Не знаю, чего хочу сильнее — правды или её снова.
— Теперь ты мне расскажешь всё, — произношу, заглядывая ей в глаза.
Шивон вздрагивает, но не пытается улизнуть.
— О чём? — спрашивает с лёгкой опаской, но не прячет взгляд.
Она готова к откровениям.
Я смотрю на неё сверху вниз.
— Что за ценность ты представляешь для Нексуса? — чеканю строго.
Шивон вздыхает.
— Позволь сесть, — выговаривает устало. — Ноги не держат.
Проклятье. Чувство вины проскальзывает даже сквозь слой раздражения. Это я выносливый, сильный и все ещё донельзя голодный мужчина. А она слабая и хрупкая. И наш секс вымотал её сильнее, чем меня.
Я без слов подхватываю её на руки и отношу в кресло. Достаю из бара и ставлю на столик бутылку воды.
Шивон бросает на меня быстрый взгляд, словно не ожидала этого.
Я поднимаю на неё глаза.
— Начинай.
26. Рэйн
Шивон мнется, и я чувствую её страх. Внутри поднимается раздражение — неужели я недостаточно дал ей понять, что не причиню вреда? Более того — пальцем не трону. Это несдержанный Люк позволял себе больше, чем следует, я умею держать себя в руках. Но Шивон все равно боится. И это наталкивает на более гадкую мысль — она собирается сказать что-то, что может вывести даже меня.
— Последние полгода я работала над Аурой-6, — произносит она наконец на выдохе и едва не зажмуривается, ожидая моего взрыва.
Я смотрю на неё невозмутимо, хотя под ложечкой тревожно сосет.
— Это вирус, который должен точечно уничтожать цель, — добавляет она более хрипло. — Я создавала его под уничтожение Жуков. Так мне сказали. Для защиты человеческих колоний в отдаленных секторах.
Она замолкает, будто я должен все понять.
— И… — тяну вопросительно.
— В день побега я закончила работу над вирусом и отправила отчет наверх…
— В Нексус, — уточняю.
— Да, — Шивон краснеет. И я ловлю её стыд. Она искренне сожалеет, что сотрудничала с этой корпорацией. — И мне пришло сообщение. Анонимное. Что за мной отправлены убийцы. Что я больше не нужна, а мертвые не говорят.
— Это я уже понял, — в голос чуть просачивается раздражение. Все, что она говорит, пока кажется несущественным. — Ближе к делу.
— Тот же контакт сообщил мне, что вирус будут использовать… — она запинается, испуганно смотрит на меня. — Против вашей расы.
Я на секунду замираю.
Глаза медленно прищуриваются.
— Как он будет действовать на нашу расу, если ты делала его для Жуков? — заглядываю ей в глаза.
Я не генетик, но понимаю, что вирусы работают по конкретным генетическим меткам, а гнары и Жуки — не одно и то же.
— В том и дело, что Аура-6 — универсальный вирус! — восклицает Шивон. — У Жуков генные сигнатуры имеют огромный разброс, и чтобы добиться уничтожения любой особи, пришлось предусмотреть вариативность.
Я напрягаюсь. Её голос дрожит, но в взгляд твердый и уверенный. Она говорит правду. Она создала оружие массового геноцида, которое в руках Нексуса будет направлено против гнаров. Но один вопрос не дает мне покоя все равно.
— Так они просто хотят прикончить тебя как свидетеля? — спрашиваю уже ровным голосом.
Шивон тянется к воде. Я опережаю её. Открываю бутылку, и она делает несколько жадных глотков.
— Я уничтожила все образцы и документацию по проекту «Аура-6», когда сбегала, — отвечает она. — У них по-прежнему нет этого вируса.
— И ты нужна им… — мне трудно даже произносить это, внутри клубится жгучее желание защитить Шивон. — Чтобы тебя пытать?
Шивон горько усмехается.
— Они не будут меня пытать. Я ведь и солгать могу, — она качает головой, делает ещё глоток воды и ставит бутылку на столик. — Вся информация о вирусе есть у меня в голове. Им не нужна я, достаточно моего свежего трупа, чтобы скопировать воспоминания и восстановить наработки.
У меня по позвоночнику пролетает судорога, будто вздыбливается кожа. Мысль о том, что Шивон хотят убить, взрывает во мне что-то темное и опасное. Взвихряет жгучее желание уничтожить каждую угрозу. Так работает Эстреа, но, кроме связи, я ощущаю к Шивон что-то большее, чего не испытывал никогда. И в этом не хочется признаваться.
— Я никому не дам тебе навредить, Шивон, — выговариваю глухо и хрипло, точно пытаюсь успокоить её, но я говорю это больше для себя. Будто, проговорив это, я увеличиваю шансы её спасти.
Она некоторое время смотрит в одну точку, а потом переводит на меня опасный взгляд, в котором светится решительность, но не яростная, какая бывает во время душевного порыва, а выдержанная. Такая возникает, когда человек долго вынашивал решение.
— Мне нужна лаборатория, Рэйн, — произносит она сдержанно и уверенно. — Я создам антивирус, который надежно защитит вашу расу от Ауры-6. Небольшое генное включение, которое заблокирует действие вируса.
Я инстинктивно дергаюсь. Честно говоря, заявка слишком претенциозная. К тому же она предлагает генно модифицировать каждого гнара⁈
— Тебе этого никто не позволит, Шивон, — отвечаю строго.
Она вздыхает и отводит взгляд. А потом вспыхивает.
— Неужели непонятно, что на Нексус работают и другие генетики? Если не от меня, у Нексуса однажды появится вирус, способный уничтожить вашу расу! — повышает голос. — Они запустили на Крастер-6 вариацию вируса Аура-6. Действие немного похожее. Тот вирус создавала не я, но кто-то с таким же уровнем подготовки.
Я тру переносицу. Внутри поднимается протест и волна отторжения. Это очень плохая идея. Такие вещи санкционируются на высшем уровне. Чтобы провернуть то, что предлагает Шивон, нужно доказать правительству необходимость этого, а для этого придется дать им знать о ней. И не факт, что её не арестуют.
Встаю и делаю несколько шагов по отсеку. Сердце отбивает нервную чечетку. Ещё недавно я сам хотел сдать Шивон властям. Но сейчас я не хочу. Я хочу спрятать её в уютном доме в горах, где она не будет ни в чем нуждаться, и станет просто жить в безопасности, уюте и комфорте, окруженная моей любовью и вниманием.
Шивон напряженно ждет моего ответа, как вдруг освещение в отсеке капитанов становится красным. Включается ревущий сигнал тревоги. А потом по экстренной связи раздается голос одного из механиков машинного отделения:
— Авария в топливной системе!
Шивон белеет до состояния снега на хребтах Сеорина.
— Ты идешь со мной! — бросаю ей и направляюсь в машинное отделение.
27. Шивон
Я облажалась.
В желудке булькает ужас. Душу планомерно затопляет ледяное осознание — я убила нас всех.
В душе поднимается паника, холодом сковывая руки. Грудь сдавливает так, что становится трудно дышать. Сердце бешено колотится, кровь стучит в висках.
Если мои бактерии повредили топливную систему, это конец.
Либо двигатель встанет, и мы останемся дрейфовать в космосе, пока не кончится кислород. Либо он перегреется до критической точки и взорвётся.
Оба варианта — смерть.
— Шивон, пошевеливайся! — рычит Рэйн, хватает меня за запястье и тянет за собой.
Я бегу вместе с ним, с трудом переставляя ватные ноги, в голове красным светится только одна мысль: «Пожалуйста, только не из-за меня!»
Переборки, подсвеченные тревожным красным, мелькают вдоль стен, ботинки Рэйна чеканят быстрый шаг, мои кроссовки почти не слышно. Я с трудом поддерживаю темп. Уже даже запыхалась.
Рэйн вместе со мнйо врывается в машинное отделение.
Люк уже там. Смотрит на показатели, а когда переводит взгляд на нас, на руку Рэйна, которая по-прежнему держит меня за запястье, приобретает свирепый вид.
— Явился! Первый капитан! — язвительно бросает он. — Разгребай проблемы своей консервной банки!
В отсеке напряжение будто перед бурей. Кажется, брось спичку, и все взлетит на воздух.
Я стараюсь абстрагироваться, высвобождаюсь из захвата Рэйна и подхожу к мониторам. Мигание красных индикаторов окрашивает помещение пугающими отблесками. Контрольные панели светятся предупреждающими знаками, на главном экране хаотично скачут показатели.
