Сгорая от любви (ЛП) - "Рокиа"

Это слово — «грязной» — срывается с моих губ неосознанно, помимо моей воли. Я чувствую себя грязной.

Артур отпускает мои руки так резко, словно обжёгся. Я испуганно качаюсь назад, теряя равновесие, но Элайджа успевает вовремя подхватить меня за плечи, спасая от падения на пол. Артур застывает, буравя меня яростным, испепеляющим взглядом. Его лицо искажает странная, пугающая гримаса — я никогда прежде не видела его таким, — а крупные вены на шее начинают бешено пульсировать. Я что, обожгла его? С замиранием сердца я бросаю взгляд на его руки, но там нет никаких ожогов — лишь багровые царапины, оставленные моими ногтями.

— Ты… — его голос ощутимо дрожит, грудная клетка ходит ходуном, словно он задыхается от невидимого удара. — Что ты сейчас сказала?

Элайджа решительно заслоняет меня собой: — Артур, остынь…

— Не лезь! — громом раскатывается его рык по залу. — Что. Ты. Только. Что. Сказала?!

Мое сердце бьется в каком-то безумном, предсмертном ритме, а в ушах стоит такой оглушительный звон, что я едва слышу собственный голос: — Я-я сказала… — лепечу я пересохшим горлом. — Я…

Я прижимаю ладонь к пульсирующему лбу. Это случилось снова. Перед моими глазами на долю секунды вспыхнуло четкое видение: он сидел прямо напротив меня и смотрел с такой бесконечной, щемящей нежностью… Но это был совершенно другой Артур. Не этот разъяренный монстр, который стоит передо мной сейчас, готовый взорваться от слепой ярости.

— Как ты это сделала? — шипит он, опасно сужая глаза.

— Да ничего я не делала! — задыхаюсь я от несправедливости.

Но его взгляд буквально перемалывает меня в порошок, дюйм за дюймом сдирая кожу. Он знает. Он точно знает, что именно я увидела в его голове.

— Ясмин, ты не обязана ни перед кем оправдываться, — Аласи мгновенно оказывается рядом со мной. Я даже не заметила, как она подбежала, но мысленно благодарю небеса за то, что между мной и этим безумцем есть кто-то еще.

Артур резко вскидывает руку, указывая на меня обвиняющим пальцем: — Что бы ты сейчас ни провернула… — выплевывает он с леденящим, сочащимся брезгливостью презрением, — …держись подальше от моей головы. Ты меня поняла?

Я лишь беспомощно глотаю воздух, чувствуя, как его отвращение физически оседает на моей коже, завязывая внутренности в тугой узел. Он резко разворачивается и размашистым шагом покидает тренировочный зал. Элайджа тут же устремляется вслед за ним, оставляя нас в тишине. В горле встает горький, удушливый комок.

— Пожалуй, на сегодня хватит. Тебе лучше вернуться завтра, Ясмин, — мягко произносит Аласи, протягивая мне бутылку прохладной воды. — Не принимай это близко к сердцу. Я понятия не имею, какая муха его укусила, но это явно его личные демоны. Не бери в голову. Завтра всё пройдет гораздо лучше.

«Завтра всё пройдет лучше».

Ну да, конечно.

На самом деле это полностью моя вина, просто я понятия не имею, как ей это объяснить.

Я медленно спускаюсь по крутой винтовой лестнице, преодолевая ступеньку за ступенькой. В груди ворочается липкая тревога, а все мышцы скованы сильным напряжением. Сегодня всё точно будет по-другому. Что бы я ни сотворила вчера, это больше не повторится. Я соберусь с мыслями, искренне извинюсь перед ним и попытаюсь объяснить, что я сделала это неосознанно…

— А вот и ты! Добро пожаловать, — звонкий голос Элайджи прерывает поток моих мыслей.

Он стоит посреди зала, удерживая в руках массивный деревянный арбалет, а у его ног расположилась вместительная корзина, доверху набитая тренировочными стрелами.

Я натягиваю на лицо слабую, вежливую улыбку: — Ты тренировался?

— О, нет, — парень открыто улыбается мне. Я подхожу ближе, останавливаясь в паре шагов от него. — Я готовил инвентарь для тебя. Вот этот арбалет — учебный, как раз для новичков. Самое то, чтобы набить руку и прочувствовать оружие.

Набить руку? Я недоуменно хмурю брови, чувствуя, как внутри всё замирает. Я судорожно прочищаю внезапно пересохшее горло: — Я не совсем понимаю… А где Артур?

— Сегодня ты тренируешься со мной, — спокойно произносит Элайджа. — Мы займемся укреплением мышц, концентрацией и точностью. Всё это жизненно необходимо, чтобы ты могла держать себя в руках, когда вы вернетесь к активной практике с Артуром.

Я удивленно хлопаю ресницами, и на смену первому шоку внезапно приходит странное, липкое чувство, до боли похожее на горькую обиду. Я обреченно опускаю плечи и молча киваю. Значит, он меня избегает?

Впрочем, Элайджа не дает мне времени на то, чтобы окончательно погрязнуть в невеселых мыслях. Он без лишних слов устраивает мне три часа зубодробительных, изнуряющих упражнений, под конец которых даже самая огромная мишень на стене кажется мне недосягаемой.

Я искренне восхищаюсь тем ангельским терпением, с которым парень следит за каждым моим движением: он мягко поправляет мне локоть, выравнивает осанку и подбадривает каждый раз, когда стрела улетает в молоко. Он не теряет самообладания даже в тот момент, когда я умудряюсь засадить стрелу прямиком в роскошную потолочную люстру.

— Спасибо тебе… за всё, — тяжело дыша, хриплю я в перерыве между жадными глотками из бутылки.

— Ждем тебя завтра? — открыто улыбается он.

Я киваю: — А Артур…?

Элайджа принимается методично протирать деревянное ложе арбалета мягкой ветошью: — Завтра увидишь.

Завтра. С трудом поверив в его уклончивый ответ, я буквально волочу ноги к лестнице. Руки молят о пощаде, подушечки пальцев болезненно пульсируют даже в покое, а ковер из стрел, хаотично разбросанных по всему полу, служит безмолвным памятником моей катастрофической меткости.

Как я и сомневалась, на следующий день от Артура снова не осталось и следа.

— Нам нужна полная самоотдача! Сразу предупреждаю — щадить я тебя не стану, так и знай, — Аласи легко спрыгивает с мата.

На ней плотный черный топ и легинсы, а собранные в высокий хвост волосы ритмично покачиваются в такт её уверенным шагам. Я невольно засматриваюсь на её подтянутую фигуру. Не думала, что она в такой потрясающей физической форме.

Я судорожно оглядываю зал по периметру: — А где Артур? — шепотом спрашиваю я.

— Сегодня ты полностью в моем распоряжении. — Она по-свойски приобнимает меня за плечи. — Нам нужно срочно укреплять твой мышечный корсет. Элайджа пожаловался, что у тебя совсем нет тонуса, а это критично сразу по двум причинам. Во-первых: ты обязана уметь постоять за себя без всякой магии. Во-вторых: управление первородным пламенем требует колоссальной физической силы.

— Ты заставишь меня тягать железо? — обреченно шепчу я.

— В тяжелой атлетике я не сильна, но вот в рукопашном бою знаю толк.

За следующие пару часов я пересчитала спиной пол не меньше десяти раз, а в какой-то момент всерьез испугалась, что она выбила мне плечевой сустав. Её скромное «знаю толк» оказалось колоссальным преуменьшением. Несмотря на утонченное, аристократическое лицо и чувственные черты, Аласи наносила удары с такой зубодробительной скоростью, что у меня то и дело темнело в глазах.

— Не вешай нос! В первый раз всем тяжело, давай заново. Повтори связку, которую я тебе показала! — подбадривает она секунд за пять до того, как снова пушечным ядром полететь в мою сторону.

От первого выпала мне чудом удается уклониться, но второй прилетает точечно в солнечное сплетение. Я со свистом сгибаюсь пополам, хватая ртом воздух на полу.

— Ладно, думаю, для двух часов работы более чем достаточно, — Аласи тяжело вздыхает и протягивает мне руку.

Двух с половиной, — мысленно поправляю её я, но для того, чтобы озвучить это вслух, у меня банально не хватает кислорода. Всё это время девушка безжалостно швыряла меня на маты, словно безжизненный мешок с мукой.

— До завтра? — спрашивает она, помогая мне подняться на ноги.

— А Артур…? — сиплю я, пока сердце безумно колотится где-то в районе горла.

Она небрежно стирает каплю пота со лба: — Завтра увидишь его. Держи, тебе нужно восстановить водный баланс.