провел большим пальцем по её щеке, смахивая слезу. — Почему ты плачешь?
— Не знаю. — она снова прижалась к нему, вцепившись кулаками в его мех. — Я просто счастлива, что я здесь. Я так благодарна, что встретила тебя, Магнар. Ты замечательный, и добрый, и терпеливый… и, думаю, я просто чувствую облегчение от того, что ты тоже меня любишь.
Магнар обвил её своими надежными руками и прижал к груди, позволяя ей счастливо плакать. Он любит меня.
— Я твой, моя маленькая невеста-ворон. — он нежно, ласково и с любовью прижался углом костяной челюсти к её лбу. Она чувствовала эту любовь каждой частичкой своей души, которая теперь пылала ярким, ровным пламенем между его рогами. — Навеки и всегда, только твой.
