Расплачивайся. Сейчас (СИ) - Юдина Екатерина

Возможно, это было из-за вина, или из-за того, что этих фотографий мурашки бежали по коже, но, после того, как сменилась фотография, я повторила и ее. Немного нелепо, ведь я далеко не балерина, но чувствуя атмосферу, музыку. Улыбаясь так, словно это меня касались теплые лучи на безграничном поле. Ловя момент и что-то трепетное в нем.

Музыка закончилась и я развернулась, собираясь взять свои сапожки, но замерла.

В комнате, около открытых дверей, стоял Данте. И я не могла не заметить, как его присутствие током прошло по коже и пристальный взгляд Конте обжег так, словно тела коснулась расплавленная сталь.

Его присутствие и правда давило. Не только морально, но даже физически. И этот парень единственный во Флоренции подходил мне, как муж? Да рядом с ним даже просто находиться тяжело.

Выдыхая и даже чувствуя толику обреченности, я, мысленно посылая все к черту и думая о том, что как-нибудь позже, поднявшись на ноги, найду кого-нибудь другого, опять встала в стойку и, театрально поклонившись, произнесла:

- Для вас сегодня выступала непревзойденная Мирела Верди, - я выпрямилась и протянула руку. – Но выступление не бесплатное. Давайте десять центов.

Данте еле заметно приподнял бровь. Первая эмоция, которую я у него заметила. Правда, уже вскоре и она исчезла. Он и правда словно робот.

- А если у меня нет десяти центов? – голос у Конте глубокий. Тяжелый. Пробирающий так, же как и взгляд.

- Значит, можете расплатиться своей душой, - наклоняясь, я взяла свои сапожки.

- По твоему моя душа соизмерима с десятью центами? – держа ладони в карманах брюк, Данте немного наклонил голову набок. И от его все так же пристального взгляда мне еще больше было не по себе.

- По вашему мое представление не стоит вашей души? – садясь на стул, я начала обуваться. – Я вообще-то ценю себя и свое время.

- Ты только что просила десять центов.

- Могли бы и сами предложить душу, - обувшись, я поднялась на ноги и со скрипом придвинула стул обратно к столу. – А вообще подглядывать некрасиво.

Я пошла к двери, но, поскольку Данте стоял прямо перед ней и в своем телосложении был еще тем верзилой, мне пришлось его значительно обходить и к коридору проходить чуть ли не боком.

Покинув комнату, я быстрым шагом направилась в зал. Дита как раз уже ждала меня около лестницы. Мы вместе спустились вниз, забрали верхнюю одежду и вышли на улицу. Было прохладно и даже поднялся вечер, но в свежести позднего вечера он казался приятным, обволакивающим.

Не торопясь, мы пошли по тротуару, обсуждая то, из-за чего вообще сегодня пришли в ресторан. Дита работала в киноиндустрии и на днях был завершен фильм, в котором она отвечала за костюмы. Это следовало отпраздновать.

Но прогулка была даже приятнее ужина. Мы вышли к площади. Хотели подойти к карусели, но я задержалась, поскольку почувствовала, что телефон зазвонил.

Достав его из кармана, поняла, что звонил Анджело.

- Да, - отвечая, я приложила телефон к уху. – Что-то случилось?

- Возможно, - послышалось несколько щелчков и, судя по шуму на заднем фоне, Анджело сейчас тоже был на улице. – Вчера ты сказала мне, что слышала про Матео Лонго по той причине, что просто учишься с ним одном университете, но не подскажешь ли, почему он ищет тебя? Причем тратя на это настолько немыслимые ресурсы.

Я опустила уголки губ, из-за упоминания этого имени. И по сознанию слишком неприятно полоснуло это «ищет тебя». Это из-за расцарапанного лица его обожаемой будущей жены?

- Ты уверен? – я отошла к краю тротуара. – Откуда такая информация?

- От одного человека. Между тобой и Лонго что-то произошло?

- Ничего. Или твой человек что-то путает или что-то не так. Просто не обращай внимания, - произнесла, медленно проходя по тротуару и, пытаясь удержать равновесие. - И давай, если у тебя получится, завтра встретимся и поговорим. Я расскажу тебе все касательно Лонго.

Дита помахала мне и я, договорив с Анджело, побежала к ней. Подойдя к карусели, качнула головой. Сегодня слишком много упоминался Лонго и, несмотря на мое безразличие по отношению к нему, все равно было ощущение, что кожи коснулась грязь.

Но, на несколько секунд закрыв глаза, я опять вычеркнула его из своих мыслей.

От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, огромнейшее спасибо за ваши отзывы, эмоции, лайки и подарки. Вы не представлете насколько они для меня важны:) Вы мое огромное и безграничное счастье. Люблю вас!

Глава 3 Мирела

Застегивая пуговицы на пальто, я вышла из мастерской Джиозу. Весь последний месяц я жила тут. Спала на диване, но уже теперь все мои вещи, собранные в коробки, стояли около двери. С завтрашнего дня я переезжаю в университетское общежитие.

Можно было бы и сегодня заняться этим, но, несмотря на мое желание, пришлось немного отложить планы.

Выйдя на улицу, я, спрыгнула с последней ступеньки и пошла по тротуару, на ходу из кармана доставая телефон и заходя в университетский чат. Никогда не состояла в них, но, учитывая то, что у меня сегодня должны были быть две лекции, которые, в итоге, отменили, из-за чего я так и не попала в университет, мне было интересно, по какой причине это произошло.

Взяв листовку с рекламой у мальчишки, стоявшего рядом с пиццерией, я становилась перед дорогой и пролистнула сообщения, но, вместо того, чтобы увидеть действительно полезную информацию, замечала там, лишь то, что читать вообще не хотела.

Практически все обсуждения, имеющиеся в этом чате, касались Лонго. И я понимала, что он местный король, вожак богатых, влиятельных ублюдков и обожание чуть ли не всех девушек, у которых, как по мне отсутствовала гордость, раз они таскались за таким подонком, но то, что происходило в чате, уже слишком.

Перейдя через дорогу и, обойдя нескольких женщин, остановившись прямо посередине тротуара и бурно что-то обсуждающих, я начала листать сообщения. Ну, должна же быть тут хоть какая-то информация про учебу.

Но все больше наталкивалась на то, что касалось Лонго.

Кто-то говорил, что он изменился за последний месяц. Стал жутким. Агрессивным и непонятным. Избил какого-то парня в столовой. Устроил побоище в каком-то баре. И, словно бы этого не достаточно для того, чтобы понимать, что от него лучше держаться подальше, какие-то девчонки развели нытье из-за того, что Лонго в последнее время практически не появляется в университете. Да разве это не хорошо? Для меня подобное являлось настолько замечательной новостью, что я даже порадовалась тому, что зашла в чат. Может, Лонго вообще бросит учебу, благодаря чему будет исключен вариант даже случайной встречи.

Но, остановившись около старого, пожарного гидранта, я все-таки кончиком указательного пальца постучала по крышке телефона. Почему-то меня все это настораживало. Лонго ведь и так был еще тем подонком с замашками психопата, а в чате писали, что он стал еще хуже. Куда? Куда там хуже?

Я вновь взглядом скользнула по сообщениям. В некоторых говорилось о том, что Лонго стал молчаливым. И выглядел так, словно вообще не спал. Если появлялся в университете, то потом практически сразу куда-то уходил. Кто-то списывал это на то, что у него, возможно, проблемы в отношениях с Сандрой, ведь как-то она при всех подошла и обняла его. Обычно это заканчивалось тем, что Лонго с полным безразличием относясь к тому, что на них смотрит чуть ли не весь университет, грязно облапывал свою девушку. А в этот случай, он просто убрал ее руки от себя и ушел. А поскольку он практически не появляется на учебе, их не видят вместе.

Но кое-кто в чате отторгал такую причину. На первых курсах Сандра и Лонго часто расходились и сходились. И он никогда не выглядел так, словно это его хоть как-то беспокоило. Наоборот, это Сандра ходила и страдала. Так чего это на пятом курсе он так изменился? Но кто-то написал вполне логическую вещь – они с Сандрой пять лет вместе и, судя по всему, со временем она и правда начала слишком сильно цеплять Лонго.