Двор тьмы (ЛП) - Кроуфорд К. Н.

После минутного молчания он сказал:

— На тебе нет ничего, кроме размазанных пятен крови фейри.

— Почему мы всё ещё обсуждаем это? — огрызнулась я.

Я подошла к сиренам, не сводя глаз с одной из них с голубыми волосами. Прежде чем она смогла убежать от меня, я наклонилась и крепко схватила её за руку. Я направила на неё свой меч. Вокруг неё плавали куски льда, её дыхание клубилось в воздухе. Она моргнула, глядя на меня, надув губки, и на её лице застыла маска невинности. Я попыталась не обращать внимания на то, что теперь моя грудь была полностью обнажена.

— Мне нужно твоё платье, — сказала я. — Сейчас же.

Она открыла рот, чтобы запеть, и моя спина начала выгибаться от этого звука.

— Прекрати! — рявкнула я. — Я буду петь громче тебя. А этого никто не хочет. Это некрасиво. Кроме того, если я не совсем ясно выразилась, этот меч сделан из железа, и я перережу тебе гортань.

Чувствовала ли я вину из-за того, что крала женское платье, угрожая мечом? Может быть, немного, но оно мне действительно было нужно, и я уверена, что она сумеет найти новое.

Она надулась на мгновение, затем протянула свободную руку. Другие сирены столпились вокруг неё, развязывая ленты у неё на руках и спине. Они сорвали тонкую ткань, и её груди закачались в воде. Она сердито посмотрела на меня, протягивая платье.

Я отпустила её руку и выхватила у неё платье, и в этот момент сирены снова начали напевать.

Я бросила на Руадана резкий взгляд, прижимая тонкую ткань к груди.

— Давай уйдём от них, пока они снова не начали петь.

— Я как раз собирался уходить.

— Да что ты? Мне показалось, что ты просто стоял там, пока они тёрлись о тебя своими полупрозрачными сиськами.

После долгого молчания он сказал:

— Их было пятеро, — затем его взгляд снова скользнул по моему телу. — Ты так и не объяснила, что случилось с твоей одеждой.

— Я встретила ганканаха.

— И он украл твоё платье, — я услышала в его голосе нотки раздражения.

— Да. После чего я убила его. Он много говорил. Знаешь, что мне нравится?

Он не ответил, но я всё равно сказала.

— Мужчины, которые не болтают слишком много.

На мгновение уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Я подержу меч, пока ты будешь надевать платье.

Он забрал у меня меч и отвернулся. Пока он стоял спиной ко мне, я надела платье. Оно было причудливого покроя, с полосками ткани и отверстиями на спине, предназначенными для крыльев. Сзади свисало несколько лент.

Платье пропиталось ледяной озёрной водой. Из-за прозрачной ткани оно почти ничего не скрывало, и я сомневалась, что оно того стоило.

— Руадан? Ты можешь завязать его сзади?

Он не сказал ни слова, но через несколько мгновений я почувствовала, как его пальцы проворно скользят по моей спине, пока он завязывал ленточки.

Я повернулась к нему лицом и протянула руку за мечом. Но он не отдал его мне. Вместо этого его глаза были прикованы к моему телу. Я наблюдала, как они меняли цвет с фиолетового на тьму ночи, и его магия змеилась по моему телу.

В прозрачном платье и без меча я чувствовала себя странно уязвимой под его мрачным взглядом.

— Руадан, — сказала я. — Нам нужно найти Мэддана.

Его глаза снова прояснились.

— Я знаю.

Он подошёл ко мне и протянул меч.

— Я удивлена, что женщины-сирены не заманили Мэддана, — сказала я. — Очевидно, у него самоконтроль лучше, чем у тебя. Но, честно говоря, Руадан, хорошо, что ты был рядом и спас меня, как ты и говорил.

— Я собирался уйти от них, — повторил он, и в его голосе послышалось рычание.

Я понюхала воздух.

— Вот. Ты чувствуешь его запах? Мы всё ещё на правильном пути.

Взгляд Руадана был устремлён в землю. Он ничего не сказал, но через мгновение я заметила, на что он смотрит — следы ног, примерно подходящего размера для Мэддана. Сжимая меч, я вышла на главную тропу. Я двигалась через подлесок так тихо, как только могла.

Через несколько минут тропа привела нас в более густой лес. Здесь сломанные ветки и следы указывали на маршрут Мэддана. Его запах также стал сильнее.

Отдалённый шум разговора заставил меня насторожить уши, пока мы не вышли на поляну.

Как только мы это сделали, мой желудок скрутило от голода. Серебристый лунный свет освещал длинный банкетный стол, уставленный самым изысканным угощением, которое я когда-либо видела: фруктовые пироги, жареный фазан, миски с клубникой, целая утка, хлеб и масло. У меня потекли слюнки.

Я чуть не упустила Мэддана из виду. Он катался по грязи в одних трусах, его бледная кожа была покрыта кремом и размазанными ягодами. Его лицо сияло от восторга.

— Что происходит? — спросила я.

Руадан приложил палец к губам, затем тихо прошептал:

— Чары леса заманили его сюда. Но, скорее всего, это ловушка.

Я никогда раньше не видела его босых ступней, но теперь, когда смогла, поняла, что они до смешного маленькие. Практически размером с ногу ребёнка.

Я сморщила нос от отвращения. Неудивительно, что у него была такая странная, неуклюжая походка.

Я уже собиралась подойти ещё на шаг, когда Руадан схватил меня за талию. Мои мышцы напряглись.

Ситуация не казалась особенно опасной, если не считать постоянного психологического ужаса от созерцания того, как Мэддан валялся в сливках и ягодном пюре. Но, конечно, здесь всё не то, чем кажется. Если это и ловушка, то она походила на паутину фейри. Но что за страж-фейри пытался поймать нас?

Резкий крик птицы пронзил кроны деревьев, и я посмотрела вверх сквозь ветви, заметив силуэт вороны на фоне луны.

Когда я снова посмотрела на стол, один из пирогов затрясся, корочка вздулась. Острый клюв проткнул его поверхность, и из него выпорхнула чёрная птица. В воздухе птица превратилась в воительницу, одетую в чёрное. Её белокурые волосы взметнулись вокруг головы, и она выхватила меч — железный клинок, такой же, как у меня. Она была огромной, практически одного роста с Руаданом, и при виде её у меня в груди всё сжалось от ужаса. Железные шипы, торчащие из её чёрной кожи, на самом деле не уменьшали фактор устрашения. А я тут в прозрачном платье цвета озёрной воды.

Руадан наклонился и прошептал мне на ухо:

— Ты справишься?

— Да, — ярость битвы уже охватила меня, заставляя дрожать ноги.

Не дожидаясь ответа, я бросилась к ней, и наши мечи столкнулись. Через несколько мгновений мы уже кружили друг вокруг друга, и железо билось о железо.

Сквозь лязг наших мечей я услышала, как на нас с пронзительными криками спикировало ещё больше птиц. Руадан был безоружен, но я не слишком беспокоилась о нём.

Моя противница замахнулась на меня мечом, но осталась открытой с правой стороны. Я вонзила свой клинок ей между рёбер.

Она упала на землю, а я развернулась, чтобы сразиться с остальными нападавшими — их было трое. На мгновение я уставилась на Руадана, который сражался голыми руками. Он был вихрем ярости, клубком чёрных теней и клыков, вгрызающихся в плоть. Ему удавалось отбиваться от троих нападавших одновременно.

Я склонила голову набок, наблюдая, как он сражается. С его скоростью никто не мог нанести удар. Мне нравилось наблюдать за его боем, и я смотрела, как он свернул шею одной воительнице. В воздухе мелькнули тени, и он снова развернулся. Я улыбнулась, услышав хруст кости, когда он ударил кулаком в лицо другой противницы.

Мэддан всё ещё катался по земле, не обращая внимания на происходящее вокруг насилие. Прежде чем он успел прийти в себя, я наклонилась и сорвала кристалл люмена с его горла. Я надела его на шею, и магия теней потекла по моим рукам и ногам. После головокружительного мгновения мне удалось равномерно распределить её по всему телу.

Я снова схватилась за меч, но когда повернулась к Руадану, стало ясно, что моя помощь ему не нужна.

Еще через пять секунд все три воительницы лежали на земле. Они не были мертвы, но и не собирались вставать в ближайшие несколько минут. Этого достаточно.