Расплачивайся. Сейчас (СИ) - Юдина Екатерина

- Матео остановись, прошу. Давай поговорим и… - я толком не знала, что произнести. Мысли сильно путались, но одно я понимала отчетливо ясно – я боялась того, что Лонго мог сказать. Словно мы сейчас балансировали на грани. Сойти с нее и так, как прежде уже не будет.

Я шумно выдохнула. Сдавленно. Рвано. Но подняла освободившуюся руку. Чувствуя напряжение от Лонго. То, что раскаляло воздух и давало понять – он ждет от меня новой пощечины. Удара.

Но я наоборот мягко, даже бережно пальцами прикоснулась к его щеке. Ощущая то, что Лонго замер. Кажется, даже дышать перестал. Перевел взгляд на мою руку, которой я сейчас прикоснулась к нему, пальцами еле весомо проводя по щеке. Гладя.

Повисла тишина, но воздух полыхал. Почему-то Лонго меня не останавливал. Не убирал руку. В какой-то момент вовсе закрыл глаза и немного опустил голову, из-за чего мне стало немного легче его гладить. Удобнее.

- Мы с тобой пара, - произнесла тихо, но в тишине ночного парка, казалось, что мои слова наоборот прозвучали громко. – Ты мой мужчина. И я очень хочу нормальных отношений между нами. Давай попробуем их выстроить, но… для этого, если что-то происходит, тебе сначала нужно выслушать меня. Поговорить со мной. Ведь… Мне есть, что сказать.

Лонго открыл глаза и его взгляд был по-настоящему пробирающим.

- Хочешь отношений со мной?

Мне его вопрос показался странным. Загоняющим в тупик, ведь, разве я бы согласилась встречаться, если бы этого не хотела. Но все-таки, я прямо ответила:

- Да.

- Ты меня любишь? – Лонго наклонился немного ниже, так, что я на своих губах почувствовала его горячее дыхание. И я собиралась убрать свою руку от его лица, но Матео не дал. Он накрыл мою ладонь своей.

По коже скользнула острое, горячее покалывание. Учитывая ситуацию, обстановку и то, что сейчас происходило, этот момент явно не лучший для того, что бы произносить «Люблю», но все-таки, я ответила:

- Да, люблю.

Лонго медленно выдохнул. Не отрывая своего взгляда от моего. Что-то в его зрачках наполнилось тем, что раскаленными углями прошло по душе, заставило замереть, в тот момент, как Матео взял мою ладонь, губами прикасаясь к костяшкам, затем целуя в губы. Слишком резко. Внезапно. Своим огромным телом вдавливая в газон. Целуя практически жестоко. Языком проникая в мой рот. Делая эту близость похожую на клеймо.

Разрывая поцелуй, он все так же нависал надо мной. Не давал пошевелиться и, положив ладонь на мой обнаженный живот, спросил:

- Ты только моя?

- Да, - ответила на выдохе, чувствуя, как Лонго наклонился к моему уху.

- Хорошо. Давай, поговорим, - произнес он, только после этого приподнимаясь.

Я тут же выскользнула в сторону. Садясь на газоне и, пытаясь соединить края блузки. Но застегнуть ее у меня не получилось. Слишком много пуговиц отсутствовало.

Матео присел на корточки рядом со мной. Пальцами поддел край блузки и отодвигая ее, посмотрел на грудь, скрытую лифчиком. Я хотела отстраниться. Сказать, что для этого уж точно не время, но следующие слова Матео заставили меня замереть.

- Полтора месяца назад, когда ты вернулась, Джулиано для тебя собирал информацию про двух людей. Про меня и про Конто. Зачем же тебе, Мирела что-то знать про него? Не значит ли это, что ты им заинтересовалась?

Взгляд Матео был не просто тяжелым. Он изувечивал тем давлением, которое я почувствовала на коже, мыслях и душе. И стало страшно от той мрачности, которая сейчас исходила от Лонго.

- Все выглядит так, будто ты в него влюбилась.

Я уже давно поняла, что с Матео стоит быть осторожной. Он сложный человек и очень часто непонятный мне, но сейчас сердце замерло от соприкосновения с чем-то страшным.

Очень многое я старалась делать, через Анджело. Считая, что это будет незаметно для Матео. Я от него практически ничего не скрывала, но сейчас стало жутко от мысли, что Лонго судя по всему, через Анджело отслеживал меня. И теперь даже знал, что в прошлом я пыталась узнать информацию про Конто.

- Если бы я в него влюбилась, то не встречалась бы с тобой, - я вздрогнула от того, что Матео поддел пальцами край лифчика и потянул его вниз, обнажая грудь. Прохладный воздух, коснувшийся голой кожи, прошел покалыванием.

- Правда? – Лонго ладонью сжал грудь, большим пальцем проведя по затвердевшему соску. А я от этого дышать перестала. Насколько же горячая у него ладонь. Сейчас пропускающая по моему телу горячие, нещадные огни. И я чувствовала себя, как на изощренной пытке. Допросе. – Зачем же тогда тебе знать, как именно он проводит свое время? Где бывает?

Боже, я понятия не имела, какого рода информацию собирал Анджело. Я в итоге ее даже не увидела, но от того, что сейчас исходило от Матео, у меня душа сжималась. Разрывалась. Ведь ощущалось все куда хуже, чем выглядела. Словно мы все еще были на грани. В первую очередь от той скрытой ярости, которая исходила от Лонго. Но, кажется, он пока что ее контролировал.

- Я клянусь, что не влюблена в Конто и то, что мужчину в нем не вижу, - я задрожала от того, как ладонь Матео опустилась ниже. Сначала на живот. Затем сжимая талию. – Ту информацию, которую собирал Анджело я в итоге не увидела, так как в ней больше не было нужды. Просто… Возникла кое-какая информация, касающаяся моего отца. В определенное время у меня появилась мысль, что она может относиться к Конто. В итоге я поняла, что это не так и эта ситуация была закрыта.

- И что же это за информация, касающаяся твоего отца?

- Куда ты ездишь по выходным?

Воздух потяжелел. Лонго явно не понравилось то, что я ответила вопросом на вопрос.

- У тебя тоже есть секреты, которые ты мне не раскрываешь. И да, это неприятно, но, как видишь, я тебе верю. Я даже приняла мысль, что ты ездишь не к любовнице, хотя Сандра как раз в этом пыталась меня убедить.

- У меня есть причина не рассказывать. Есть ли она у тебя? – одной рукой подхватывая меня под спину, второй Лонго надавил мне на плечо, опять заставляя лечь на траву. Нависая. Окутывая меня исходящим от него мраком.

- Вот возьмешь меня в жены, тогда и расскажу, - я выпалила это прежде, чем поняла, что говорю.

Вспыхнула тишина. Лонго явно не ожидал от меня таких слов. Он даже приподнял бровь.

- Взять тебя в жены?

- А что тут такого? Как обесчестить девушку, так нормально. А узаконить отношения? Лонго, где, черт раздери, мое кольцо? Где белое платье? Где цветы? Где ты стоящий на одном колене? Почему-то я всего этого не вижу, – я не знала, как меня настолько быстро перебросило с одного состояния в другое.

Все еще было жутко, но каким-то немыслимым раздражением по мне прошли слова Матео о том, что у него видите ли есть причины мне что-то рассказывать. Разве я не его пара? Я для него не та, которой он может все доверить? Так, значит, и у меня есть причины ему что-то не рассказывать. Но почему-то он этого не приемлет.

- Сестра Конто и правда дала мне сегодня записку, но я до сих пор не выбросила ее лишь по той причине, что забыла про нее, - с трудом, но я заставила себя сменить тему. Я села. Отстранилась от Лонго, поправляя лифчик и скрывая грудь. – И, знаешь, я бы про нее тебе не рассказала. Не потому, что между мной и Конто что-то есть, а по той причине, что я опасаюсь определенных твоих реакций. То, что в кое-какие моменты ты можешь быть слишком жестоким без весомой причины на это.

- То, что кто-то пытается дотянуться до тебя, моей женщины, ты считаешь недостаточно весомой причиной? – Лонго оскалился.

- Я уже говорила это – ну понравилась я Конто. И что? Ты тоже многим девушкам нравишься. Они тебя взглядами пожирают. Или… ты думал, что я не вижу того, как некоторые пытаются подойти к тебе, когда меня нет рядом? – об этом было неприятно думать. Не то, чтобы говорить. Подобное вообще сжирало изнутри.

После того, как по университету расползлись слухи о том, что я из некогда очень влиятельной семьи, о том, что наши с Матео отцы когда-то дружили и о том, что я муза для известного художника, тех, кто пытался лезть в наши отношения, значительно поубавилось. Но кое-кто все же остался.