Магия предательства (ЛП) - Эндрюс Бритт

— С ней всё в порядке, она просто поперхнулась глотком воды, — услышала я, как Брайс говорит кому-то, кто, должно быть, пришел проверить тревожные звуки, доносившиеся из этого прохода. Бросив на него взгляд, я увидела, что он улыбается, дружелюбно помахав рукой, в то время как второй рукой сжал мое запястье с такой силой, что я подавила крик боли. Его хватка изогнулась, и я почувствовала, как мой браслет сломался в его ладони — идеальный символизм того, как вся моя уверенность просто треснула и разлетелась на куски за три минуты пребывания в его присутствии.

Иногда самые злые монстры носят самые красивые маски.

Брайс обхватил мое лицо рукой, проведя большим пальцем по щеке, стирая слезы.

— Ты же знаешь, я люблю тебя, я просто… мне нужно, чтобы ты перестала меня злить, Сэйдж. Последнее, что я когда-либо хотел бы сделать — это причинить тебе боль, но ты твердо намерена довести меня до этой точки. Ты сводишь меня с ума, — Он отпустил мое запястье, уничтоженный браслет упал на пол. Мелкие кристаллы раскатились повсюду.

Мое дыхание было прерывистым, я не могла связно мыслить, всё, что я могла — это стоять там, пока на мне лежали руки, которым не было там места. А в следующее мгновение его губы накрыли мои. Нежные, успокаивающие, словно он и правда любил меня. А я просто стояла. Жалкая. Слабая.

— Ты чувствуешь, что делаешь со мной? — Он прижался твердым членом к моему животу, и я заскулила — звук, который он принял за желание, а не за то, чем он был на самом деле — за страх. Брайса совершенно не волновало, что нас кто-то увидит. В магазине было пусто, и он жил тем, что испытывал удачу. Мой телефон снова завибрировал, и я была уверена, что это парни. Сдавленный всхлип вырвался из моего горла, когда Брайс обхватил мою промежность поверх леггинсов, надавливая на клитор средним пальцем. Нет, нет, только не снова. Я не могу пройти через это снова.

— Я получу это. Скоро. — Он отступил от меня, и мои колени ударились о пол. — О, и Сэйдж? Это останется между нами, иначе я утоплю каждого из этих ублюдков прямо в их кроватях и оставлю тебе их трупы.

И с этими словами он развернулся и ушел, оставив меня дрожащей и заливающейся слезами развалиной.

Бросив тележку, я практически бегом бросилась уборную и заперла за собой дверь. В ушах стоял только свист, словно я находилась под водой, а руки дрожали, когда я вцепилась в раковину. Блядь. Что, черт возьми, мне делать? Он, блядь, трогал меня, целовал, пытался утопить!

Мои зеленые глаза смотрели на меня из зеркала, кажась еще ярче, чем обычно, из-за окружающей их красноты. Черные разводы от макияжа делали меня похожей на сумасшедшую. На слабую. Жар покалывал у основания шеи, растекаясь по всему телу за считанные секунды. Я не слабая.

Вибрация в заднем кармане вырвала меня из игры в гляделки с самой собой, и я увидела, как на экране вспыхнуло имя Фишера. Черт, как мне сейчас хоть с кем-то разговаривать так, чтобы они сразу не поняли, что со мной что-то очень, очень не так?

Чувствуя себя чертовски виноватой, я позволила звонку переключиться на голосовую почту. Я ни за что не доверяла своему голосу прямо сейчас.

Я: Привет, прости. Забыла телефон в туалете в магазине. Сейчас расплачиваюсь, нужно бежать.

Фишер передаст остальным, и у меня будет хотя бы немного времени, чтобы взять себя в руки. Я ненавидела лжецов, я имею в виду, это было единственное, от чего у меня закипала кровь, и вот я здесь: лгу парням и пытаюсь придумать, как смогу сохранить в тайне то, что произошло с Брайсом. Он был психопатом, и за то время, что мы не были вместе, его силы каким-то образом возросли.

Мои мысли метались, и я чувствовала, что не могу сделать глубокий вдох. Всё, что мне оставалось — это надеяться, что парни поймут мои причины скрывать это от них. Я знала, что они тоже обладали могущественной магией, но они были всего лишь бизнесменами, занимающимися недвижимостью. Брайс, очевидно, может утопить их, как и обещал. Он был так же опасен и нестабилен, как трехногий табурет. Я не могла дать ему такую возможность.

Выйдя из туалета, я схватила свою тележку и накидала туда кучу вина, это определенно будет винный вечер. Мне нужно было поскорее попасть домой, поэтому я свела к минимуму болтовню с Джоанн, пока она пробивала мои покупки, и быстро сложила продукты в рюкзак. Мэйвен свернулся калачиком в корзинке на велосипеде и медленно поднял голову, когда я щелкнула языком.

Мне нужен душ, а завтра я попрошу кого-нибудь из парней забрать мой велосипед. Дрожь отвращения прокатилась по моему телу при мысли о том, как Брайс прикасался ко мне. Взгляд в его глазах был до боли знаком, и я знала, будь мы в каком-нибудь уединенном месте, он бы взял то, что хотел. Мои руки тряслись, и я чувствовала, как подступают слезы, теперь, когда реальность произошедшего оседала на меня, как темная туча, от которой невозможно убежать. Шоты. Вот что поможет.

Изменив маршрут и направившись к «Мистическому Поросенку», я преследовала одну цель. Выпить все напитки и, надеюсь, заглушить в себе чувство нарушения границ и страха, потом я пойду домой и смою отвращение и нежеланные прикосновения. Всё будет хорошо. Так должно быть. Но Брайс теперь поселился в моей голове, и я не была уверена, что смогу забыть сказанные им слова. Его слова всегда умели ранить так глубоко и эффективно разрушать любую уверенность в себе, которую я могла бы в себе воспитать.

Положив руку на дверь «Мистического Поросенка», я почувствовала, как замок распознал мою магию и открылся, пропуская меня и Мэйва внутрь. Волоски на затылке встали дыбом еще до того, как я переступила порог, и я повернула голову, чтобы посмотреть, кто за мной наблюдает. Порыв ветра отбросил волосы на лицо. Ветерок был очень приятным для разгоряченной кожи, но я не увидела ни единой души. Покачав головой, я вошла в дверь и направилась к барной стойке.

Глава 8

Брам

Проклятье, я был одним чертовски злым сыном короля демонов.

Ебаный Хол послал меня на эту миссию, и если раньше я мог бы жить ради острых ощущений, возможности калечить и убивать… сейчас у меня просто не было настроения. Хол совершил невозможное: у него была дочь, причем не просто демон, а в большей степени демон, чем ведьма. Это означало, что где-то в её родословной какой-то демон уже проделывал подобное. Может, это как-то связано с тем, что Лора была зеленой ведьмой? Они ведь дарующие жизнь, так что, полагаю, в этом был смысл.

Судя по всему, его дочь сожительствовала со всей командой, которую он сюда послал — а эти парни были жестокими. Уж мне ли не знать, я сам помогал тренировать их задницы. Между мной и Салливаном всегда была здоровая соревновательная жилка, но он вел себя так практически с каждым, кто осмеливался хотя бы приподнять на него бровь. Мы с Холом были почти уверены, что Лора в конце концов объявится, и мы будем здесь, чтобы схватить её, когда это случится. Этой ведьме придется кое-что объяснить.

К слову об исчезающих женщинах… Голди. Я не видел её с тех пор, как её у меня забрали. Я писал и звонил на номер, который она вбила в мой телефон, столько раз, но ответа так и не было. Мысль о том, что она в беде, последние несколько дней держала меня на грани того, чтобы совершить убийство. Моим следующим планом было выследить её по полной программе через соцсети, но у неё там не было абсолютно никаких аккаунтов. А затем, прежде чем я успел придумать новый план атаки, Хол приказал мне явиться сюда, заявив, что после завершения этой миссии у меня будет полно времени на погоню за киской.

Она была для меня гораздо большим, чем просто киской, но я пока не собирался признаваться в этом ни одному другому демону. Влияние моего отца было широким и всеобъемлющим, и хотя я доверял Холу, чем меньше он пока знал, тем лучше.

Этим вечером все парни направлялись в дом к своей девчонке; клянусь звездами, они были одержимы этой ведьмой. Сразу по прибытии меня усадили в кресло и прочитали самую суровую нотацию, которую я когда-либо получал от кого-либо, кроме Хола и дорогого папочки. При мысли об этом на моих губах заиграла ухмылка, их так легко было вывести из себя.