Смертельная жара (ЛП) - Бриггз Патриция

— И откуда вы так много знаете о фейри? — спросил Марсден подозрительно.

— Я много читаю, — отрезала она. — И я рекомендую вам научиться этому. — Она посмотрела на Чарльза. — Надеюсь, тот, кого вы ждете, не полный идиот.

Лидс, все еще сидевший у палочек, рассмеялся.

Марсден посмотрел на своего напарника, когда тот сказал:

— Мисс Берд, он в КНСО в образе идиота, это часть его работы. Без обид, Джим. Думаю, мы оба были идиотами в этом вопросе.

— Серьезно? — спросил Марсден изменившимся голосом. Он сделал вдох, а затем посмотрел на небольшую группу полицейских в комнате. — Вот что я вам скажу, ребята. Через полчаса начнется пересменка, так что можете идти. Похоже, эти люди и дальше будут утверждать, что здесь замешана магия, поэтому мы предоставим вашему отделу отчет. Если кто-то из ваших начальников будет злиться, вы знаете наши имена и номера телефонов. Мы сами со всем справимся, а вы, ребята, можете идти домой.

— Мы все поняли, — сказал офицер, который, очевидно, был главным. — Давайте собираться, мальчики и девочки. Эй, Марсден, ты и Лидс будете играть в софтбол в субботу?

— Да, сэр, — ответил Марсден. — Ровно в десять утра.

Они подождали, пока все полицейские не вышли.

— Ладно, они ушли, — произнес Марсден. — Все здесь по-настоящему?

Его напарник, все еще сидевший на полу, сказал:

— С тех пор как мы узнали, что фейри реальны, не было ни одного случая с подменышем. Была парочка обычных подменышей, когда фейри маскировались под человеческого ребенка. Но подменыш, как неодушевленный предмет, заколдованный так, чтобы имитировать реального ребенка — это что-то новенькое.

Марсден с шумом выдохнул.

— Лидс, сосредоточься. Это реальный случай?

— Разве мы не заметили ряд странностей в этом районе? — Лидс сосредоточился на мисс Берд. — Я слышал, что вы здесь недавно. Вы получили эту работу, потому что предыдущая учительница — простите, я не помню ее имени — повесилась? Я помню, что читал о недавно умершей учительнице.

Она кивнула.

— Итак, — медленно произнес Марсден. — Это реальный случай.

— И эта странная автомобильная авария, — продолжил Лидс, словно разговаривая сам с собой, хотя обращался к Марсдену. — Это спокойный район города, и в машине были дети подходящего возраста. — Он снова поймал взгляд мисс Берд. — Кто-то из вашего класса недавно погиб в ужасной автомобильной аварии вместе со своей семьей?

— Нет, — ответила мисс Берд.

— Да, — сказала мисс Эдисон. — Примерно за три дня до трагической смерти миссис Гловер. Генри Ислингтон. Его мать переходила дорогу в неположенном месте, и она и трое ее сыновей погибли. Только Генри учился здесь. — Она сделала паузу. — За день до его смерти между ним и одной из девочек в классе произошел инцидент. Я не знаю, была ли это Аметист.

— Это была она, — уныло ответила мать Аметист. — Миссис Гловер передала нам его письменное извинение после его смерти.

— Если Генри учился в этом классе, ему было пять лет, — заметила Анна. — Он написал извинение?

— Конечно, миссис Гловер написала его, — поправилась миссис Миллер. — Он подписал письмо — у него буква «р» была перевернута. Потом он умер, и это было ужасно. А теперь Аметист…

Мисс Эдисон подошла к ней и похлопала по плечу.

— Я знаю, Сара, — пробормотала она.

Мать Аметист вытерла глаза, хотя и не плакала.

— Аметист и Генри были лучшими друзьями с самого первого дня в саду. Она все время говорила о нем. А потом однажды ни с того ни с сего он ударил ее.

— Генри жаловался, что она сказала что-то плохое, — объяснила им мисс Эдисон. — Он не признался нам, что именно, а она просто улыбнулась. — Она задумчиво помолчала. — Теперь я понимаю, что это было очень странное поведение для Аметист. В тот момент мне так не показалось, но обычно она была общительным и веселым ребенком.

— Аметист? — переспросила мисс Берд. — Веселой? — Она покачала головой. — Но мы же не с Аметист имели дело, верно?

— Это реальный случай, Джим, — сказал Лидс.

Марсден уставился на него, а затем внимательно посмотрел на связку палок на полу.

— Ты знаешь, сколько поступает ложных вызовов? Мы здесь уже год, и самое интересное, что с нами случилось — это когда какие-то дети поклялись, что каждую ночь демон съедает корм их собаки. Двенадцать часов наблюдения выявили полувзрослого койота. Потом была женщина, которая считала, что увидела единорога, а оказалось, что это соседский ребенок, бегающий в прошлогоднем хэллоуинском костюме. Мой мозг атрофируется, если я им не пользуюсь. Сейчас все реально?

Лидс кивнул.

— Да.

Марсден подождал немного.

— Ладно, тогда так. — Он достал электронный блокнот и произнес холодным профессиональным тоном: — Могу я записать имена всех присутствующих и их отношение к пропавшей девочке?

Анна прижалась к мужу и приподняла брови. Он прищурился, глядя на нее, но ей показалось, что он слегка улыбнулся.

Марсден начал с мисс Берд.

— Я преподаю здесь уже две недели, — сказала она ему, все еще взвинченная. — Я на испытательном сроке. Сегодня утром мне сообщили, что мой контракт расторгнут, потому что в моей группе было слишком много инцидентов и родители жаловались.

— Четырнадцать случаев за две недели, — сообщила мисс Эдисон. — В среднем у нас такое случается раз в месяц на всю школу. — Она слегка улыбнулась мисс Берд. — Думаю, нам нужно пересмотреть это решение. Все эти жалобы касались Аметист, и по какой-то причине никто из нас, ни я, ни члены нашего совета, даже не задумались об этом. И уверяю вас, обычно мы так не поступаем. Если один ученик совершает более трех проступков в месяц, он попадает под испытательный срок, а при следующем случае его отчисляют. При обычных обстоятельствах Аметист получила бы уведомление, а затем ее попросили бы уйти из сада.

— Как вас зовут? — спросил Марсден. Его напарник, очевидно довольный тем, что направил его в нужное русло, снова принялся изучать связку палочек.

— Фарра Эдисон, — ответила мисс Эдисон. — Я управляю этим сумасшедшим домом. Я осталась, потому что могу помочь. Кэти, мисс Берд, пробыла здесь совсем недолго. — Она сделала глубокий вдох. — Я сижу в этой комнате уже четыре часа, и с каждым часом мне кажется, что моя голова немного проясняется. Аметист была веселой, общительной девочкой, а вернулась с рождественских каникул совсем другой. Я собиралась позвонить ей домой, но Сара, ее мама, зашла поговорить со мной, прежде чем я успела это сделать. Она сказала мне, что они с мужем подумывают о разводе. Потом они начинали громко ссориться, когда привозили или забирали Аметист. Я решила, что это достаточная причина для внезапной перемены в поведении девочки.

Марсден кивнул.

— Хорошо. Спасибо. А вы родители Аметист, верно? Можно ваши имена?

Родителей Аметист звали Сара и Брент Миллер. Женщина работала администратором в банке, мужчина был врачом. Они не замечали ничего необычного в своей дочери. Ни во время ссоры с Генри. Ни в какой-либо другой момент.

— Когда между вами начались ссоры? — спросила Анна, не отрывая взгляда от их сцепленных рук.

Сара подняла глаза и просто моргнула, глядя на Анну, но взгляд ее мужа стал более осмысленным.

— Это было как раз перед Рождеством, — медленно произнес он. — Мы собирались навестить моих родителей. Но за день до отъезда Аметист сказала, что не хочет ехать. Тогда Сара заявила, что тоже не хочет ехать. Мои родители не всегда добры к ней. Но на протяжении многих лет она всегда справлялась с ними. Но не в этот раз. — Он откашлялся. — Я несу чушь.

Анна никогда не слышала такого медленного бормотания, но сейчас главное было то, что он говорит, а не скорость.

— Твои родители не так уж плохи, — внезапно сказала Сара. — Мне нравится твой папа. Он забавный, когда твоей мамы нет рядом.

Марсден наблюдал за Анной, но печатал в своем блокноте так быстро, как только мог.

Тогда вмешался Чарльз. Он не столько задал вопрос, сколько сделал заявление.