Николас помогал мне, и мы вместе медленно просмотрели все тексты. Он сказал мне, какие слова искать, и хотя я не говорил на этом языке, но мог распознать завитки и символы.
— Есть успехи? — спросил его. Пока что мы нашли только три упоминания о комете в больших томах, но, по словам Николаса, в них содержались более загадочные отсылки к звёздному свету, рождению под луной и судьбе.
Всё это не имело смысла.
Николас потёр переносицу.
— Нет, хотя я прочёл только четверть текста. Возможно, что-то есть на последних страницах.
Воздух заколебался, когда вампир заговорил, но потом снова стал тяжёлым. Так было всю ночь. Каждый раз, когда мы говорили, воздух медленно двигался, словно неохотно пропуская наши слова. Магия здесь настолько сильна, что я чувствовал её вкус: резкий аромат аниса и тимьяна щекотал мой язык.
Но мощная магия, окутавшая всё в этой комнате, словно густая карамель, сохранила древние тексты. Я задумался, сохраняет ли она молодость людей, но потом вспомнил, как выглядела Хана.
— Как давно Хана здесь работает? — спросил я, переворачивая страницу и внимательно вглядываясь в каждую строчку.
Николас склонил голову набок.
— Она старше меня. Думаю, ей около четырёхсот лет.
Я прервал поиски и удивлённо посмотрел на него.
— Она вампир?
От неё исходил только запах ведьмы — сильный аромат бархатцев.
— Нет, она не вампир. Хана наполовину ведьма, наполовину провидица, но ей повезло прожить долгую жизнь, потому что она никогда не покидает эти стены.
— Значит, магия действительно сохраняет все, что здесь находится. — Я резко выпрямился, когда мне в голову пришла мысль. — Эйвери должна быть здесь, в этой комнате. Это может ей помочь.
Николас приподнял бровь.
Я отодвинул стул и направился к входной двери.
— Если здешняя магия может сохранить жизнь, возможно, она даст ей больше времени.
Глаза Николаса расширились, а затем заблестели, когда он пошел за мной.
— Ну, майор Джеймисон, думаю, вы умнее, чем кажетесь.
Я приподнял бровь.
— Это лучшее оскорбление, которое ты можешь придумать? Неужели воображаешь, что ты первый, кто считает оборотней безмозглыми тварями?
Он деликатно пожал плечами.
— Ты не можешь винить меня за эти слова. Ведь я всю ночь ждал возможности нанести удар.
Я зарычал, вспомнив почему так ненавижу его, а потом не смог сдержать смешок.
— Как ты и сказал, эта комната может улучшить состояние Эйвери. Я должен присоединиться к вам. Вам нельзя находиться в коридорах без сопровождения.
— Тогда показывай дорогу.
Но как только Николас открыл дверь, стены библиотеки задрожали.
Я напрягся и медленно подняла голову. От вибрации дрожало всё в библиотеке.
Николас лишь улыбнулся, слегка приоткрыв губы, чтобы показать клыки.
— Они начинают просыпаться.
Скрип камня и грохот наполнили коридоры за древними дверями библиотеки.
— Это горгульи?
Я никогда не видел, как горгульи просыпаются утром или превращаются в камень ночью. Большинство из них ведут затворнический образ жизни. И предпочитают возвращаться на свои насесты на крышах каменных зданий, подальше от посторонних глаз, когда они находятся между жизнью и смертью.
— Да. — Николас закрыл за нами дверь, и петли протяжно заскрипели. — Хочешь познакомиться с тремя вашими помощниками? Они спят недалеко от ваших покоев. Мы можем отдать им приказ продолжить поиски информации, а затем забрать твою… забрать Эйвери.
Когда он не стал называть Эйвери моей парой, я предупреждающе зарычал. Я знал, что она ему нравится и что он очарует её, соблазнит, изнасилует, если решит, что ему это сойдёт с рук.
Но вампир лишь хитро улыбнулся.
— Пойдём, майор Джеймисон. День только начался.
Глава 16
Эйвери
Я парила над пылающим костром. Вокруг меня слышалось песнопение людей в мантиях, сам воздух вибрировал от магии.
Я поморщилась от головной боли. Попыталась моргнуть, но веки не двигались. Меня сковала какая-то невидимая сила, удерживая над пламенем.
Затаив дыхание, я снова попыталась пошевелиться, улететь, но все тщетно.
В этом виноваты люди в мантиях.
Песнопение становилось всё громче, люди подняли руки над головой, их магия сливалась и росла от их слаженных действий.
Меня охватила паника. Мне нужно убираться отсюда. Сейчас же!
Но я не могла этого сделать.
Люди глядели на небо, и несмотря на темноту вокруг, я могла видеть их улыбки. На их лицах застыли жуткие улыбки от того, что наконец всё началось.
— Нет! — закричала я и резко села в кровати. Пот стекал по моему лицу, впитываясь в рубашку. Я лежала в ворохе одеял, от которых мне стало еще жарче.
— О боже.
Рядом со мной на стуле сидела очень старая женщина с молочно-белыми слепыми глазами.
Я вздрогнула и огляделась, понимая, что лежу на огромной кровати под прозрачным балдахином.
— Кто вы? Где я?
Я вскочила с кровати, но не смогла удержаться на ногах и упала на каменный пол, больно ударившись коленями, пол под ладонями был ледяным.
Тяжело дыша, я замерла, стараясь побороть головокружение.
Я услышала шаркающие шаги, и старуха неуклюже опустилась на четвереньки рядом со мной. Пусть и слепая, но она словно чувствовала, где я нахожусь.
— Эйвери, не бойся. Я здесь, чтобы помочь тебе.
Я с трудом могла дышать, осматриваясь в незнакомом месте.
— Где я? Где Уайетт и Николас?
— Ты в своих покоях в болгарских библиотеках. Уайетт и Николас ищут информацию в огромных фолиантах. Тебе нечего бояться. Тебе нужно только отдыхать, пока они работают, — она говорила спокойным тоном, акцент выдавал уроженку Словакии или Венгрии.
Я прижала руку ко лбу, голова снова закружилась.
— Но я пришла сюда не отдыхать, а искать способ остановить… — Я замолчала, чувствуя обреченность. — Почему я не могу вспомнить, как сюда попала?
Старуха оперлась о кровать.
— Ты потеряла сознание несколько часов назад. Я дала тебе отвар, чтобы ты могла отдохнуть, пока твой волк и Николас ищут лекарство для тебя.
Моё сердце сжалось, когда она назвала Уайетта моим волком, моей парой.
И тогда я поняла, что не только я его пара. Уайетт тоже был моей парой. Это многое объясняло. Нас тянуло друг к другу с первого момента встречи в подростковом возрасте, и притяжение стало сильнее, когда я приехала в СВС.
О боже, а ведь мы только-только наладили отношения.
Смутно вспомнила, как Николас вел нас с Уайеттом по коридорам в наши покои, а я восхищалась огромными колоннами и старинными картинами, украшавшими стены.
Я хотела встать, но Николас специально предупредил нас, что нам нельзя выходить из покоев без сопровождения. Неужели это значит, что я застряла здесь как пленница?
— Вы не могли бы отвести меня к ним? — спросила пожилую женщину. — В какой библиотеке Уайетт и Николас?
Она улыбнулась, и я заметила, что у нее нет нескольких зубов.
— Боюсь, что не могу этого сделать. Тебе нужно отдохнуть и поесть. Я распоряжусь, чтобы тебе что-нибудь принесли.
— Но я не хочу отдыхать. У меня мало времени!
Выражение ее лица смягчилось, и она придвинулась ближе, из-под длинного шерстяного платья показались костлявые колени. Старуха положила сухую прохладную руку мне на плечо, и меня окатило волной магии. Головокружение немного отступило.
После того как она меня отпустила, в голове прояснилось, и нарастающая паника отступила.
— Вы целительница?
— Уже много лет я исцеляю. А теперь давай накормим тебя. — Она со стоном попыталась приподняться, опираясь о кровать.
Я поспешила ей на помощь, как ни странно, чувствуя себя хорошо. Головокружение полностью прошло, а тошнота, которую ощущала после перемещения через портал, уменьшилась.
— Как вас зовут? — спросила я, когда целительница встала.
