Копатель (ЛП) - Робертс Тиффани

И после этого танца все его тело пульсировало и болело, а шкура трепетала от призрака ее прикосновений — от того, как она терлась об него, от того, как ее волосы касались его груди, от того, как ее руки обвивали его шею.

На что будет похоже, если ее щель обхватит его стебель, а он погрузится в ее мягкое тело? На что будет похоже, когда она достигнет кульминации вокруг него?

У него не было опыта спаривания. Он знал лишь то немногое, что слышал. И все же сила того, что он чувствовал к Келли, глубина этого чувства только усиливали его тоску по ней.

Его застежки крепче сжались вокруг щели, усиливая боль внутри, и он провел рукой по лицу. Ему нужно отвлечься от подобных мыслей. Но, казалось, в его голове было место только для нее.

Неужели это что-то плохое?

Рекош защебетал. Этот звук отвлек Уркота от его мыслей, привлекая его внимание к другу.

— Мощно, не правда ли? — спросил врикс с красными отметинами.

— Что ты имеешь в виду, ткач? — Уркот заскреб передней ногой по земле, пытаясь снять затянувшееся напряжение со своих конечностей.

— Это желание, Уркот.

Уркот взглянул на Кетана в поисках помощи, но Кетан просто скрестил руки на груди, и в его глазах появился намек на веселый блеск. Маленький Акалан, который незадолго до этого так энергично играл, крепко спал в корзине, привязанной к спине Кетана, несмотря на весь шум.

Пыхтя, Уркот покачал головой. Жар внутри него приобрел другое ощущение, пробираясь под кожу.

— Говори прямо, Рекош.

Высокий, худощавый ткач наклонился к Уркоту — гораздо ближе, чем было необходимо, — и хрипло прошептал.

— Ты жаждешь Келли. Жаждешь заявить на нее права и покрыть ее.

С ворчанием Уркот уперся рукой в грудь Рекоша и оттолкнул его.

Рекош снова защебетал, отступая на несколько шагов.

— Не нужно иметь восемь глаз, чтобы понять, что ты давно желаешь Келли, — сказал Кетан, его жвалы приподнялись. — Только ты один не принимал этого.

— Почему это я не принимал свое собственное желание? — спросил Уркот, когда коварный жар усилился. Он чувствовал себя таким же прозрачным, как кристалл, который он подарил Келли, как будто его друзья смотрели прямо сквозь него, чтобы увидеть его бьющиеся сердца и все, что в них было.

— Потому что ты боялся, что она не захочет тебя в ответ, — мягко ответил Рекош.

Эти слова свернулись кольцом в груди Уркота, сдавливая все, не давая ему дышать. Его руки сжались в кулаки.

Рекош коснулся передней ногой ноги Уркота.

— Я не хотел тебя рассердить, друг мой.

Знакомый запах ткача наполнил чувства Уркота. Они знали друг друга много-много лет, вместе выросли и столкнулись с ужасами и трудностями как братья. После войны Уркот и Рекош проводили друг с другом больше времени, чем кто-либо из их группы — Ансет была занята в качестве Клыка, Телок часто уходил на охоту, а Кетан перенес свое логово в Клубок, чтобы сбежать из Такарала.

Как бы сильно они ни дразнили друг друга, у них никогда не было цели причинить боль. Ни разу за все эти годы.

— Я знаю, — Уркот заставил свои пальцы разжаться, а конечности расслабиться. — Эта потребность… Безумие затуманило мой разум. Это…

— Мы знаем, каково это, — торжественно сказал Кетан.

— Слишком хорошо, — согласился Рекош.

Уркот медленно вздохнул, сбрасывая с себя тяжесть их разговора, прежде чем перевести взгляд с одного своего друга на другого.

— Нам кое-кого не хватает. Телок где-нибудь поблизости?

Снова защебетав, Рекош огляделся.

— Если это так, то он использует все свои навыки, чтобы остаться незамеченным.

Осторожно Кетан поправил одну из лямок корзины у себя на груди. Как малейшее движение могло потревожить птенца, если весь этот шум ему не мешал, было загадкой.

— Ему не нравятся подобные сборища. Никогда не нравились.

Уркот фыркнул и топнул передней ногой.

— Мы должны притащить его сюда, несмотря ни на что. Он помогал охотиться ради этого пиршества, и он часть нашего племени, часть Калдарака. Он наша семья. Почему его здесь нет?

Рекош задумчиво хмыкнул.

— Он присоединится, когда будет готов.

— Он не должен прятаться.

— Никто из нас не должен, — Кетан смотрел прямо на Уркота тяжелым, но не осуждающим взглядом.

Подергивая жвалами, Уркот посмотрел мимо Кетана на человеческих самок, которые танцевали менее чем в двадцати сегментах от него.

Его взгляд, естественно, упал на Келли. Теперь в том, как она двигалась, было что-то другое. Танец был беззаботным, радостным, отражал широкую, лучезарную улыбку на ее лице и смех, искрящийся глазах. Ее движения были не чувственными и соблазнительными, а игривыми. Но они были не менее завораживающими.

Он не мог не смотреть на нее с удивлением. Ее гладкая смуглая кожа, вьющиеся волосы, мягкие губы и округлые формы. Ее дух, горящий всегда так ярко. Ее ум, такой быстрый, такой острый. Она была не похожа ни на кого, и он хотел, чтобы она принадлежала ему.

И она хочет меня.

Непрошеная трель вырвалась у него.

— Ты бы осыпал меня сотней колкостей, если бы увидел, как я вот так пялюсь на Ахмью несколько лунных циклов назад, — сказал Рекош.

— Похоже, это твоя возможность, — ответил Уркот, не отводя взгляда от Келли.

— Моя возможность или твоя, каменный череп?

Уркот моргнул, наконец оторвав взгляд от Келли, чтобы посмотреть на Рекоша, и склонил голову набок.

— Ты не недостоин, Уркот, — сказал Кетан, задевая ногу Уркота. — Ты заслуживаешь счастья так же сильно, как и любой из нас.

— Ты просто был слишком упрям, чтобы увидеть это, — добавил Рекош.

— Возможно, ты прав, — Уркот защебетал себе под нос, снова переключая внимание на Келли. — Как же иначе, ты всегда умел пронзить мою шкуру, иглоногий.

— Значит, ты наконец перестанешь притворяться, что не хочешь ее? Это стало довольно утомительным.

— Я хочу ее. Всю ее, сейчас и до конца моих дней, — Уркот выпрямился, когда новое ощущение наполнило его грудь — новая уверенность. — Я заявлю на нее права как на свою пару. Как на все для меня.

ГЛАВА 7

Волнение клокотало внутри Келли, когда она последовала за Ахгратаром в широкий вход в пещеру, ее рюкзак подпрыгивал за спиной. Изменение атмосферы произошло мгновенно. Звуки джунглей стихли, а солнечный свет меркнул с каждым шагом, позволяя темноте сгуститься вокруг. Только светящиеся кристаллы на стенах и тот, что был в поднятой руке оранжевого тернового черепа, освещали путь. Каждые несколько ярдов стены и потолок поддерживали грубые деревянные опоры, напоминающие ребра какого-то огромного зверя.

Она вцепилась в ручку корзины, которую несла. Тревога смешалась с возбуждением в ее животе.

В тот момент, когда она подслушала, как Ахгратар объявил, что понесет еду копателям, Келли ухватилась за эту возможность, предложив помочь отнести еду.

Уркот был здесь, внизу.

Это был не просто шанс исследовать пещеру, но и увидеть его, провести с ним время. Увидеть Уркота в его стихии.

Келли заправила волосы за ухо, выглянула из-за тернового черепа и посмотрела в жутко темный туннель впереди.

Она не понимала причины своей нервозности при мысли о встрече с Уркотом. Всего три дня назад она купалась обнаженной рядом с ним, даже шлепнула себя по заднице у него на глазах. И во время вчерашнего праздника она танцевала с ним, не так уж незаметно прижимаясь к его телу. Его желание к ней было очевидно по твердой выпуклости в его щели, прижатой к ее заду. И Келли получала от этого удовольствие.

Она поцеловала его, сказала, что он ей нравится. Она была какой угодно, только не застенчивой.

Так откуда же эта робость сейчас?

Может быть, это было потому, что она смотрела на Уркота в другом свете. Он был не просто ее другом. Он был… чем-то большим. Чем-то большим — новым, волнующим, неизвестным. Даже немного пугающим.